Голос Арчера

Мы еще немного поболтали о парнях, с которыми Лайза и Мелани познакомились, и не успела я опомниться, как мы подъехали к моему коттеджу.
Выбравшись из машины, я, не желая будить соседей, тихонько шепнула:
– Пока! Большое вам спасибо!
– Мы тебе позвоним! – крикнули девчонки, помахали в ответ и уехали.
Я умылась, почистила зубы и легла спать, улыбаясь, мысленно надеясь на то, что, может быть, проснусь тоже с улыбкой.
   
Глава 8
 
Бри
Я проснулась, задыхаясь, и не успела даже сесть, как мной завладело главное из моих кошмарных воспоминаний. Оно осталось таким же сильным и ярким, как в сам момент убийства: отец лежит в луже крови, его безжизненные глаза устремлены в потолок. Я вцепилась в покрывало и выпуталась из простыней. Все тот же громкий скрежещущий звук наполнял мое сознание, пока реальность наконец не вернулась и мир вокруг меня не прояснился.
Через несколько минут я склонилась над унитазом. В моих глазах стояли слезы. «За что?» Я застонала, охваченная жалостью к себе, захлебываясь от боли и горя, которые принесли с собой воспоминания.
Заставив себя подняться, я, пошатываясь, отправилась в душ, отказываясь провести остаток дня в постели, хотя сейчас мне очень этого хотелось, и в течение нескольких месяцев после той ночи именно так я и поступала.
Воспоминания начисто уничтожили ощущение испытанного прошлым вечером счастья.
Я быстро приняла душ и натянула костюм – шорты и майку. По какой-то причине время, проведенное на пляже небольшого озера у Брайар-роуд, наполняло меня особым чувством удовлетворения. Да, мне снова приснился тот самый сон об отце, но, несмотря на грусть и нахлынувшее во сне чувство утраты, пробуждение сопровождалось чувством надежды. Мне там нравилось.
Я выехала на своем велосипеде, усадив Фиби в корзинку впереди. Утро выдалось ясным, и уже начинало припекать. Был конец августа; я понятия не имела, когда погода в штате Мэн начнет меняться, но пока еще казалось, что здесь лето.
Свернув на Брайар-роуд, я позволила велосипеду двигаться по инерции, сняв ноги с педалей. На несколько секунд убрала руки с руля и предоставила велосипеду катиться, подпрыгивая на мелких камешках грунтовой дороги и громко смеясь. Фиби несколько раз гавкнула, как бы говоря: «Будь осторожна, сорвиголова!»
– Знаю, драгоценный ты мой груз. Фиби, я нас не угроблю.
Добравшись до озера, я положила полотенце и сумку-холодильник на привычное место и вошла в прохладную воду. Фиби наблюдала за мной с берега. Вода была восхитительной и нежно касалась моих бедер, пока я пробиралась на глубину. Наконец я полностью окунулась и поплыла. Прохладная вода ласково обнимала мое тело.
Развернувшись и направившись обратно, я услышала, что какое-то животное – как мне показалось, большая собака – воет так, словно попало в беду. Фиби начала возбужденно тявкать, бегая взад-вперед по пляжу. Я выбралась из воды и замерла, прислушиваясь. Вой раздавался слева от меня, со стороны владений Арчера Хейла.
Может быть, его участок простирается аж до этого маленького пляжа? Очень даже возможно. Я подошла к опушке леса, раздвинула заросли ежевики и, прищурившись, посмотрела сквозь деревья, но не смогла разглядеть ничего, кроме еще большего количества деревьев. Зато примерно в ста футах я заметила заросли ежевики. Я затаила дыхание: меня охватило волнение. Отец готовил безумно вкусный ежевичный пирог. Если бы он только мог видеть это лакомство, которое было прямо передо мной!
Я двинулась к кустам, но, когда ветка хлестнула меня по голому животу, зашипела и отступила. Моя одежда не подходит для сбора ежевики. Придется отложить это занятие.
Я вернулась к своему полотенцу, вытерлась и провела несколько часов, читая и нежась на солнышке, прежде чем мы с Фиби отправились домой. Как обычно, я ненадолго задержалась перед воротами Арчера, снова задаваясь вопросом, что за таблички висели там, где на его заборе остались выцветшие пятна.
«Шпионишь, Бри?» – прошептала я себе под нос. Уезжая, я услышала все тот же жалобный собачий вой и понадеялась, что, что бы это ни было, Арчер с этим справится.
Заехав домой и переодевшись, я отправилась в центр города, чтобы заглянуть в публичную библиотеку Пелиона, и провела там час, выбрав несколько новых книг. К сожалению, моя электронная книга осталась в Цинциннати, и поэтому я вернулась к изданиям в мягкой обложке. Я и не подозревала, как сильно скучала по запаху и ощущению старой книги в руках. Кроме того, никаких скачиваний, никаких учетных записей! Я не заглядывала в соцсети больше полугода и не скучала по ним.
Я бросила стопку книг на пассажирское сиденье и направилась в продуктовый магазин, чтобы закупиться на неделю. Обход прилавков, чтение этикеток и заполнение тележки заняли немало времени. Перед тем как выйти из магазина, я взглянула в большие окна перед кассой и поняла, что на улице уже смеркается.
– Привет! – улыбнулась я молодой женщине за кассой.
– Привет! – отозвалась она, жуя жвачку. – Купоны есть?
– О, нет, – я покачала головой. – Никогда не могла в этом разобраться. Сколько ни пыталась, у меня всегда получалось двенадцать упаковок чего-то, что я вообще не ем, и хозяйственное мыло, от которого отваливались большие куски… – Я замолчала, сообразив, что девушка передо мной одной рукой пробивает мои покупки, а другой печатает сообщение на своем телефоне. Она не слушала ни слова из того, что я говорила. Ладно, хорошо.
– Шестьдесят два восемьдесят семь, – сказала она, снова жуя жвачку.
Я вытащила из бумажника деньги. Ровно шестьдесят долларов. Вот черт!
– Боже, – мои щеки вспыхнули, – простите, я думала, что мне хватит. У меня всего шестьдесят. Нужно что-то убрать.
Она тяжело вздохнула и закатила глаза.
– Что вы хотите убрать?
– Э-э-э… – я начала рыться в пакетах, куда уже уложила покупки. – Как насчет этого? На самом деле мне это не нужно, – я протянула ей губку для посуды, которой планировала заменить старую.
– Это всего шестьдесят четыре цента, – заметила она.
Я моргнула, и кто-то в очереди позади меня что-то проворчал.
– О, хм… Ну давайте посмотрим… – я покопалась еще немного. – Ой! Как насчет этого? На самом деле мне это не нужно, – я протянула ей новую упаковку бритв. Она потянулась за ними, но я отдернула руку: – Подождите, на самом деле они мне как раз нужны. Навести лоск и все такое, – я нервно рассмеялась. Продавщица даже не улыбнулась. – Эм… – я снова уткнулась в пакеты, и ворчание за спиной усилилось.
– Э-э… Спасибо! – Услышав голос продавщицы, я посмотрела на ее растерянное лицо, а она указала головой направо и медленно произнесла: – Он за вас заплатил.
Я растерянно обернулась и увидела Арчера Хейла. Он стоял за спиной находившегося рядом со мной старика с печальным лицом и не сводил с меня глаз. Несмотря на теплую погоду, на нем была толстовка с капюшоном.
Я улыбнулась, слегка наклонив голову. Продавщица кашлянула, привлекая мое внимание. Я взяла у нее чек и прошла в конец очереди.
– Большое спасибо, Арчер! – сказала я.
Он по-прежнему не сводил с меня глаз. Продавщица и старик переводили взгляд с меня на Арчера, и на их лицах читалось замешательство.
– Я, конечно, верну деньги, – я снова улыбнулась, но он не ответил на улыбку. Я слегка покачала головой, осматриваясь, и заметила, что люди у касс справа и слева от меня теперь тоже наблюдают за нами.
Старик оплатил свои покупки и через минуту прошел мимо, а Арчер поставил на ленту кассы большой пакет с собачьим кормом.
  
– О! – сказала я. – Сегодня я была на озере, и мне показалось, что я слышала на твоем участке собачий вой. Кажется, собака выла от боли.
Он взглянул на меня, протягивая кассирше несколько купюр. Я снова огляделась, заметив, что все взгляды по-прежнему устремлены на нас. Арчер Хейл, казалось, вообще их не замечал.