Паук раскинул сеть (СИ)
Приют располагался на окраине города, рядом с заросшим бурьяном пустырём. Госпожа Мранес именовала его парком и отвела для прогулок воспитанников.
Попросив подождать себя, женщина осторожно вылезла на деревянные мостки тротуара и направилась к чёрному ходу. Отомкнув калитку, она вошла в небольшой садик за кухней и поднялась по наружной лестнице к себе наверх.
Несмотря на воскресный день, работа в приюте кипела, и госпожа Мранес торопилась, чтобы не попасть на глаза какой-нибудь воспитательнице.
Оказавшись в кабинете, она испытала некоторое облегчение и поспешила переложить кошельки с золотом и серебром в сейф. Код от него не знал никто, кроме госпожи Мранес. Не доверяя гномам, она не поскупилась на работу мага, чтобы тот зачаровал замок от взлома.
- Добрый день.
Госпожа Мранес вздрогнула и чуть не села на пол. Она так и замерла, сидя на корточках перед секретером, гадая, не страдает ли слуховыми галлюцинациями.
- Я вас напугал? Простите.
Мэтр Карен обворожительно улыбнулся - на памяти госпожи Мранес во второй раз со времени их знакомства - и помог ей подняться. Рука его показалась госпоже Мранес холодной - будто мэтр Карен пришёл оттуда, где за окном кружились снежинки, а не светило тёплое июньское солнце. Да и как он попал в кабинет, если дверь заперта? Госпожа Мранес глянула через плечо - так и есть, ключ в замке на месте. Странно.
- Чем обязана? - деловито осведомилась госпожа Мранес и, чинно расправив юбку, заняла место за столом, непроизвольно отгородившись от посетителя пресс-папье.
- Всё тем же.
Мэтр Карен отодвинул стул, но не спешил садиться. Вместо этого он неожиданно спросил:
- Что, о той женщине не спрашивают?
Госпожа Мранес сначала не поняла, о ком идёт речь, а потом догадалась - об Олире.
История с воспитательницей показалась ей странной. Мэтр Карен сам принёс прошение Олиры об отпуске и попросил подписать задним числом. А потом таинственно добавил, что воспитательница не скоро преступит к работе. Госпожа Мранес предпочла не уточнять почему, подписала бумагу, а после, когда в приюте начали шептаться об Олире, с чистой совестью сообщила: отдыхает.
- Да нет, с чего бы? - пожала плечами госпожа Мранес.
Её пытливый ум задался вопрос: с чего вдруг мэтр Карен, несомненно, обеспеченный и влиятельный человек, так печётся о какой-то воспитательнице? Складывалось впечатление, будто он боится её или расспросов о ней.
Госпожа Мранес решила съездить к сестре Олиры и, если воспитательница там, вывести ту на чистую воду. Здесь пахло большими деньгами, некой тайной, из которой можно извлечь прибыль.
- Это хо-ро-шо, - по складам произнёс мэтр Карен и, наконец, сел. - Ну, а как ваши дела, дражайшая госпожа?
- Ваши стараниями и милостью Сораты. Кто, кроме неё и Дагора, позаботится о несчастных малютках? - притворно вздохнула госпожа Мранес.
Она задумалась, видел ли гость комбинацию цифр сейфа, и хмурилась оттого, что кто-то застал её в самый неподходящий момент. Деньги нужно завтра же отнести в банк, а шифр сменить.
- Перейдём к делу? - предложил мэтр Карен.
Он внимательно наблюдал за госпожой Мранес и легко раскусил все её намерения.
Мэтр Карен с самого начала понял: то, что надо. Не скривит презрительно губы, не станет задавать лишних вопросов - только плати деньги. Жаль, в госпоже Мранес проснулось любопытство, удовлетворить его мэтр Карен сможет всего одним способом. Однако искать новый приют не хотелось, и мужчина решил пока намекнуть заведующей: всем своё место. Если та не поймёт и попытается шантажировать - что ж, ничто не ценится так дёшево, как человеческая жизнь.
Госпоже Мранес не хотелось идти в спальни воспитанников, но мэтр Карен настоял, сопровождать его в этот раз будет она. Он умел убеждать. Госпожа Мранес сама не понимала почему, но стоило измениться выражению его глаз, как она пугалась и соглашалась на всё. Появлялось иногда в них что-то звериное, жёсткое, будто у волка, готового вот-вот растерзать зайца. И всё это - без слов, без единого жеста.
Воспитательницы удивились, увидев начальницу в выходной день. Они тут же побросали кружки с чаем, оборвали на полуслове перемалывание косточек соседок и изобразили бурную деятельность. Госпожа Мранес только усмехнулась - насквозь их видела. День выдался спокойным, вот, уложив детей спать, и сплетничают по углам.
- Кого вам угодно? - госпожа Мранес обернулась к спутнику. - Мальчиков, девочек? Младенцев, постарше?
Мэтр Карен задумался, повертел массивный перстень на мизинце и ответил:
- Без разницы, лишь бы здоровые.
- И всё же? - настаивала госпожа Мранес.
- Я сам выберу. - Ледяной тон пресёк возможные возражения.
Госпожа Мранес кивнула и, хлопнув в ладоши, велела построить воспитанников в спальнях.
Босые, одетые в одинаковые серые суконные рубашки и штаны дети со смесью любопытства и страха разглядывали мэтра Карена. Они стояли у топчанов-кроватей, на которых спали по трое, и ждали, что же будет. Кто-то сосал палец, кто-то хныкал, кто-то просто таращился круглыми глазами на незнакомого мужчину.
Воспитательницы строго следили, чтобы дети не шалили и стояли смирно. Если кто-то заходился в плаче, цыкали на него и пугали демонами.
Мэтр Карен неспешно двигался от кровати к кровати, равнодушно скользя взглядом по встревоженным личикам. Время от времени он тыкал в ребёнка пальцем, и его отводили к дверям, шепча, как тому несказанно повезло.
Выбрав двух мальчиков и одну девочку, мэтр Карен изъявил желание взглянуть на младенцев. Они ему не понравились - "слишком хилые", как он выразился.
Воспитательницы спешно вымыли, причесали и переодели в чистое плачущих детей и усадили в закрытый экипаж мэтра Карена. Там ими занялась его спутница - сухая невысокая женщина с крайне неприятным лицом. Она и раньше приезжала с мэтром Кареном, но никогда не заходила внутрь приюта.
- До скорой встречи, - попрощался мэтр и, склонившись над рукой оторопевшей госпожи Мранес, сел в экипаж.
Заведующая проводила его задумчивым взглядом, гадая, зачем мэтр Карен каждый месяц забирает детей. Вряд ли он находит им усыновителей, значит, преследовал какую-то выгоду. Наверное, продавал.
Иногда мэтр Карен приезжал чаще, раз в неделю, иногда реже, но неизменно не брал меньше двоих.
Пристальное внимание госпожи Мранес не укрылось от покупателя живого товара. Мэтр Карен тоже проводил воспитательницу долгим взглядом и лишь потом откинулся на сиденье.
- Проблемы?
Спутница мэтра поправила капюшон накидки. Несмотря на то, что стояла тёплая погода, она предпочитала кутаться в плотную ткань.
Мэтр Карен пожал плечами:
- Рано или поздно они случаются. У женщины очень длинный нос, надо укоротить.
- Сам или?..
Женщина улыбнулась, обнажив острые кривые зубы. Она с мольбой посмотрела на спутника, прося поручить ей "маленькое дельце".
- Я люблю всё делать сам, ты же знаешь, - вернул улыбку мэтр Карен. - Это несказанное удовольствие!
- Значит, мне опять спать отдельно? - вздохнула женщина и притопнула ножкой. - Нет уж, надоела холодная постель и девки, которых ты пользуешь!
Мэтр Карен расхохотался и напомнил о присутствии детей. Они забились в угол экипажа и, обнявшись, дрожали от страха, исподлобья поглядывая на благодетелей.
- Да, конечно, твои любимые детишки! - пропела женщина и потянулась к ребятишкам. Они задержали дыхание, когда палец незнакомки по очереди почесал их за ушком. - У, какие милые глазастики! Я бы не смогла, а, Эльес?
Мэтр Карен фыркнул и буркнул:
- Ничего сложного, одни сантименты! Учись, пока я жив.
Дети поневоле навострили уши, предчувствуя дурное. Они сызмальства привыкли получать удары судьбы и не верили людям. Особенно этим, с фальшивыми улыбками и холодными глазами.
- Хорошо, Майя, бросим монетку, - наконец, пошёл на компромисс мэтр Карен, разумеется, носивший совсем другую фамилию. - Кому выпадет лик Дагора, тому и пугать досточтимую госпожу Мранес. Она должна остаться жива, но запомнить урок на всю жизнь.