Спасти сказочного короля (СИ)
– Тот, кто дал задание, как узнаёт о выполнении?
Барон развёл руками, в знак очевидности ответа на вопрос короля:
– Истекающие кровью люди – всё подтверждение.
– Карломан, наверняка, послал кого-нибудь, убедиться, что мы погибли. Его ждёт разочарование.
– И новые коварные планы на наш счёт, – добавил постельничий.
– Значит, надо сделать так, чтобы посланцы Карломана нашли то, чего ожидают.
Сидящие за столом мужчины воззрились на лже-величество с одинаковым выражением изумления на лицах. Лялька не сомневалась, что у каждого мелькнула мысль о том, что король сошёл-таки с ума. Она первой оценила замысел друга.
– Класс! – роняя рюкзак на пол, вскочила с табуретки и вскинула вверх сжатые кулаки. – Инсценировка!
Барон и советник посмотрели друг на друга, оценивая реакцию на услышанное, вассалы и постельничий переглядывались украдкой. Тот парень, что предлагал Ляльке стул, воскликнул воодушевлённо:
– Претвориться мёртвыми? Пусть думают, что получилось? Так?
Ну хоть один сообразительный попался. Все зашумели. Гера спрятал нож и встал.
– Надо сделать всё быстро. Караульных разложим по границе лагеря, зальём их одежду искусственной кровью. Часть людей спрячем в палатках. Остальных переоденем в крестьян, чтобы спугнуть разведчиков в случае необходимости. Приступайте!
Он кивнул Вале и вышел на воздух. Девушка выскочила следом:
– Здорово придумал, как в кино про покушения, когда хотят обмануть заказчика…
– Валюша, – перебил её Гера, – тебе надо уехать. Здесь, действительно, становится опасно.
– А ты?
– Я обещал помочь. Да и потом… Представляешь, сколько лет я сидел в четырёх стенах? Эти приключения – компенсация.
– А если что-то случится с тобой? – все придуманные аргументы вылетели из Лялькиной головы, – представь, мама вернётся, а тебя нет. Она получала сообщения, а тебя уже месяц не было. Представь!
– Всё будет о`кей, не накручивай.
«Тогда и я останусь!» – чуть не крикнула девушка, но только сжала кулаки и отвернулась, закусив губу. Нужна она ему, как же! Вот, если бы тут была Жанка! Гера привлёк Валю к себе и так бережно обнял, что у неё дыхание перехватило, а по спине разлилось мягкое тепло. Совершенно не могла на него обижаться, ну нисколечки!
– Что ты переживаешь, глупенькая. Здесь события стремительнее происходят. Не успеешь оглянуться, а я уже там. Буду скучать.
– По Джолею?
– По Джолею особенно. Сама знаешь, прошлой ночью без него нам бы каюк.
– Тогда оставь его себе. Мне будет спокойнее. – Лялька отстранилась. – Пойду собираться. Жалко, что в представлении не поучаствую. Было бы интересно посмотреть.
– Вообще-то твоя помощь пригодилась бы, – улыбнулся Гера, – свита моя туго соображает.
– Да? – обрадовалась девушка, – я, к твоему сведению, в театральной студии занималась!
– Знаю-знаю, Жанна рассказывала.
Лялька не обратила внимания на упоминание имени подруги, загорелась предстоящим делом. Уж в этом-то она может поучаствовать – интересно и не опасно… наверное. Приготовления начали, не откладывая. Разведчики Карломана могли заявиться в любую минуту – день разгорался. Гера руководил «трупами»: мазал их лица белой глиной, раскрашивал одежду «кровавыми» пятнами. Лялька возглавила женскую бригаду. Им предстояло изображать отправившихся по грибы крестьянок, чтобы в нужный момент выскочить из лесу и помешать лазутчикам как следует осмотреть место преступления. Советник и барон руководили основными силами, обеспечивая запасной вариант. В случае непредвиденного развития событий, они нападут на пришлых и возьмут их в плен.
Представление прошло превосходно, особенно если учесть, что не репетировали. Жаль, зрителей было маловато. Четверо Карломановских посланцев, оставили пятого на дороге присматривать за лошадьми и подкрались к лагерю. Дальше амфитеатра их не подпустили. Один, правда, влез на балкон, воспользовавшись сучковатой сосной. Лазутчики действовали осмотрительно, подбирались к лагерю скрытно, и притаились в кустах, когда поблизости послышались голоса:
– Ау! Бабоньки, где вы? Ау-у-у!
Тут же со всех сторон на поляну высыпали артистки с корзинами. Кинулись кто к лежащим на траве караульным, кто в палатки.
– Уби-и-ит! – кричала Лялька, ворочая парня, тот едва сдерживался, чтобы не захохотать, но "крестьянка" сделала квадратные глаза и закричала ещё громче: – Зарезали!
– Мёртвый! Да что же это? Все мёртвые! – слышалось со всех сторон.
Марго, которая нелепо смотрелась в простоватом прикиде, с достоинством выплыла из королевской палатке и объявила:
– Умер!
Вообще-то договаривались, что она скажет: "Король умер", но у старухи не хватило решимости. Что делать дальше, женщины не знали, метались от одного "убитого" к другому с нечленораздельными воплями, выглядело всё правдоподобно. Лялька оставила в покое хихикающего статиста и обернулась к разинувшей рот и совершенно растерявшейся Гретти:
– Сестрёнка! Беги в деревню, позови мужиков! – Девочка удивлённо вылупилась на неё. – Что встала? Дуй! Хоронить надо!
Служанка задала стрекача, бросив корзинку, не дне которой сиротливо перекатывались хрупкие сыроежки. Артистки вошли в раж – голосили, заламывали руки. Кое-кто переигрывал, но большинство вели себя вполне органично, и Лялька оценила их старания. Разведчиков тоже удовлетворило шоу. Они отползли и ретировались. Наблюдатели из приверженцев Георга, убедившись, что неприятель покинул "театр", вернулись в лагерь. Все приступили к уборке подмостков. Люди оживленно переговаривались, хвастая тем, как они дурили незваных гостей. Ощущался эмоциональный подъём, будто в бою победу одержали. Гретти не возвращалась, что беспокоило Ляльку, девчушка реально убежала за помощью?
– Даже если и так, – успокаивал Гера, – к лучшему. Шпионы вполне могли в деревню пробраться, пусть увидят, как народ реагирует на смерть истинного короля.
Как ни хотелось оттянуть минуту расставания, она приближалась. Пообедали большой компанией, Валя выслушала очередную порцию благодарностей и благих пожеланий, чуть не прослезилась от умиления. Марго, которая успела переодеться в обычный наряд, сбросила на миг привычную маску холодности и порывисто обняла девушку:
– Прости, за то что втянула тебя, но сама видишь, мы бы не справились.
– Геру берегите, – шепнула ей на ухо Лялька.
– Обещаю. Как собственного племянника, – ответила старушка.
Облачившись в привычное платье, Валя собралась в дорогу. Пожалела, что Гретти так и не вернулась из деревни, оставила для неё самаркандскую халву, подаренную Жанной, так и не пришлось попить чаю с любимым лакомством, слишком насыщенные событиями оказались часы, проведённые в лагере сторонников свергнутого короля. Хотела вернуть Марго волшебные очки, но та разрешила оставить их себе.
– Можно Тирлю подарить? – спросила девушка, не представляя, где сможет носить столь оригинальный аксессуар.
Старушка пожала плечами и кивнула:
– Дай, запрет сниму. – Она провела рукой, будто собрала что-то в горсть и отбросила в сторону. – Дари, кому хочешь.
Тирль с двумя лошадьми в поводу ждал на дороге. Гера проводил Ляльку, обнял на прощание:
– Спасибо, что оставила Жульку. Верну в целости.
– Сам тоже возвращайся, пожалуйста.
Двое плечистых молодцов помогли взобраться на лошадь. Подол, хоть и был широким, всё же задрался и оголил ноги до колен. Парни смущённо отвели взгляды. Лялька ударила лошадиные бока пятками и поскакала вслед за Тирлем, не видя, как машет ей Гера. До поворота оказалось не далеко, верхами добрались быстро. Вот и двугорбый бугор, здесь придётся расстаться. Херувимчик помог Ляльке соскочить с лошади и, краснея от волнения начал заготовленную речь. Мол, знакомство с такой необыкновенной барышней большая честь для него, её милость самая замечательная из всех особ, которых он встречал и когда-либо встретит. Валя расхохоталась и чмокнула парня в щёку. Тот засиял, как будто его в рыцари посвятили.