На осколках памяти (СИ)

Ооо, с чего это мне злиться? Подумаешь, пропал на пять дней. Ну, и что тут такого. До этого он на целых десять лет пропал с моей жизни. И ничего. Не злилась же. А теперь почему-то распирает от злости.
— Нет.
Хочется стукнуть его, да так, чтоб стёрлась с лица эта довольная ухмылка. Или же хочется поцеловать эти губы, которые так сладко сейчас улыбаются.
— Врешь.
Его губы зашивелись и произнесли всего одно слово, а меня в жар бросило. По телу поплыли сладкие волны, и мурашки забегали по каждой частице тела.
Не могу сейчас здраво мыслить рядом с ним. Не могу подобрать слова. Хочется дотронуться до губ. На автомате снимаю перчатку, и бросаю на пол. Указательным пальцем провожу по его нижней губе, а потом словно меня током ударило, и я поняла, что то о чём я только, что думала, я и правда делаю. Щеки в момент покраснели. Оторвала руку, и начала убегать от него.
— Значит скучала...
Его слова заставляют остановиться. 
Ещё чего? Скучать по ниму. 
И хотя я правда безумно по ниму скучала, он об этом никогда не узнает. Снимаю вторую боксёрскую перчатку и швыряю что силы в него.
— Не льстите себе, Егор Александрович, вы не в моём вкусе.
И зачем я это сказала? Боже, почему с ним, я вечно несу какую-то чушь. Его глаза потемнели ещё сильнее, а улыбка сошла с лица. Кажется, я его разозлила.
— Это ты зря сделала, малышка.
Инстинкт самосохранения, наверное, самое сильное чувство в человеке. Ведь я ещё не поняла, что он сказал, но почувствовала, что надо бежать. Автоматом ноги начали шевелиться. Я бежала так, словно за мной дикий зверь мчится. Хотя именной такой и гнался. Дикий, голодный Лис.
Он настиг меня возле бассейна, очень быстро. Схватил за руку и резким движением потянул на себя, от чего моё равновесие нарушилось, и я с силой влетела ему в грудь. Он сам не рассчитывал такого столкновения, и уже через пару секунд мы вместе упали в бассейн.
Плаваю я, откровенно говоря, не очень. А если честно, я вообще не умею плавать. Паника охватила меня. Я начала нырять под воду, в лёгких закончился кислород, а тело тянуло ко дну. Мне казалось, что я тут вечность, и что это последние здравые мысли в моей жизни.
Руки Егора потащили меня на себя. Он поднял меня поверх воды, и я глубоко, жадно втянула глоток воздуха. А потом начала кашлять. Его руки дотащили нас к краю бассейна, где я с лёгкостью обрела опору.
— Ты, что не умеешь плавать?
Его вопрос такой простой, а мне стыдно. Мне через пару дней восемнадцать, а я не умею держаться на воде. Я как камень сразу иду на дно.
— Нет.
— Почему?
— Потому что меня некому было научить.
— Но разве в школе — интернате не было уроков плаванья?
— Были. 
— И почему ты на них не училась?
— Мне было страшно. Когда я становилась на край ступеньки, мной одолевала паника, и я начинала задыхаться. Поэтому и бросила эту затею. Для бокса вода не нужна. А ты от куда знаешь, что у нас был бассейн?
— Потому, что я бывал в твоей школе.
— Что???
— Я очень часто приезжал к тебе. Правда, не хотел, чтоб ты меня видела. Я был в твоей комнате. Видел твой дневник. Раз даже присутствовал на твоих соревнованиях. Но я не хотел столкнуться с тобой, знал, что ты б не хотела этого. Поэтому избегал.
Словно гром среди ясного неба, его признание.
Он не мог быть частью моей жизни.
Никак не мог.
Я всегда думала, что он мой денежный мешок, который никогда не интересовался мною. А тут, такое. Я словно опять оказалась под водой. Словно опять начала тонуть. Воздуха не хватало. Паника охватила меня. Не пойму, что я чувствовала в этот момент. Радовалась или бесилась.
Его руки обхватили мои бедра под водой, но дрожь лишь усиливались. Как-то быстро его руки перешли на лицо, обхватив ладонями щеки он смотрел на меня.
Близко. Глубоко.
Словно пытался что-то увидеть в моих глазах. А я не могла. Ничего не могла. Не думать. Не дышать. Даже рядом с ним быть не могла.
Хотелось спрятаться, поэтому закрыла глаза, но как-то случайно вздохнула тяжело. Пришлось облизать нижнюю губу. В горле пересохло.
 
Молчание было долгим. Прижатая к краю бассейна самым красивым и сексуальным телом, которое я когда-либо видела, я ждала. Чего я ждала? Не знаю. Наверное, мне хотелось, чтоб он отпустил меня. Но больше всего мне хотелось, чтоб он меня прижал к себе и поцеловал.
Он, словно, читал мои мысли. Потому что в тот же миг, его руки перестали держать мои щеки. Они распределились по телу. Одна вернулась к бёдрам, вторая нырнула к моим волосам.
Егор снял резинку и распустил их. Почему-то эти движения мне нравились. Мурашки активно забегали по каждой клеточке моего тела, внизу живота заныло.
В голове проскочила всего одна мысль: "Не останавливайся". Но он медлил. Рука нырнула в волосы, а потом он их намотал себе на кулак, и легко потянул назад.
От неожиданности я ахнула и открыла глаза, но не сопротивлялась. Его черные как уголь глаза смотрели на меня. Сейчас в них я видела своё отражение.
Я опустила взгляд на его губы, а потом снова посмотрела в глаза. Мне казалось, время остановилось. Его аромат в моих лёгких, как наркотик, а без него я погибаю.
Впервые я смогла себе позволить эту мысль.
"Он мой наркотик. Я без него погибаю."
Не знаю, что я ещё думала в этот момент, но впротивовес всем здравым мыслям и поступкам, наклонилась к нему и дотронулась губами к его губам.
Впервые в жизни я сама пытаюсь кого-то поцеловать. Сложно решиться на такое, но я смогла. Мне это очень нужно сейчас, в эту секунду, в этот момент. Несмело, лёгким касанием я дотронулась сначала губами, а потом языком провела по его нижней губе.
Я словно не я. Это девчонка смелая. Она делает что хочет. А я же, трусиха. Мой мужчина — это ринг.
Думая секунду об этом, я все-таки продолжала водить языком по губам Егора. А потом сильнее прижалась, и поцеловала по-настоящему.
Но он так долго не отвечал, словно боролся с собой. Я уже даже хотела остановить свою попытку, когда он сильнее сжал мои волосы, оторвал губы от своих и застонал. Плохо это было или нет? Понравилось ему или нет? Я не успевала ловить мысли.
Стало стыдно. Почему я вообще полезла целоваться к взрослому мужчине? Мне нужно приставать к таким как Денис, который мне ровня. А может дело не в возрасте, а именно в этом мужчине. Может, потому что только его я хочу целовать.
Он потянул за волосы, открывая доступ к моей шее. Провел языком по плечу и поднимался выше. Я ещё никогда такого не испытывала. Что-то творилось внутри меня, вокруг меня, рядом со мной. Мне хотелось, чтобы он не останавливался, продолжал. Или может, наоборот остановился. Нам же нельзя.
Я всячески отогнала от себя эти мысли. Не сейчас. Подумаю об этом завтра.
А Егор тем временем продолжал. Он уже близился к губам. Одна рука сжимала бедро, гладила, ласкала, но не сдвигалась с места. Словно он силой держал её на том месте, запрещая другие движения. А вторая, сжимая волосы, то притягивала, то оттягивала меня от него.
Когда губы его дошли до моих, мне показалось, что он задыхается. Словно ему нужен воздух. И он поцеловал меня. Дальше я не смогла думать.
Ощущения были острыми.
Целовались мы с ним не впервый раз, но сегодня как-то по-другому. Сегоднешний поцелуй был похож на мой сон. Такой же страстный и волнительный, а ещё это ощущение внизу живота. Оно натягивается как пружина, и становится тесно, мало, не знаю, как описать. Это всё ново для меня.
  
Глава 20. София
 
Так же резко, как все началось, так же и закончилось.
Он оторвал свои губы от моих, вылез с бассейна и помог мне. Бережно окутал в полотенце, обнял и повел по дому. Мы прошли кухню, поднялись по ступенькам и оказались возле моей комнаты. Он открыл дверь, осторожно поцеловал меня в щеку и толкнув во внутрь, скрылся.
Пара несчастных секунд, и его уже нет рядом. Стало как-то совсем холодно, одиноко. И даже грустно. Почему он так со мной?