На осколках памяти (СИ)

— Я не вру. Не веришь? Поехали со мной, сама всё увидишь. 
— Вот и поеду, адрес говори. Меня охранник туда отвезёт.
— Ты совсем дура, Сонь? Охранник только ты скажешь адрес, сообщит своему хозяину, что ты едешь к ним. Ты думаешь, его люди не в курсе?
От его слов ставало совсем дурно. Голова закружилась, а слёзы не переставали бежать.
Возможно ли такое? Может ли это быть правдой? Я не успокоюсь, пока сама это не увижу. А если Денис врёт, там никого не будет. Мой Егор не может мне изменять. А если это все-таки он в постели с той женщиной, значит это не мой Егор. И никогда моим не был.
— Мне не хорошо. Голова закружилась.
— Вот, возьми воды, выпей.
Он протянул мне маленькую бутылку с водой, я осушила её всю, но жажду так и не уталила. Это всё нервы. Чёртовы нервы.
— Хорошо поехали. 
— Пошли через черный выход, чтоб охрана не видела.
Мы выбежали на задний двор, и сели в черную Хонду.
— Что за машина? Где моцык?
— Моцык дома, машину взял на прокат.
Его слова должны были меня насторожить, но я не могла ни о чем думать. Только Егор в голове.
Машина рванула с места, быстро набирая скорость. В голове полный бардак. Слова Егора звучали громче, чем Дениса.
— Он не мог меня предать. Он не мог, — про себя повторяла я.
Даже сейчас, когда мы мчались, чтобы проверить слова Дениса, я верила ему.
Как такое возможно? Я видела фото. Он пропадал все последние дни на работе. Не брал трубку. Здесь явно, что-то не то.
Но в мозгах до последнего звучит его четкий голос:
— Малыш верь мне.
— Ты не пожалеешь.
— Моя принцесса.
— Мышка.
Резко в машине стало душно и тошно. Пульсация в висках стала такой сильной, что я перестала себя контролировать.
— Останови, — закричала я.
Денис резко дал по тормозам. А я, как только машина остановилась, выскочила наружу. Воздуха. Мне не хватало воздуха.
Денис выбежал ко мне. А меня начало тошнить. Жутко. То ли от нервов. То ли от пива. То ли?
Голова закружилась, а ноги перестали меня держать.
— Денис?
— Да, солнце?
— Солнце?
— Что ты хотела спросить?
— Что со мной?
— Все в порядке. Я с тобой. Успокойся. 
— Куда мы едем? — из последних сил спросила я.
— Домой.
— К кому домой?
— К нам.
Это последние, что я слышала. Больше я ничего не могла с собой поделать. Тело стало тяжёлым, а мысли рассеянными. Вода. Я помню, последние что я пила, это бутылка с водой, которую дал мне Денис .
О Боже, что я наделала?
  
Глава 40. Егор
 
Наконец-то смог осводиться и вырваться с работы. Неделя была очень тяжелая. Вдруг начались незапланированные проверки налоговой. Не то, что бы я их боялся, или мне было, что скрывать. Просто на подготовку документов, нужно время. А они мне его не давали. Приходилось задерживаться до поздна. Но сегодня, всё закончилось. Два дня смогу спокойно провести с мышкой.
Мышка.
Моя сладкая девочка.
Она прорывалась в мысли, даже на собрании директоров. Даже когда я ругал своих подчененных. Даже...
Та всё время она в голове. Соскучилсь за ней ужасно. Последний секс был настолько невероятен, что я прокручиваю его в голове постоянно.
Её шикарное тело в моей рубашке, в красивом белье, это нечто. Но без всего она ещё невероятней. Разве мне могло так повести в жизни? Встретить настолько совершенного человека. Совершенного не потому что она во всем идеальна. А потому что она идеально подходит мне.
Бунтарка, боксёрша, которая всегда говорит, что думает. И я, взрослый мужчина, в руках которого она тает. Меняется. Становится послушной, и горячей.
Город ещё не спит. И хотя пробок не много, я всё время попадаю на красный светофор.
Малышка звонила мне, а я не слышал, как раз вышел с кабинета. Сейчас я звоню ей, а она не берёт. Скорее всего музыка играет громко, вот и не берёт.
Набрал по дороге, Серёгу, убедиться, что малышка не уезжала с общаги. Он подтвердил, что девчонки ещё гуляют. Музыку слышно а ж на улицу.
 
Подъехал и сразу поднялся на пятый этаж. Студентов много, большинство уже изрядно выпившие. Посмотрев по сторонам, в происках Сони или Кати, никого не видно. Прошёл дальше, и увидел танцующую Катю.
— Привет, Катюш. А где София?
— Привет. А разве она не с тобой? — перекрикивая музыку говорила Катя.
— Нет. Отойдём? 
Я взял Катю за руку, и повёл в более тихое место. Остановились на ступеньках между этажами.
— Почему ты решила, что она со мной?
— Соня отошла позвонить тебе, я бегала в женскую комнату. Когда вернусь её не было уже. Вот и решила, что она уехала к тебе или с тобой.
— Когда это было?
— Немного больше часа назад.
Плохое предчувствие поселилось в душе. Что-то тут не так.
— Кать, сходи в вашу комнату, посмотри, может она там.
Катя помчалась со всех ног. А я бегом спустился вниз к машине Серёги, находу набирая номер Софии.
"Абонент находится не в зоне действия сети. Позвоните позже или оставьте голосовое сообщение".
— Чёрт и телефон уже выключен.
— Серёга, она пропала, — подлетел я к машине, и заорал в окно.
— Как пропала?
Он выскочил и уже через секунду был возле меня.
— Что известно? — спросил он.
— Ты меня, блядь, спрашиваешь об этом? Я тебе за что деньги плачу? Где София? Немедленно найди мне её, а иначе!..
Что будет иначе, я даже не хочу думать. Он её найдёт, обязательно.
Зазвонил телефон, я схватил быстро, в надежде, что это София. Но звонила Катя.
— Да, — дорожим голосом ответил я. — Она там? Нет значит. Я так и думал. Кать, Денис был на вечеринке?
Звонок в тридцать секунд, а в душе стало ещё холоднее. Сердце больно кольнуло. Это всё Денис. Я чувствую.
Но никто не посмеет обидеть мою малышку. Я себе слово дал. Буду защищать ценой собственной жизни.
Запрыгнул в машину и помчался к Жданову старшему. Кости рук белели и болели, как будто переломаны. С такой силой я сжал руль.
Как я это допустил?
Потерял бдительность. Мышка была рядом каждый день, в моих объятьях, постели, жизни. И я расслабился. Забыл о первом правиле этого мира. Будь на шаг впереди своего врага.
Чёртов малолетка. Я его уничтожу, если он хоть пальцем дотронется до неё.
— Малыш, держись. Я найду тебя. Все будет хорошо!
Говорил сам собой. Всеми силами и фибрами души отправлял Софии послание.
— Все будет хорошо. Скоро ты будешь со мной.
Охрана не хотела пропускать в дом Жданова.
— Хозяин отдыхает, господин Лисицкий.
— Да, мне плевать. Слышишь, сопляк, если сейчас же не откроешь мне ворота, твоя жена станет вдовой.
— Я не женат ещё, — язвительно ответил охранник, которому от силы было лет 25.
— Если сейчас не откроешь, твоё "ещё" так и не настанет. Я ясно излагаю?
Наверное, тон моего голоса, говорил сильнее, чем слова. Охранник открыл ворота, и по рации сообщил о моём визите. Большой двух этажный дом, который вот только что был в темноте, загорелся огнями. Жизнь в нём ожила.
Я не церемонясь открыл входную дверь, и вошёл в холл. Меня никто не встречал.
— Ждановввввв, — заорал я.
Ответа не последовало. На втором этаже были слышны шаги, и тихие голоса.
— Егор, сынок, что случилось?
Первой на ступеньках показалась мама. Боже, как давно я её не видел. Красивая, но уже не молодая женщина спускалась вниз. Эту женщину я всегда считал идеалом. Всегда грациозна, сдержана, добра. У нас с ней были идеальные отношения матери и сына.
Были, ключевое слово.
Когда она ушла к Жданову, я долго не мог поверить. Как? Как, эта бандитская морда могла добиться сердца матери?
То, что отец изменял маме, знали все. Но она не верила. И терпела до последнего. Всему есть предел. Она ушла молча. Собрала вещи и поехала отдыхать в Европу. Я её полностью поддерживал в этом. Но момент, когда она сошлась с Ждановым, я упустил.