Цыпочка (СИ)

Оливер пожал плечами, предпочитая не распространяться на эту тему, и поджал губы, пытаясь не рассмеяться.
Маркус подскочил к комоду и дернул ящик, тот самый, откуда Оливер достал зелье и потрясенно уставился на его содержимое: ничего особенного — множество всевозможных разноцветных фиалов с зельями, — если бы не небольшая надпись на коробке, в которой не хватало одной бутылочки — “Для Эллады”.
  
— Что ты наделал, придурок! — завопил он не своим голосом и ринулся к зеркалу. — Это не то зелье!
— Я не мог ошибиться. Там было черным по белому написано — от простуды, — уже не так уверенно протянул Оливер.
— Да, блять, от простуды! — не унимался Маркус. — Для гребаного сфинкса. А я вроде как не какая-то там магическая зверушка!
— А сейчас на тролля похож, — еле слышно буркнул Оливер себе под нос, но Флинт, к его сожалению, услышал это.
— Вуд, — неожиданно спокойно сказал он, — я тебя сейчас убью.
И он метнулся к Оливеру, который тут же соскочил и попытался забраться под кровать, прячась от озверевшего Маркуса.
Флинт схватил его за лодыжку и потянул на себя.
— Вылазь, блять!
Ладони Оливера заскользили по полу, и Маркус, пусть и с трудом, вытянул его из “убежища”.
— Ну что, Вудди, — зло протянул Флинт, глядя ему в глаза, — надо отвечать за свои поступки.
Оливер дернулся и вдруг, вцепившись в плечи Маркуса ладонями, дернул Флинта на себя, прерывая дальнейшую его речь поцелуем.
— Ты фто дефае… — начал было Маркус, но Оливер сильней подался вперед, впиваясь в его губы. Флинт ответил на поцелуй пылко и яростно, больно кусая Оливера за нижнюю губу и сжимая пальцы на его шее. Какое-то время они продолжали целоваться, пока Флинт не дернул Оливера за волосы, заставляя запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза.
— Ну и каково теперь с уродом лизаться? — тяжело дыша и буравя его взглядом, выпалил он.
Оливер снова усмехнулся:
— Экзотично, знаешь ли. Из тебя получился чертовски сексуальный тролль.
Маркус сильнее дернул его за волосы и укусил в шею, оставляя на коже опечаток зубов.
— Ты должен быть благодарен, что трахнуть тебя я хочу сейчас больше, чем убить.
Оливер издал звук, похожий на всхлип, и прикрыл глаза.
— Думаю, я готов ответить за свои поступки.
Флинт скривился как от зубной боли, но дернул его майку вверх. Оливер послушно поднял руки, позволяя стянуть ее с себя, и почти сразу прижал ладони к груди Маркуса, останавливая его.
— Холодно на полу.
— Ничего. Заболеешь — вылечу тем самым замечательным средством. Будешь тролличьей самкой, — осклабился Маркус, но в противовес своим словам, встал и дернул Вуда за руку, помогая подняться.
Оливер, не сдержавшись, снова прыснул, представив себя в зеленом цвете, но, когда Маркус укусил его за шею, ему стало не до смеха. Он тихо охнул и, обхватив Флинта за шею руками, потянул на себя, дернув бедрами навстречу. Маркус нетерпеливо рыкнул, отодвинулся и, стянув с себя майку, уронил Оливера на кровать, наваливаясь сверху. Тот шумно выдохнул ему на ухо, прижался губами к ключице и провел ногтями по голой спине. Маркус рефлекторно вздрогнул и рванул пряжку ремня. Оливер на секунду замер, а потом с сомнением покосился вниз.
— Слушай, Маркус?
— М? — выдохнул тот, снова прижавшись губами к его шее.
— А… Он тоже зеленый, да? — невинно спросил Оливер, и, когда Маркус приподнялся на руках, возмущенно глядя на него, громко рассмеялся.
— Какого хрена, Вуд? Ты что, ржать собрался? — зло, но вместе с тем чуть потеряно произнес он, а Оливер поджал губы, продолжая вздрагивать от смеха.
— Извини, я тут просто подумал об этом внезапно, — беспечно бросил он.
Маркус дернулся, собираясь отстраниться, но реакция не подвела Оливера: он тут же обхватил ногами его бедра и прижался губами к чуть колючему подбородку.
— Прости, — горячо зашептал он. — Я придурок, да. И я, правда, очень хочу тебя.
Маркус это его признание проигнорировал, да и на короткие непроизвольные смешки больше не реагировал. Он полностью увлекся вуддовской шеей, вылизывая ее и снова впиваясь в кожу зубами. Напряжение в паху стало просто невыносимым, поэтому он дернул молнию на джинсах Оливера и, нетерпеливо стащив их до колен вместе с трусами, ткнулся губами в оголившееся бедро. Сам он раздеваться больше не спешил, чувствуя неловкость от своего нового внешнего вида.
Оливер закусил собственную ладонь, когда губы Маркуса скользнули по его животу вниз, но желаемого прикосновения он так и не дождался и просяще вскинул бедра. Флинт усмехнулся, несмотря на ситуацию, самодовольно и выпрямился.
— Хочешь? — раздался горячий шепот прямо над ухом Оливера, отчего тот вздрогнул, а его кожа тут же покрылась мурашками. — Очень-очень хочешь?
Оливер двинул бедрами вместо ответа, и Маркус навалился на него, не позволяя двигаться и жадно впиваясь ртом в его губы. Вуд шевельнулся, пытаясь незаметно, как ему казалось, потереться об него, но тот сдвинулся одновременно с ним, приподнимаясь, чтобы уменьшить контакт. Оливер недовольно хныкнул, и Маркус, наконец сжав пальцы на его члене, начал двигать скользкой от выступившей на головке смазки рукой вверх-вниз. Поцелуи его в тоже время были тягучими и медленными: он захватывал язык Оливера губами, посасывал его и прикусывал зубами, отчего тот то и дело вздрагивал.
— Ты же не думаешь, что я так просто дам тебе кончить после всех этих твоих шуток? — спросил Маркус, отрываясь от его губ и прикусывая мочку уха. Тот беспомощно всхлипнул, даже не услышав толком, что Флинт у него спрашивает.
— Да, — выдохнул он.
Маркус лизнул его щеку, а потом вдруг резко дернув за собой, перевернулся на спину. Уложив Оливера на себя сверху, он снова потянулся за поцелуем, но Вуд уперся руками ему в плечи, прижимая к кровати и начиная действовать самостоятельно. Он, оставляя влажные дорожки, стал спускаться вниз по груди Маркуса, найдя сосок, накрыл его губами. Флинт хрипло застонал и уложил горячие ладони на ягодицы Оливера, сильнее вжимая его в себя.
Тот зажмурился крепко и мотнул головой, а потом отстранился, скатившись с Маркуса в сторону, чтобы можно было беспрепятственно рассматривать его. Оливер коснулся губами свежего синяка на ребрах и скользнул ниже. Маркус кашлянул, чтобы его голос не был хриплым и не выдал, что ему нравятся эти действия. Он плавно выгнулся, подставляя своё тело языку Оливера.
— Смотри не засни там, Вуд.
Улыбнувшись, Оливер оперся рукой о кровать и расстегнул джинсы Маркуса, наконец-то стягивая их с бедер. Пару секунд ничего не происходило, Маркус открыл закрытые было глаза и уставился на Вуда, который с интересом рассматривал его член.
— Ух ты! Прикинь, а он и правда зеленый! — жизнерадостно воскликнул он, и Маркус, не удержавшись, отвесил ему подзатыльник, а потом надавил на голову, заставляя опустить ее ниже.
— Соси уже.
И Оливер послушно ухватил головку губами, дразняще погладил ее языком и резко, не давай Маркусу опомниться, насадился ртом на всю длину. Флинт громко застонал, двинул бедрами навстречу, стараясь проскользнуть еще глубже. Оливер было дернулся назад, но Маркус положил ладонь ему на затылок и надавил, не давая отстраниться. Он зашипел, когда Вуд сглотнул, сжал основание члена пальцами и на этот раз наоборот дернул голову Оливера назад. Но тот снова подался вперед, сильнее сжимая губы, заставляя Маркуса простонать:
— Я сейчас кончу, остановись.
Оливер нарочито медленно выпустил его член изо рта, и едва он отстранился, Маркус издав угрожающий грудной звук, дернул его наверх. Терзая раскрасневшиеся губы, он пытался стащить с Оливера оставшуюся одежду и, когда это удалось сделать, провокационно потерся членом между его ягодиц, сжимая их в ладонях.
  
— Давай сам, — шепнул он Вуду на ухо и обрисовал языком ушную раковину.
В животе у Оливера пульсировал жар, мускулы напряглись. Он облизал губы и произнес на выдохе:
— Только потому, что у тебя День рождения.