Паук раскинул сеть (СИ)
Брагоньер поставил на уши всё Следственное управление. Всех судебных магов в спешном порядке вызвали на рабочие места и отправили либо прочёсывать окрестности, либо работать в имении герцога. Туда же отправилисьотправилось два следователя. Сам Брагоньер написал пару писем, в том числе, Сольману, а потом, спохватившись, вернулся в гостиницу. На сборы оставалось максимум полчаса, они и так опоздают.
Ответа от короля по-прежнему не было. Что ж, предсказуемо. Оставалось надеяться, его величество сменит гнев на милость стараниями герцога Ланкийского.
- Я полагала, вы вообще не вернётесь.
Эллина ждала на открытой веранде. На столике - свежая газета, в руках - бокал с соком. Издали она походила на аристократку, даже надела шляпку. Нежно-голубой цвет хорошо сочетался с цветом волос.
- По какому поводу? - Брагоньер проигнорировал замечания и указал на локоны.
- Причёска? Вы же велели быть женщиной, - пожала плечами Эллина и кокетливо намотала прядь на палец. - Вам не нравится?
- Нравится.Нравиться. Надеюсь, его светлости тоже. Очень хорошо, что ты одета. Остались украшения и духи. Я быстро переоденусь и поедем.
- Куда? - недоумённо спросила Эллина. - Вы устали...
- На ужин к герцогу Ланкийскому. Отказаться нельзя, не тот случай. Обещаю, дольше положенного не задержимся.
Брагоньер ни словом не обмолвился о нападении и гадал, не повторится ли оно вновь. Он не хотел рисковать жизнью Эллины, поэтому положил за голенище нож, а к кинжалу добавил меч. Пусть герцог хмурится, пусть это нарушает все правила, но Брагоньер не подвергнет опасности любимую женщину. Хватит, он никому её не отдаст, тем более смерти.
Эллина чувствовала нервозность любовника и попыталась осторожно выведать, что к чему.
- У меня допуск, ты помнишь, - гоэта положила руку на плечо соэра и заглянула в глаза. - Ты что-то скрываешь, напряжён...
- Я просто устал, - Брагоньер осторожно снял её руку, расстегнул рубашку и кинул на кровать. - Правила этикета повторить, или помнишь?
- Помню, - вздохнула Эллина и отправилась в ванную, нагреть любовнику воды. - И прекрасно вижу, что темнишь. Ольер, я тоже изучила твои привычки. Бесполезно делать бесстрастное лицо, тело и движения выдают.
- Никогда бы не подумал, что ты столь наблюдательна! - хмыкнул соэр. - Неприятный разговор. С герцогом осторожнее, он слишком тобой интересуется. Лучше молчи. И достаньдостать мой парадный сюртук, пожалуйста.
Маленькая правда, чтобы скрыть большую ложь.
Однако Эллина не поверила, почувствовала неладное. Проверив воду, она дожидалась соэра в дверях ванной комнаты. Брагоньер попытался её обойти - куда там! Гоэта упёрлась рукой в грудь любовника и потребовала прямого ответа.
- Это тайна следствия. Лина, если я не говорю, то не говорю. Тебя это не касается.
- На кучере, который тебя вёз, лица не было, и это меня не касается?! - взорвалась Эллина, с потрохами сдав господина Ирджина.
- Понятно, - поджал губы соэр. - Пора навести в местном Следственном управлении порядок. У меня опасная работа, Лина, иногда что-то случается. Ничего серьёзного, прихорашивайся.
Однако Эллина не спешила уходить. Уперев руки в бока, она исподлобья смотрела на Брагоньера. Тот делал вид, будто не замечает её взглядов, и спокойно проверил температуру воды.
- Ты что-то хотела? - наконец он соизволил обернуться.
- Да, - смело ответила Эллина. - Узнать, что произошло.
- Ничего особенного, я же говорил, - с лёгким раздражением повторил прежние слова Брагоньер и разоблачился до исподнего.
Ему хотелось принять ванну и расслабиться после тяжёлого дня, но мешало приглашение герцога.
Эллина решительно шагнула к любовнику и тщательно его ощупала. Она искала ссадины, синяки и раны. Не найдя, гоэта с облегчением вздохнула и с укором констатировала:
- Ты мне не доверяешь.
- Что тебе сказали?
Брагоньер ухватил Эллину за плечи и развернул к себе.
- Ничего.
Гоэта вырвалась и вышла из ванной комнаты.
- Только не требуй от меня откровенности, раз сам тщательно скрываешь, что на тебя напали.
Соэр вздрогнул, но тут же взял себя в руки. Возможно, Эллина ткнула пальцем в небо, даже если нет, он не станет ничего говорить.
- Время, Эллина, - напомнил Брагоньер. - Мой парадный сюртук и чистую рубашку.
И захлопнул дверь, поставив жирную точку в разговоре.
Гоэта же терзалась в неведении. Мысль о покушении пришла сама собой, Эллина просто связала работу любовника и страх кучера. Одно радовало, Брагоньер не пострадал.
Тревога за соэра заставила позабыть о титуле человека, с которым предстояло обедать. Эллина вспомнила о нём только в экипаже, когда выехалитот выехал за пределы Трии. Гоэта впервые оторвалась от созерцания булавки в шейном платке Брагоньера и, очнувшись от тяжких раздумий, спросила:
- К кому мы едем?
- К его светлости Арлану ли Сомерашу, герцогу Ланкийскому, министру внутренних дел, - терпеливо напомнил Брагоньер. - Уже опаздываем. По вашей милости, госпожа Тэр. Если бы не ваши вопросы...
Гоэта отвернулась. Пальцы теребили подол платья - Эллина даже не собиралась скрыватьскрыть тревоги. Страх за соэра на время сменился страхом перед герцогом. Гоэта никогда ещё не бывала у таких важных особ. Он ведь будет смотреть на неё, разговаривать... А вдруг Эллина скажет глупость? Радовало, что хотя бы столовые приборы не перепутает. Сначала король, теперьпотом герцог. Брагоньер решил её извести?
- Не бойтесь, - рука соэра накрыла руку Брагоньера. - Его светлость хочет взглянуть на вас, банальное любопытство.
Эллина кивнула и вздохнула.
Экипаж между тем уже катил по парку, освещённомуосвещённого по случаю ужина гирляндами огней. Брагоньер с неодобрением смотрел на эту иллюминацию: не время и не место. Да и ради кого стараться - баронета с любовницей! Соэр поневоле всматривался в тени, отбрасываемые деревьями. Повсюду мерещились убийцы, рука поневоле то и дело ложилась на рукоять меча. Эллина не могла этого не заметить, но спрашивать ничего не стала. Зачем, если соэр всё равно не ответит.
Важный дворецкий встречал гостей у парадного входа. Рядом стоял один из судебных магов. Брагоньер с трудом поборол желание переброситься с ним парой слов. После, завтра.
- Ваше оружие, благородный сеньор, - дворецкий указал на меч.
- Увы, в доме его светлости я не чувствую себя в безопасности, - качнул головой соэр.
Слуга не стал возражать и с поклоном отворил перед гостями двери.
- Нас собираются убить? - шёпотом, так, чтобы слышал только соэр, спросила Эллина и впилась ногтями в его руку. Разговор с дворецким выхватил её из пучины собственных страхов и заставил вновь беспокоитьсябеспокоится за любовника. - Почему вы не сказали, я бы взяла кинжалы.
- Нет. А кинжалы... - Брагоньер усмехнулся. - Поверьте, госпожа Тэр, со своим я обращаюсь лучше.
Эллина не стала спорить и с восхищением уставилась на богатое убранство холла. Загородный дом, а будто дворец! Интересно, какова столовая? Возблагодарив Сорату за дружбу с Анабель, которая приучила к пышным интерьерам, гоэта отдала накидку слуге. Жутко хотелось взглянуть на себя в зеркало, но чего нет, того нет, не держал герцог в холле зеркал.
- А вот и мои гости!
На лестнице возник герцог. На губах его играла фальшивая любезная улыбка, соперничавшая с бриллиантомбриллиантов в булавке шейного платка. Золотая вышивка сюртука напоминала о статусе владельца дома, как и чёрная шёлковая рубашка, эффектно оттенявшая лёгкую седину в тёмных волосах. Министр показался Эллине величественным, как король. Она глубоко вздохнула, напоминая себе о бале. Сколько там было знатных особ! А тут всего один герцог.
Брагоньер приветственно склонил голову, гоэта присела в глубоком реверансе. Теперь собственное платье казалось ей недостаточно парадным. Зачем только послушалась соэра? Сам-то он одет с иголочки, будто всего час назад не явился потным и помятым.