Месть. Под маской нежности (СИ)

- Один ужин, - согласилась я, скрестив руки. - Но на моих условиях. Никакого флирта, никаких личных вопросов. И если ты снова начнёшь строить из себя Шерлока, я уйду.
- Скучные условия, - он открыл дверцу машины, припаркованной у тротуара, и сделал театральный жест, приглашая меня внутрь. - Но я согласен. Пока.
Я села в машину, вдыхая запах дорогой кожи и его парфюма - кедр, смешанный с чем-то терпким, как его характер. Илья включил двигатель, и машина мягко тронулась с места, как хищник, готовый к прыжку.
  
- Куда едем? - спросила я, пристёгиваясь и стараясь не смотреть на его руки, уверенно лежащие на руле.
- В место, где подают лучшие стейки в Москве, - он бросил на меня быстрый взгляд, и в его глазах мелькнула насмешка. - И где никто не станет обсуждать «глубину пикселей». Расслабься, Маргарита. Я не кусаюсь. Ну, почти.
- Ты невыносим, - пробормотала я, но уголки губ растянулись в едва заметной улыбке помимо моей воли.
- Знаю, - он переключил передачу, и машина рванула вперёд, как будто отражая его энергию. - Но признай, со мной не скучно.
«Не скучно - это мягко сказано», - подумала я, глядя на огни города, мелькающие за окном. С Ильёй было опасно находиться рядом, словно стоишь на краю пропасти, но, чёрт возьми, я чувствовала себя живой - впервые за три года фальшивого брака.
Ресторан оказался уютным уголком в переулке, без намёка на пафос. Деревянные столы, приглушённый свет, джаз, лениво струящийся из колонок. Никаких снобов в дизайнерских пиджаках, никаких фотографов с хищными объективами. Нас провели к столику в углу, и я поймала себя на мысли, что это место - как Илья: сдержанное, но с характером.
- Не ожидала от тебя такого сдержанного вкуса, - заметила я, усаживаясь. - Думала, ты выберешь что-то с хрустальными люстрами и официантами, которые кланяются каждые пять секунд.
- А ты меня совсем не знаешь, - он подал мне меню с лёгкой улыбкой, от которой внутри что-то дрогнуло. - Красоваться можно где угодно. А вот говорить по-настоящему - только в правильном месте.
Официант принёс вино - красное, с глубоким вкусом, идеально подходящее к мясу. Илья заказал стейки, не спрашивая меня, но, угадал - средняя прожарка, как я люблю.
- Итак, - он поднял бокал, и в его глазах мелькнула искра вызова. - За ужин без условий. Потому что твои условия я всё равно нарушу через пять минут.
- Илья, - начала я, но он перебил, наклонившись чуть ближе:
- Расскажи про лисёнка. Того, что ищет дорогу домой. Это же метафора, да? - его голос был мягким, но глаза - острые, как лезвие, будто он видел меня насквозь.
Я чуть не поперхнулась вином. Его проницательность била точно в цель, и это пугало. «Соберись, Марго. Он не должен залезть тебе в голову и в сердце».
- Почему ты так решил? - я приподняла бровь, стараясь выглядеть расслабленной.
- Потому что в твоих глазах тот же поиск, - он откинулся на спинку стула, не отводя взгляда. - Ты тоже ищешь дорогу. Куда - не знаю. Но точно не домой к мужу, раз прячешь кольцо в сумочке.
Я замерла, чувствуя, как бешено ускорился ритм сердца. Он заметил след от кольца на пальце. Конечно, заметил. Этот мужчина подмечает всё.
- У тебя богатая фантазия Илья, - я отвела взгляд, делая глоток вина, чтобы выиграть время.
- Возможно, - он пожал плечами, но его улыбка говорила: «Я знаю, что прав». - Но я редко ошибаюсь в людях. В бизнесе это вопрос выживания. Умение читать человека - или тебя обманут.
«Или сам обманешь», - подумала я, вспомнив его связь с Михаилом. Он отказал Михаилу в «резких движениях» - умно, расчётливо или что-то ещё за этим стоит. Я решила подтолкнуть его чуть дальше:
- А ты часто обманываешь? - я посмотрела ему прямо в глаза, вложив в голос лёгкую насмешку.
- Только когда это необходимо, - ответил он без паузы, и его улыбка стала острее. - А ты, Маргарита?
- Никогда, - соврала я, и мы оба знали, что это ложь.
- Лжёшь, - он рассмеялся, и этот смех был как глоток виски - тёплый, но с горчинкой. - Но красиво. Ты загадка, Маргарита. И я обожаю загадки.
- Я не загадка, - возразила я, хотя внутри всё кипело от его слов. - Просто женщина, которая рисует лисёнков и иногда устаёт от светских раутов.
- И «случайно» проливает виски на мой костюм в ресторане, - добавил он, прищурившись. - И приходит на выставки, где я спонсор, соглашается на ужин, хотя смотрит на меня, как на волка в овечьей шкуре.
- Самоуверенность тебе не к лицу, - парировала я.
- Неправда. Мне всё к лицу, - он подмигнул, а я ответ усмехнувшись, изобразила на лице, гримасу, что он ошибается в своей неотразимости.
Принесли стейки - сочные, тающие во рту, с идеальной корочкой. Вино дополняло вкус, как его слова дополняли эту игру. Мы ели, болтая о пустяках - об искусстве, о книгах, о его поездке в Японию, где он умудрился потерять ботинок в синкансэне. Илья был остроумным, начитанным, с лёгкой самоиронией, которая делала его ещё опаснее. Я ловила себя на том, что расслабляюсь, что мне с ним… легко. «Чёрт, Марго, ты должна выуживать информацию, а не хихикать над его историями».
- Знаешь, что я думаю? - сказал он, когда официант унёс тарелки. - Ты несчастлива.
Заявление было как удар под дых. Я замерла, сжимая бокал.
- С чего ты взял? - мой голос был холоднее, чем я хотела.
- Счастливые женщины не прячут кольца. Не смотрят на мир так, будто ждут подвоха. И не соглашаются на ужин с мужчиной, который их раздражает, - он наклонился ближе, и его глаза были серьёзными, без тени обычной насмешки. - Ты заслуживаешь большего, Маргарита. Чем то, что у тебя есть.
Его слова резанули, как нож. Я отвернулась, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Нельзя. Не здесь. Не с ним.
- Прости, - тихо сказал он, и в его голосе мелькнула искренность, которой я не ожидала. - Я зашёл слишком далеко.
- Да, зашёл, - я взяла себя в руки, посмотрела на него. - Ты ничего обо мне не знаешь, Илья.
- Знаю, гораздо больше, чем ты думаешь, - он не отвёл взгляд. - и ты играешь в игру, в которой не все карты на столе.
Между нами повисло молчание - тяжёлое, электрическое. Его слова были слишком близко к правде, и это пугало. Но я не могла показать слабость.
- Ты слишком много о себе возомнил, - я рассмеялась, откидывая волосы назад. - Думаешь, я здесь, чтобы раскрывать тебе душу? Я просто хотела стейк, а ты оказался бонусом. Не самым приятным, кстати.
- Ой, ранила, - он прижал руку к груди, но его глаза смеялись. - Но я тебе нравлюсь, тебя тянет ко мне, Маргарита. Признай.
- И не мечтай, - фыркнула я, но внутри всё звенело от напряжения. Он был слишком хорош - слишком умён, слишком обаятелен, слишком опасен.
Вдруг телефон завибрировал, и я мысленно выругалась. «Только не сейчас». На экране - незнакомый номер. Я колебалась, но всё же ответила:
- Слушаю.
- Маргарита? - женский голос, дрожащий, с истеричной ноткой, резанул ухо.
- Да. Кто это? - я нахмурилась, чувствуя, как напрягается всё тело.
- Елена… - всхлип. - Елена, которая приходила к вам две недели назад.
Я замерла, кровь отхлынула от лица. Лена. Любовница Михаила. И сестра Ильи, чёрт возьми. Я бросила взгляд на него - он лениво потягивал вино, но его глаза следили за мной, как будто он знал, что сейчас произойдёт что-то важное.
- Нам не о чем говорить, - я хотела сбросить вызов, но её голос, пропитанный паникой, остановил меня.
- Рита, выслушайте меня, - она зарыдала в трубку. — Пожалуйста. Это важно.
  
ГЛАВА 15.
 
Я посмотрела на Илью, который внимательно следил за моей реакцией. В его глазах мелькнуло любопытство, смешанное с едва уловимой тревогой.
  
- Прости, мне нужно поговорить, - прошептала я, отходя от столика.
Илья кивнул, но его взгляд остался напряжённым, будто он чувствовал, что сейчас произойдёт что-то важное.
Я вышла на улицу, прижав телефон к уху. Холодный вечерний воздух обжёг лицо, помогая собраться с мыслями.