Паук раскинул сеть (СИ)
Казалось бы, надо радоваться, что Брагоньера сопровождало много магов, а Эллина ещё больше нервничала. Если они не уберегли, противник силён, наверняка мстил за замученную подружку. А мстили тёмные жестоко, это Эллина знала по себе. Гланер вдоволь поизмывался над подругой за отказ переспать с собой. И ведь гоэта с ним дружила, не обсмеяла, не оттолкнула, просто ни разу не легла в постель. Страшно представить, как мстят за чужую смерть.
- А как тут у вас, спокойно? -Эллина вгрызлась зубами в жёсткое мясо.
Не хватало ещё, чтобы нечисть повылезала.
- Ну... - неопределённо повёл плечами хозяин и покосился на засов: на месте ли.
Значит, мьяги хозяйничают. Лишь бы ламии не вылезли. Мьяги мелкие, флиссой отгонишь и защитным кругом, а вот вторые разумнее и сильнее. Эллина, конечно, женщина, а ламии мужчин обольщают и съедают, но и ей не побрезгуют.
- А вас как сюда занесло? - хозяин скользнул взглядом по гоэте. Та на всякий случай нащупала кинжал. Только приставаний для полного счастья не хватало!
- По работе, - немногословно ответила Эллина и добавила, чтобы точно отбить охоту: - Я маг и жених у меня тоже.
Хозяин заметно приуныл, даже к первачу интерес потерял. Не иначе действительно на что-то рассчитывал.
Гоэта спокойно доела и отправилась спать.
Комната больше походила на чердак, но выбирать не приходилось. Защёлка там оказалась хлипенькая, и Эллина немного повозилась, прилаживая к ней простенькую ловушку-будилку из ведра. Надумай хозяин наведаться ночью, загремит и ноги поломает. Можно, конечно, повозиться и поставить охранные чары, но на усталую голову легко ошибиться, а силы ещё понадобятся, хватит с мужчины житейской хитрости и кинжала.
Но хозяин ночью не пришёл. То ли испугался, то ли раздумал.
Эллина поднялась на рассвете, наскоро позавтракала тем, что припасла в дорогу, и направила Звёздочку к Рейквистским болотам. Сердце мячиком прыгало в груди, пальцы холодели при мысли, сколько тёмных вокруг. Гоэта пару раз порывалась натянуть поводья и повернуть обратно. Останавливала мысль о Брагоньере. Никто, кроме некроманта, ему не поможет. Даже если отбросить чувства, чёрная неблагодарность - бросить человека, который дважды спасал жизнь, переступая через принципы.
Вскоре лес перестал быть необитаемым: среди чахлых ёлочек и осинок замелькали блестящие любопытные глаза. Мьяги. Эллина нервничала. Она вытащила флиссу и приготовилась отбить нападение, но нечисть пока просто следила. Сколько же её здесь! Наверное, нужно пугнуть, а то запросто съедят лошадь, пока гоэта по болоту прыгает.
Сказано - сделано.
Мьяги завизжали и ринулись обратно во влажный лес. Деревья в нём походили на калек: все кособокие, чахлые, приземистые. Другие на болоте не растут.
Страшно и неуютно. За каждым деревом мерещился зверь или ламия. Гоэта постоянно оглядывалась, готовая в любой момент пустить лошадь в карьер.
Хорошая дорога тоже быстро кончилась. Оно и понятно, люди на Рейквистские болота не ездили, обходили стороной. Пришлось свернуть с просёлка и углубиться в лес, надеясь, что за ближайшие часы не съедят.
Под копытами Звёздочки хрустел валежник. Чавкал водой мох; частенько приходилось спешиваться и проверять дорогу, а то и расчистить путь.
Присутствие нечисти стало материальным. Мьяги собирались стайками и неотступно следовали за Эллиной. Она понимала, те выжидают момента, чтобы напасть, и мечтала скорее оказаться на болотах. Где там камни, гоэта пока не представляла, но надеялась разобраться на месте.
Избежать неприятной встречи всё же не удалось.
Звёздочка захрапела, когда перед ней выпрыгнуло из чахлого кустарника мохнатое рыжее существо с острой мордочкой и человеческими руками. Только когти на них были явно не человеческими, а медвежьими. Как и зубы, которые онорк с готовностью продемонстрировал. Он одинаково хорошо передвигался на двух и четырёх конечностях, но самое главное, онорки всегда охотились парой.
Эллина ругнулась и подняла лошадь на дыбы.
Как бы гоэте пригодились боевые заклинания, но, увы, для них нужен дар, а он в Эллине настолько слаб, что без Брагоньера только на пятую степень хватало. После, разумеется, только на бумаге прибавилось.
Онорк зарычал и полоснул когтями по шкуре Звёздочки. К счастью, не достал, только царапину оставил. Но Эллина не собиралась расслабляться. Попотчевав флиссой настойчивую нечисть, гоэта тут же развернулась, чтобы угостить сталью другую, и поскакала через бурелом. Кто знает, кто ещё водится в лесу? Некроманты - известные затейники, наверняка создали надёжных стражей. И это ещё утро, что же ночью будет?
Лошадь уступала оноркам в скорости, пришлось развязывать мешочек с особым порошком и щедро угостить нечисть. Та взвыла и начала усиленно тереть глаза. Перец и магия дают потрясающий эффект и дарят пару минут форы.
'Да где же камни!' - раздражённо думала Эллина, с надеждой вглядываясь в просветы между деревьев. Ветки хлестали по лицу, пару раз гоэта едва не вылетела из седла, не успев отвести 'живую катапульту'. На паутину, гнус и прочие прелести летнего мокрого леса не обращала внимания: сущие мелочи.
Вдогонку нёсся нарастающий вой онорков. Разозлённые твари опасны, только не намашешься флиссой посреди кустарника и низеньких ёлок.
Тут ещё и мьяги повылезали, плотоядно облизываясь на добычу.
Одна посреди леса. Бесплатный обед.
Звёздочка испуганно фыркала и прядала ушами. Эллина, как могла, успокаивала её, понимая, без лошади пропадёт. Чтобы немного обезопасить себя, гоэта сотворила иллюзию, благо на это её умений хватало. Двойник вышел нескладным, проживёт от силы пару минут, зато отвлечёт нечисть. В азарте погони та не сразу заметит, что жертва не пахнет. В этом отношении тех же волков не проведёшь, а онорки больше на зрение ориентируются. Мьяги - на тепло.
Взвизгнув от неожиданности, Эллина пырнула воздух. На руку опала густая тёмная капля крови. Значит, попала. Плохо, что начали нападать, одной с ними не справиться.
И тут надеждой забрезжил впереди просвет. Лес постепенно редел, кончалась вотчина онорков. Зато начиналось царство мьяг.
Взмыленная, вся в паутине и трухе Звёздочка едва не угодила прямиком в трясину, Эллина в последний момент успела осадить лошадь на границе странной каменистой долины. На вид она казалась мирной, но буквально в паре футов от гоэты торчала из земли чья-то рука. Кости пожелтели, истлели, сточенные дождями, можно и не заметить.
Эллина огляделась. Мьяг не видно, онорки отстали.
Впереди - будто рощица, островок зелени, вокруг торчат из земли валуны. Много мха и грибы какие-то растут. Чуть дальше сплошной стеной тянется лес, густой и неприветливый. Казалось бы, там твёрдая почва, но тем и опасна трясина Рейквистских болот. Никогда не знаешь, не провалится ли надёжный на вид камень, не затянет ли под корни дерева, в общую могилу. Тёмные видели мир иначе, легко избегали ловушек, а вот другим, даже магам, приходилось туго. Болото не щадило чужих.
Продышавшись и уверившись, есть её пока не собираются, видимо, сидят, довольные, уверенные, что никуда не денется: через топь не пройти, а через лес не пропустят, - Эллина задумалась о призыве. Малис говорил, нужен камень и кровь. Гранитных валунов тут навалом, только как до них добраться? Но выхода нет, нужно идти.
Гоэта спешилась и крепко стреножила лошадь, чтобы не могла сделать ни шагу, затем срубила ветку и, используя её как слегу, отправилась в короткое опасное путешествие. Ноги подрагивали, сердце ухало каждый раз, как только палка проваливалась в землю.
Наконец, Эллине удалось добраться до валуна. Она с облегчением плюхнулась на него и вытащила кинжал. Вроде бы, чистый. Гоэта огляделась, нет ли нечисти, и порезала руку. Из ранки брызнула кровь и обагрила камень. Эллина не знала, сколько капель нужно, поэтому стояла и терпела до дурноты. Затем спешно перевязала палец и уселась ждать, беспокойно посматривая на лошадь. Вроде, стоит, нечисть не съела. Только те же мьяги чувствуют кровь, мигом сбегутся. И ведь с места не сдвинешься, иначе впопыхах угодишь в трясину.