Измена. Последняя командировка (СИ)
А вот пункт об измене был. Причем, вписала она его самостоятельно, надеясь тем самым показать, что она предана будет только ему и что она делает это не только ради денег, но и ради их будущего. Она вписала в контракт пункт о том, что она будет хранить ему верность. Именно за этот пункт и ухватился Марк со своим адвокатом.
Так как сексуальная жизнь у Эмилии с Марком, не смотря на все ее ухищрения и манипуляции не сложилась, Эмилия нашла себе любовника. Уже пол года частный детектив, нанятый Марком, собирал на нее компромат.
В огромной паке Марка была собрана жизнь Эмилии и ее любовника по часам. Фото и видео их свиданий в кафе, пабах, барах и ресторанах. Тайные прогулки по ночному городу. Личные разговоры в ее кабинете. Многочисленные звонки и переписки. И даже съёмка их любовных игр.
Марк считал, что лучше уж он простит себе такой нечестный метод игры, чем будет ещё четыре года обманывать Аврору и играть ненавистную ему роль мистера Грея.
В эту последнюю командировку Марк получил от Эмилии нужную ему бумагу. Это был документ, в котором она разрешала ему фото, видео и аудио съёмку. Подписанный задним числом. Эмилия думала, что это будет фильм о ее невероятном взлете от простой и счастливой женщины до успешного конгрессмена. Да, он сыграл на ее тщеславии… Но на войне все способы хороши!
Он был безумно счастлив возвращаясь домой к Авроре. Он праздновал победу. Ему невероятных усилий стоило получить это разрешение, которое делало все собранные им материалы легальными. И ему оставалось только передать этот документ своему адвокату. Это он и хотел сделать перед поездкой в Дубаи.
Но эта стерва вела какую-то свою игру.
Глава 48. Аврора
Прекращавшаяся вроде истерика накатила на меня новой волной. По кругу крутилась одна и та же фраза “у него есть дети”…
— Аврора, хватит уже думать об этом. Ну не совсем же твой Марк дурак. Если он вызвал экспертизу ДНК — значит дети не его. — успокаивала меня в сотый раз Лина.
— При его деньгах… — тихо проговорила я.
— Ты что думаешь, он подготовил это заранее? Заранее нашел экспертизу и подкупил? — спросила Лина садясь рядом со мной на диван.
— А вдруг? — я посмотрела заплаканными глазами на подругу — Я думала что знаю его, Лина.
— Ты и знала его. Просто с другой стороны. — ответила она и прозвучало это до ужаса жестоко, но правдиво.
— Нет, я не наивна, я не считаю, что он всегда был кристально честен и у него нет ни одного секрета. Скорее всего что-то мелкое, но есть. Но чтобы такое… — я всхлипнула и уткнулась лбом в плечо подруги.
— Все мужчины врут. Особенно о своем прошлом и о своих бывших. — сказала она поглаживая меня по волосам так же, как это делал Марк, когда я приходила домой расстроенная. И от этого сильно кольнуло в груди, вызывая непрошенные воспоминания.
— Я никогда не интересовалась его прошлыми отношениями. Знать всех его бывших? Для чего? Никогда не понимала этой женской логики — узнать кто бывшая, рассмотреть ее со всех сторон и потом вечно себя с ней сравнивать, находить в себе и в ней изъяны. Мне не важно кто был до меня. Сейчас есть я. И кроме меня никого. — и сквозь слезы шепотом продолжила — Какая же я наивная…
— Ты не наивная, ты слишком честная. — тихо проговорила она, продолжая поглаживать меня по волосам. — Ты сама никого не обманешь и ждешь, что люди будут поступать с тобой так же. Но увы, Аврора, никто тебе эту взаимность не даст. Врут все.
— Даже ты? — я подняла на подругу глаза полные слез.
— Даже я. Помнишь твою нелепую шелковую белую блузку? Ну ту, с большим бантом на шее? — спросила Лина, едва сдерживая смех.
— Мою любимую? Конечно помню. Я ее еще хотела надеть на первое свидание с Марком, но она, как назло, куда-то делась и мне пришлось надевать твою. — непрошенные воспоминаниях тех дней вызвали улыбку. — Неужели это ты ее спрятала тогда?
— Хуже, детка, хуже. Я постирала ее с красными носками. — рассмеялась она и быстро встав с дивана направилась к окну — Ну не могла же я тебе сказать это прямо перед свиданием?
— Ах ты ж! — я запустила в нее диванной подушкой. — Ты ее всегда ненавидела!
— Напротив. — сказала она кидая подушку в меня, я поймала ее и прижала к себе. — Она мне всегда нравилась. Но признаться, что я стала убийцей дизайнерской блузки, я не могла.
— Веселые были годы. — проговорила я в подушку.
— А что нам стоит тряхнуть стариной? — спросила Лина грациозно усаживаясь прямо на журнальный столик напротив меня.
— Что ты уже придумала? — спросила я с ноткой подозрения.
— А давай вдвоем махнем в Дубаи. Дом снят. Билеты у тебя есть.
— Но самолет уже сегодня… А второй билет на Марка… Мы не успеем так быстро поменять. — проговорила я.
— Ой, ты что думаешь, я не в состоянии купить себе билет на самолет? Или думаешь в твои Дубаи прямо очередь отсюда выстроилась? Мне кажется, кроме тебя туда никто не хочет.
— Это же курорт! — начала я оправдываться.
— Из курорта на курорт только ты можешь ездить. — рассмеялась она. — Тихий океан тебе не подходит, тебе раз в год подавай Персидский залив.
— Ой все. — сказала я и скорчила обиженную моську.
— Что все? Иди приведи себя в порядок. А я пока вызову такси. Сначала к тебе, потом сразу в аэропорт. Мы как раз успеваем. — сказала она и уже начала набирать что-то в телефоне.
Через десять минут мы поднялись ко мне в квартиру, которая по счастью, была пуста. Я сразу направилась в спальню, взглядом прошлась по комнате, отгоняя непрошенные сцены супружеской измены, которые подкидывало мое воображение. Все таки хорошо Лина придумала. Подальше от дома, подальше от Марка. Нужно успокоится. Я быстро схватила с тумбочки у кровати оставленные там накануне билеты. Зашла в гардеробную, в которой, на удивление было прибрано, и схватила за ручку стоящий в углу чемодан. Сердце разрывалось. Я должна была ехать с мужем. Это был такой долгожданный отпуск по случаю нашей годовщины.
— Поторопись, Аврора, нас такси ждет! — прокричала подруга, будто чувствуя мое состояние, которое надо признать, снова приближалось к отметке истерика.
Я не раздумывая вышла, катя за собой чемодан. На кухне Лина разливала по термокружкам свежесваренный кофе.
— Эээ нет. Так не пойдет. — сказала она складывая на груди руки. — Ты что собралась ехать в этом?
— А что не так? — спросила я разглядывая свой серый костюм.
— Марш переодеваться! Я требую что-то поярче! — сказала она и вернулась к кофе.
Я послушно вернулась и переоделась в нежно розовый спортивный костюм оверсайз. Нежнейшая ткань, будто коконом укрыла меня и я невольно улыбнулась смотря на себя в зеркало. Грустить в таком цвете противопоказано!
— Так лучше. — одобрила мой наряд Лина. — Поехали!
Я взялась за ручку чемодана и направилась в сторону двери. Лина, услышав скрип колесиков по паркету, обернулась и ткнув пальчиком в сторону чемодана сказала:
— Этот товарищ с нами не едет.
— Но там все мои вещи! — возмутилась я.
— В новую жизнь со старыми вещами не едут! — отрезала она и показала мне в сторону двери, мол проходи, не стой. Я обреченно вздохнула, так и оставив посреди гостинной чемодан, вышла из квартиры.
Глава 49. Аврора
— Мы не успеем. — уже в третий раз проговорила я в такси посматривая на часы.
— Девушка, я объеду все пробки. Вы будете на месте вовремя. — раздраженно проговорил таксист.
— Да это она не вам, молодой человек. Вы у нас лучший водитель, так быстро и с таким комфортом везете нас. — сказала ему Лина и кокетливо улыбнулась, а повернувшись ко мне тихо проговорила. — Я за все договорилась.
— Договорилась она. — пробурчала я себе под нос снова нервно глядя на часы. Через тридцать минут начиналась регистрация на наш рейс, а я все еще не понимала как мы успеем поменять билеты.
Доехали мы, надо признать, быстро. Я пробурчала “До свиданья”, а Лина задержалась, видимо ее кокетство с водителем дало побочные эффекты и тот выпрашивал ее номер телефона. Я улыбнулась, так как знала заранее, что его бой будет проигран. Мне стало даже немного жаль этого смазливого парнишку, ему сегодня попалась бурчащая я и неприступная Лина. В ожидании Лины я рассматривала людей вокруг. Самым примечательным был элегантно одетый мужчина с букетом красно-черных роз на длинном стебле. И, хоть Марк был и баснословно богат, но вот так как этот мужчина держать себя не умел. От него прямо веяло богатством и статусом. И он не вписывался в обстановку, его скорее можно представить выходящим из частного самолета, чем одиноко ожидающим кого-то перед главным входом в аэропорт.