Измена. Последняя командировка (СИ)
— А я свой найти не могу. — так же шепотом ответила ей я.
И, видимо, мы вдвоем решили, что забрать ее телефон с кухонной стойки лучшее сейчас решение. В полной темноте, ступая на ощупь мы двинулись вперед и наткнулись друг на друга. Я пошатнулась, но Лина успела обнять меня, удерживая от падения. И тут двери нашего номера открылись. И началось представление… Под звуки живой скрипки два официанта выкатывали в наш номер стол, на котором возвышался небольшой трех ярусный белый торт, утыканый множеством свечей. Вершину торта украшало два лебедя. За официантами в номер вошла элегантно одетая в черное женщина-скрипачка. Она продолжала играть невероятно романтичную музыку. Одета она была в черное платье, немного винтажное, но очень соблазнительно подчеркивающее фигуру. За ней шел трубач, такой галантный, даже сексуальный джазовый музыкант. И если женщину я оценила за грациозность, то от мужчины просто невозможно было оторвать взгляд. Черные обтягивающие классические брюки, черная в тон рубашка расстегнута на три пуговицы и обнажает мускулистую грудь. Кубики пресса угадывались, а в его мускулистых руках была золотого цвета труба. Эта пара настолько нас заворожила, что мы так и стояли с Линой в обнимку, забыв обо всем на свете. Тем временем официанты уже вкатили в номер торт и, пока один раскладывал фрукты и закуски, второй разливал шампанское в два длинных бокала. После чего они слегка поклонились и молча направились к выходу, по дороге оглядываясь на странную влюбленную парочку. Их манерам можно позавидовать, только вот глаза выдавали удивление и неодобрение. Музыкантов же, казалось, ничего не удивляло. Женщина продолжала играть, а мужчина просто стоял. Нет, не просто. Он стоял так непринужденно, но так эффектно. Боже, что со мной? Я никогда в жизни так мужика не разглядывала! Спустя пару секунд он заиграл. Это невероятное сочетание скрипки и джаза. Словно огонь и лед, встречаясь они творили нечто необыкновенное, с музыкой и со мной. Мою душу словно выпотрошили, будто эти двое знали все то, что я чувствую и перекладывали это на музыку. Нота за нотой, звук за звуком, они превращали всю мою боль в нечто красивое, тонкое, волшебное. В мелодию. По моим щекам текли слезы, которые я даже не пыталась скрывать.
Когда музыка стихла, женщина сделала небольшой шаг в сторону нас и проговорила нежно-бархатным голосом:
— Поздравляем вас с годовщиной свадьбы.
И пока Лина принялась объяснять им что произошли некоторые изменения, я отошла к окну. Все еще под впечатлением от музыки я стояла и смотрела на ночные огни без единой мысли в голове. Мое недолгое молчание нарушил тихий шепот из-за которого по коже пробежали мурашки.
— Эта музыка единения душ. Знаете, а может и хорошо, что у вас не сложилось. Ваша душа еще не нашла того, с кем она могла бы так же соединиться как скрипка и труба.
— Кто вы, мистер? Джин? — спросила я не оборачиваясь.
— Почему Джин? — его шепот буквально касался моей кожи.
— Загадочный взгляд, магическая музыка, и вы будто читаете душу.
— Возможно. По крайней мере сегодня я буду вашим Джином. Я буду играть для вас, а вы загадывайте желания.
Глава 58. Аврора
Это и правда была волшебная ночь. Негромко играла восточная музыка, шампанское лилось рекой, а наши гости рассказывали нам сказки и легенды своей страны. Несколько раз они еще сыграли для нас и это было настолько же завораживающе. Наши неожианные гости очень быстро стали для нас не просто музыкантами, а гостями, хорошими знакомыми. Лина рассказала им мою историю в подробностях. И вот кто просил то? Мне было было неловко, стыдно. И… Я ужасно боялась, что они меня высмеют, назовут дурой. А мне хватало и внутреннего критика, который все время мне об этом теперь напоминал. А еще я боялась жалости. Не сочувствия и понимания, а именно жалости, как к какой-то недалекой, болезной. Но все мои опасения и страхи оказались беспочвенными. Они приняли меня такой, какая я есть, без осуждений, обсуждений и вопрросов. В их глазах читалось сочувсвие и уважение. А еще понимание. Женщина, кстати, оказалась американкой. На этой почве мы быстро нашли с ней о чем поговорить. А вот мужчина был коренным жителем Дубаи. Вот в его происхождении я ничуть не сомневалась. Восточная внешность, манеры, умение грасиво говорить. В нем была и открытость и тайна. Теперь можно быть собой и не играть роли. Быть настоящей. Я, впервые за несколько недель, полностью расслабилась, отпустила все проблемы и переживания, перестала думать и гадать как быть дальше. Я просто жила. В моменте. Наверное именно поэтому, когда прозвучало предложение продолжить нашу вечеринку в ночном клубе отеля, я так легко согласилась. Мне не хотелось чтобы эта ночь не кончалась, мне хотелось продлить эти мгновения безмятежности.
В гардеробе Лины конечно же нашлось платье соответствующее случаю, а вот в моем, увы, ничего подходящего не было.
— Нет, так дело не пойдет! — заявил красавчик музыкант картинно уперев руки в боки. — Нужно что-то придумать!
— Да что ты придумаешь? Итак нормально. — сказала я поправляя свой летний пляжный сарафан в крупный цветок. — Лина, неси то бежево-золотое платье, что ты только что меряла. — сказал он, придирчиво оглядывая меня.
— Да я же утону в нем. — прошептала я. — Не утонешь. — сказал он и направился в гардеробную за моей подругой.
— Давай я пока сделаю тебе макияж. — предложила скрипачка. — Восточный смоки айс тебе будет к лицу.
И пока она колдовала над моим макияжем, вернулись Лина и красавчик музыкант. Они принесли безумно красивое бежевое с золотом платье, расшитое мелкими стразами. А еще принесли кучу разных заколок, бантиков и булавок.
— Мейк крутой! Отличная работа, визажист! — похвалил мужчина работу визажиста. — Теперь предоставьте модель мне.
— Да, кутюрье! — сказала она и наигранно поклонилась. — Ваш выход!
И вот тут были пять минут моего позора. Я, хоть и немного хмельная, но впала в ступор. Как это мне предстоит раздеться перед малознакомым мужчиной? Да я в жизни ни перед кем, кроме мужа не раздевалась. Краснея и смущаясь я попросила его выйти чтобы я переоделась, но он на отрез отказался.
— Да что я там не видел, красотка? — подергивая бровями спросил он. — Я, конечно не кутюрье, но к миру моды отношение имею.
— Да не верь ты ему, пару раз на показах сыграл и теперь записал себя в модельный бизнес. — рассмеялась она, и наигранно продолжила — А ты не улыбайся, а отвернись, видишь же, что девушку смущаешь!
— Опять я пропускаю самое интересное. — грустно вздохнул он, и как-то слишком быстро сдался. Уже потом я поняла что отвернулся он лицом к зеркалу, в котором в полный рост отражалась я.
— Так, платье мы надели, теперь можешь поворачиваться и колдовать! — сказала она и отошла уступая место моему Джину.
И он колдовал, заставляя меня все время крутится. Где-то что-то подкалывал, где-то что-то завязывал, я же послушно исполняла все что он говорил. И минут через десять мне разрешили посмотреть на себя в зеркало. И я поразилась. Нежное, в восточном стиле платье, элегантно на мне сидело. Глубокий вырез украшала красивая брошь-заколка прицепленная прямо к бюстгальтеру, а на талии платье держал тоненький золотой ремешок. Из-за разницы в росте и весе, платье Лины на мне было в пол, даже с небольшим шлейфом. Под платье отлично подошли мои лодочки. Сделав пару шагов я обнаружила, что у моего дизайнерского платья еще и огромный вырез до середины бедра. Элегантно, но слишком откровенно для меня. — Это слишком… — я показала на вырез не найдя подходящего слова.
— Не вздумай делать разрез меньше! — погрозила кулаком Лина.
— Но, Лина, ты же знаешь, я так не хожу. — попыталась я отвоевать более приличный вырез.
— Ты — нет, а вот новая Аврора — ходит! — категорично заявила подруга и взяв меня под руку повела к выходу из номера. Я вздохнула, смирилась, пообещала себе отомстить подруге при первом удобном случае. И пошла. Мелкими шажками, стараясь не думать о своем внешнем виде.