Палач. Смертельное оружие I, II, III

— Вот. Я стал твоим счетоводом, Фрэнки. Считаю трупы.
Они помолчали.
— Зачем ты меня бросил, Фрэнк? — вдруг спросил Роджер.
В лице Фрэнка что-то дрогнуло:
— Фрэнка нет, он погиб в катастрофе.
— И ты решил утащить с собой в могилу полгорода?
— Почему полгорода? Только ЭТИХ. Принцип простой: нарушил закон — труп.
— Судам решать, кто нарушил закон, а нс полицейским, Фрэнк. Расскажи мне все. И я попытаюсь тебе помочь.
— Мне не нужна помощь.
— Ты больной, ты это понимаешь?
— Я не сумасшедший.
— Больше ста тридцати трупов ты сделал за пять лет. Это не сумасшествие? Это как теперь называется?
— Можно назвать это работой. Я ведь палач.
Роджер рывком притянул к себе Фрэнка:
— Работа?! Тебя посадят на электрический стул, ты это понимаешь?!
— Мне все равно.
— Ты хочешь умереть?! Ну и черт с тобой! Для меня ты умер пять лет назад!
Роджер оттолкнул Фрэнка и пошел к двери.
— Я тоже тебя люблю, Родж…
Только в салоне машины Батлер понял, что именно в лице Фрэнка не вязалось с жесткой внешностью Палача. Две светлые дорожки, промытые слезами на грязном лице. Фрэнк с фотографии в бумажнике и Палач в камере западного участка наконец совместились в одно целое, и Роджер снова почувствовал легкий укол в груди слева.
  
ГЛАВА 8
 
Это было неслыханно. Джузеппе Кончини, тихий Джузеппе Кончини, владелец небольшой пиццерии отказался платить им дань! Так прямо и заявил:
— Приходили два. японца, сказали, что теперь они контролируют территорию, и что платить я теперь буду им. Так что вы сначала разберитесь между собой, а потом уж приходите за деньгами.
Взбешенный Александер чуть не вышиб мозги из этого Кончини, но Тэд вовремя удержал его. В таких случаях лучше доложить шефу. А мозги вышибить никогда не поздно.
Боевики Франкони вышли на улицу и подошли к телефону-автомату.
— Дай монетку, — попросил Тэд.
Александер покопался в карманах и отыскал несколько никелевых кругляшей. Тэд набрал номер. Никто не отвечал. Тэд попробовал другой номер. Опять никто не брал трубку. Все телефоны Франкони молчали.
Тэд яростно бросил трубку на рычаг:
— Дерьмо! Я ничего не понимаю! Здесь творится черт знает что, а Франкони молчит! Что с ним такое, я не понимаю! Он что, хочет все потерять?
— Может прикончить этого Кончини? — спросил Александер.
— С каких это пор ты полюбил самостоятельные действия? Будет команда — прикончим. Будет война — будем много приканчивать. Только я уже сомневаюсь, что она будет. Я не понимаю что творится. Конец света… Ладно, пошли…
В последнее время Франкони чувствовал, как нити управления отлаженным им механизмом потихоньку уплывают из его рук. И переходят к якудза. У него еще оставались люди, боевики, он мог начать предпринимать какие-то действия по восстановлению утраченных позиций, но опасался за судьбу сына. До холода в груди боялся, что однажды к нему придет посылка с головой Тома. Он так и не разобрался в этой истории с похищением детей Палачом. Почему его сын не был спасен им? Случайность? Зачем Палач пытался похитить детей?
Почему молчат якудза, не выдвигают никаких требований? Ждут когда он начнет предпринимать какие-то действия, начнет войну? А может Том уже мертв? Нет, не может быть Танаки понимает, что если Франкони узнает о смерти сына, терять ему будет уже нечего. А раненый зверь опасен. Сил у Франкони, несмотря ни на что еще предостаточно, чтобы в последнем прыжке уничтожить и ее и себя.
Единственное на что решился в такой ситуации Франкони, это на разведку. Он выяснил, что офис Ташки находится на 41-м этаже одного из небоскребов, расположенных поблизости. Сегодня утром Франкони сообщили, что его сын, скорее всего может находиться именно там. И что взять его практически невозможно: лестница с сорокового этажа на сорок первый перекрыта двумя железными решетками. На сорок первый этаж лифт идет не от кнопки, а от ключа, который имеют только избранные люди. В холле первого этажа стоит охрана. В лифтовом холле сорокового — тоже.
 
Франкони понимал, что при первой же попытке штурма его сына выбросят в окно.
Взгляд Франкони упал на стопку газет, в которых он отчеркивал статьи о Палаче. Да, есть только один человек, который может ему помочь. Человек, с опытом которого можно проникнуть на сорок первый этаж по ходам технических коммуникаций. Этим ходом можно выиграть какое-то время и, возможно, спасти Тома. Ведь украл же Палач других детей. Как ему это удалось? Судя по описаниям газет, ему просто повезло. Везунчик.
Франкони снял трубку, набрал номер:
— Простите, могу я поговорить с мистером Баулером из Велингтона?
— Нет, извините, вы, видимо, ошиблись номером.
— Простите.
Франкони повесил трубку. Человек из управления полиции, которому Франкони платил за информацию понял, что Хозяин хочет встретиться по тому делу, о котором ему сообщили люди Франкони два дня тому назад.
Через два с половиной часа Франкони и его осведомитель встретились в небольшой забегаловке через два квартала от памятника Джорджу Вашингтону.
— Ну что? — спросил Франкони.
— Завтра. В полдень. По обычному маршруту с обычной охраной.
Франкони молча кивнул и пригубил кофе.
* * *
Патрульная машина сопровождения шла сзади, постоянно держа фургон для перевозки особо опасных преступников в поле зрения. Фургон представлял собой железный сейф на колесах. Его узкие лобовые стекла были забраны металлической сеткой, и мир для водителя и сопровождающего офицера полиции сужался до размеров оконной щели. Только на этот раз водитель сидел один. Саманта Ливи — офицер сопровождения — объявила, что поедет внутри фургона вместе с арестованным.
Водитель и сержант машины сопровождения переглянулись.
— Мисс, вы отдаете себе отчет…
— Отдаю.
— Мисс, он убил чуть ли не полтораста человек.
— А может я хочу быть убитой. Это мое законное право на самоубийство.
— Есть много других способов.
— Мне нравится этот. У нас свободная страна. А если вы опасаетесь, что он завладеет моим оружием… — Саманта вытащила револьвер из кобуры и отдала водителю. Приедем, заберу.
Водитель с сомнением положил револьвер к себе в карман:
— Если будет кому забирать… Ваше дело, мэм. А вдруг он еще и насильник?
— Ой, не пугайте меня так! Он всего лишь мелкий убийца…
Саманта влезла в кузов. За ее спиной грохнула дверь, и Саманта осталась в стальной коробке без окон наедине с убийцей. Фрэнк удивленно взглянул на нес.
— Я сопровождающий офицер, — пояснила Саманта.
— А где Батлер?
— А почему вы решили, что вас должен сопровождать Батлер? Батлер занят. Я его напарница, Саманта Ливи.
Палач взглянул на нее:
— Я слышал, Батлер работает без напарников.
И тайная нотка ревности вдруг почудилась Саманте в его словах.
— Было такое, после того как ты бросил его. Ему было очень плохо без тебя. Ты был для него всем. Если хочешь знать, все эти пять лет он носит в бумажнике фото твоей семьи. Оно уже обтрепалось по краям…
— Зачем ты все это мне говоришь?
— Не знаю… Ты должен был подумать о нем.
— Может быть. Но сделанного не вернешь.
Фрэнк и Саманта не видели и не слышали, что творится снаружи их металлического сейфа. А там творились события, напрямую их касающиеся.
Из бокового проезда неожиданно выскочил небольшой обшарпанный грузовичок и ударил в правое переднее крыло машины сопровождения. Полицейский «Форд» занесло и он врезался в стоящий на обочине «Крайслер». Из грузовичка выскочили двое итальянцев и в упор начали поливать «Форд» из автоматов. Водитель автозака не заметил отрыва патрульной машины и, поскольку впереди рабочие в оранжевых спецовках установили «кирпич» и заграждение, свернул в боковую улицу. Но долго ех&ть по ней ему не пришлось. Наперерез выскочил трейлер и, не успевший остановить тяжелую машину водитель, въехал прямо в ярко раскрашенный борт трейлера.