Бес (СИ)

- Сандро, ты готов? - голос шефа вернул меня к реальности.
Я оглядел собравшихся вокруг арены артистов. В глазах некоторых было ожидание развлечения, в других - вызов. Здоровяк в гавайке смотрел строго, с предупреждением.
И только индиец, оставив Зою в одиночестве, прикованную к мишени, дружески мне улыбнулся.
Тигр, на мой взгляд, повёл себя разумно: заняв место на линии между мной и Зоей, он наклонил тяжелую голову и зарычал. Хвост так и хлестал по бокам, когти процарапали заметные борозды в сером бетоне.
- Махендра! - Секундра осторожно приблизился к тигру, протянул руку и положил ему на загривок. Зверь недовольно рыкнул. - Ну что ты, дружок, - индиец присел рядом с ним - оказавшись на голову ниже, и что-то прошептал в пушистое ухо.
Тигр недовольно фыркнул, и медленно переставляя громадные лапы, отошел в сторону. Смотрел он при этом тяжело, исподлобья. В резком мускусном зверином запахе я почувствовал угрозу и предупреждение.
Ну, всё правильно, всё справедливо: если я обижу девушку, меня растерзает бенгальский тигр. Здорово! Так и надо...
Неожиданно я успокоился. Или просто понял: если что-то пойдёт не так, на угрызения совести времени не останется. Удивительно, но понимание этого факта значительно облегчило мне задачу.
Разложив ножи в удобном порядке, я встал в позицию и подал знак Секундре. Тот отошел от мишени, держа наготове пульт.
Сначала мишень вращалась по часовой стрелке. Зоя оказывалась то вниз головой - я отметил стройные сильные ноги, тонкие лодыжки, стопы с высоким подъёмом и даже перламутровый лак на ноготках... Ножи ложились вплотную к её телу.
Словно почувствовав, что я вошел в ритм, Секундра переключил вращение на вертикальное, вокруг оси. Силуэт девушки замелькал, как в стробоскопе.
Удивительно, но в этот миг я перестал думать о Зое, как о живом человеке. Передо мной стояла задача: попасть как можно ближе к телу, но не задевая его. И я с ней справлялся.
Мишень раскручивалась всё быстрее, через минуту я уже не видел ни её, ни девушку, но продолжал бросать ножи так, словно кроме этого занятия ничего в мире не осталось.
Я ничего не слышал. И скорее всего, не потому, что полностью отключился. Просто зрители, - а я думаю, цирковые привыкли ко всему, - затаив дыхание, боялись пошевелиться.
Сам я впал в подобие транса. Векторы полёта ножей менялись с огромной скоростью, я даже не пытался следить за ними обычным зрением.
И вдруг понял, что меня затопила магия.
Это было похоже на жаркую волну, которая холодит и колет ледяными кристаллами. В венах одновременно вскипал огонь и потрескивал лёд.
Не зная, что с этой волной делать, я убрал руки за спину. Секундра, поймав намёк, замедлил, а затем остановил колесо.
Какой-то миг мне было страшно посмотреть: что же осталось от хрупкой, симпатичной и острой на язычок девушки?..
Волна магии схлынула, вместо неё накатила слабость. Колени подкосились, руки за спиной пришлось сжать до хруста в суставах.
Но судя по тому, что тигр на меня не бросился и я всё ещё жив - с Зоей всё в порядке.
Секундра что-то делал с ремнями на её руках и ногах, меня кто-то тормошил, хлопал по плечу, что-то кричал в ухо... Я был, как в тумане.
У меня получилось. Получилось не убить невинного человека... Как ни крути, а это достижение.
 
Я позволил себе усмехнуться: живя бок о бок с Алексом, я невольно перенял его манеру всё психическое напряжение переводить в сарказм. Разрядка смехом - этому учил ещё Аристотель. Можете не верить, но отлично работает.
И тут сразу случилось несколько событий.
Зоя танцующей походкой подошла ко мне, обвила шею руками и влепила жгучий, жаркий, требовательный поцелуй в губы.
Народ засвистел и заулюлюкал.
Тигр Махендра припал к полу и издал грозный, устрашающий рык.
С потолка обрушилась какая-то конструкция, и только реакция Алекса, толкнувшего нас с Зоей на пол, спасла нас от смерти.
В первый миг я решил, что тигру не понравился поцелуй. Поэтому ждал, что его челюсти сомкнутся на моей шее, но потом сообразил: за секунду до нападения Махендра почувствовал опасность. Он пытался предупредить.
Основной вес конструкции пришелся на Алекса и на меня. Зоя оказалась погребена под весом двоих мужчин. Я испугался. Но заглянув ей в глаза - они были очень близко, огромные, чёрные, - понял, что девушка нисколько не пострадала.
Впрочем, я тут же почувствовал себя лишним. Хотя руки Зои всё ещё обвивали мою шею, девушка смотрела не на меня. Взгляд её прекрасных глаз был устремлён на Алекса. В них читался вызов, почти оскорбление. И в тоже время - жгучая, как весенняя крапива, страсть.
Она провоцирует шефа! Я нужен Зое, как мальчик для битья. Её готовность стать мишенью, поцелуй - всё это для того, чтобы позлить Алекса.
И сейчас, лёжа на девушке, и придавленный сверху металлической конструкцией, я ощутил всю глупость своего положения.
Не думаю, что с момента падения прошло много времени. Мысли в голове неслись со скоростью вихря, не давая ни единой передышки.
Вокруг раздавались обеспокоенные возгласы, потом я почувствовал облегчение: груз с моей спины убрали... Уперевшись ладонями и коленями в пол манежа, я встал и помог подняться Зое. Алекс вскочил самостоятельно.
Конструкцию с наших спин снял здоровяк в гавайке. Вблизи он выглядел ещё внушительнее: казалось, под кожей его перекатываются даже не мячи, а гири. От него веяло тяжелой силой, мощью, и едва сдерживаемой агрессией.
- Спасибо, - я протянул здоровяку руку и взгляд его смягчился.
- Не за что, - голос у него был на удивление приятный. Я бы сказал, музыкальный.
- Что это такое? - подбородком я указал на конструкцию, которую здоровяк всё ещё держал в руках. - Оно так и должно себя вести?
- Это доппель-трап, - к нам подошел один из парней в спортивном костюме. Я подумал, что он похож на акробата. - Поймав конец троса, прикреплённого к одному из краёв конструкции, он показал оборванный конец. - Кто-то перерезал растяжку.
Вокруг раздалось несколько новых тревожных возгласов.
- Я видела! Я видела кого-то на трапеции! - одна из девушек, театрально прижимая кулачки к груди, смотрела вверх, под купол.
- Милая, что конкретно ты видела? - спрашивал незнакомый человек во фраке и белой крахмальной сорочке. Огромные усы делали его похожим на моржа, этому способствовал и лысый череп и покатые плечи отставного борца. - Попытайся вспомнить.