Третий Генерал: Том X (СИ)

Водитель, который был вервольфом из числа легионеров, сделал вид, что ничего не слышал и вообще он глухой, только баранку крутить умеет. Просто по его взгляду в зеркале заднего вида увидел, что такой разговор ему не очень нравился. Критика правящего рода, обвинение их в том, что они ради своих целей жертвуют своими солдатами — такое не обсуждают даже в кругу своих из-за опасения заиметь немало проблем.
  
А я Нитараэль прекрасно понимал. Мне в своё время пришлось пройти через нечто подобное до своего становления Генералом. Поэтому я знал, что нужно ей сказать.
— Ты говоришь всё по делу и в тебе говорит командир, боевой офицер, который желает выполнить боевую задачу и сохранить при этом как можно больше своих людей, — начал я. — Твои переживания и недовольство мне очень знакомо. И ты уж поверь — когда грядёт кризис, то мы будем сражаться так, как умеем и должны, без всяких политических решений и прочего. Но конкретно сейчас мы ведём… Не хочу сказать, что пиар-войну, но что-то очень близкое к этому. Империя хочет показать, что у неё есть масса неприятных сюрпризов для тех, кто решит повоевать с ней. И я сейчас говорю не только про себя и наш легион, но и про ту же внешнюю разведку, которая вовремя получила информацию о готовящемся нападении турков. Мол у нас везде свои люди, мы обо всём знаем, даже не думайте нападать на нас или столкнётесь с одним из наших ультимативных ответов на угрозу. Вишенкой на торте должна быть демонстрация силы русской армии, которая хороша подготовлена, мотивирована, у неё современное оружие и техника. Между делом, разумеется, идёт демонстрация, что в самой империи народ солидарен с властью и армией, полностью поддерживает их и даже есть те, кто идёт добровольцем в армию или иным способом собирается поддержать нашу армию. То есть у русских всё и везде хорошо, поэтому любой наш противник должен сильно призадуматься, а надо ли ему враждовать с нами.
— Но разве если ты и легион в считанные дни не выиграют эту войну уничтожив всю армию турков, это нельзя будет представить как результат силы империи? — Спросила эльфийка. — Наличие у страны такого сильного мага и небольшой армии, которая несмотря на свою численность способна уничтожить десятки и даже сотни тысяч вражеских солдат, должно стать тем самым козырем, который будет устрашать любого?
— Проблема тут именно во мне, — продолжил я ей объяснять ситуацию. — Даже легион полностью связывают со мной. И дело тут даже не в том, что потом будут «Ой, да вам Зотов всю войну выиграл», хотя это важный аспект. Я не вечен, легион для власти и императора при всей его пользе является скорее раздражающим и опасным фактором. Поэтому мы с Виктором договорились, что в определённый момент большая часть легиона будет расформирована и многие его бойцы потом станут частью государственной армии. Я тоже у многих вызываю опасения и раздражение, но со мною никто ничего поделать не может.
— Получается империя хочет показать, что пускай оно использует легион и позволяет вам действовать достаточно независимо, но оно и само сильно и может сразиться с любым врагом, — Нитараэль поняла, что именно я пытался до неё донести. — Легион будет использоваться до конца кризиса, после чего его бойцы усилят армию, которая явно понесёт серьёзные потери в ходе борьбы с иномирцами и монстрами. А вы уже и так сильно привязаны к империи. Не последнюю роль в этом играют ваши с Еленой отношения.
— Ну ты и сама всё расписала, — кивнул я. — Император ко мне благосклонен, вот даже позволил вести войну так, как я хочу. Уверен, что он уже давно решил, когда мне дать графский титул. А княжеским родом Зотовы станут, когда у меня уже будут жёны и хотя бы три-четыре ребёнка. Всё же род должен крепко стоять на ногах, чтобы быть княжеским. Император от лица всей империи хочет показать, что меня тут ценят и нигде ко мне так хорошо не будут относится. Я всё это понимаю, Виктор осознаёт, что я всё понимаю, но мы играем в эту игру и не задаём друг другу лишние вопросы. Такое у нас высшее общество. Но вернёмся к теме почему мы воюем именно так и никак иначе. Упущен один крайне важный фактор, который играет ключевую роль. Без него император легко бы согласился на то, чтобы мы с легионом выиграли для него эту войну.
— То есть ты тут в красках расписывал причины, по которым мы вынуждены воевать не в полную силу, но на деле всё дело в одной не озвученной причине? — С лёгкой обидой в голосе спросила эльфийка.
— Не дуйся, ты и сама понимаешь, что уже всё озвученное это серьёзный такой повод поступить так, как мы поступаем сейчас, — улыбнулся я. — Но да, основная причина в другом. И ты про неё прекрасно знаешь, как и все вокруг. А дело в том, как закончилась последняя большая война для империи.
— Россия потерпела поражение, у неё отняли значительные западные территории и часть южных, — во взгляде и тоне голоса дроу чувствовалось резкое понимание что к чему. — Пускай основной костяк ключевых территорий остался в составе империи, но страна понесла серьёзные потери, началась внутренняя смута. И последние несколько десятилетий Россию не то что не считали одной из главных мировых держав, все ждали момента, когда кто-либо нанесёт ей смертельный удар и она развалиться.
— В точку, — я снова кивнул головой. — Рюриковичи очень постарались исправить ситуацию, им пришлось приложить немало усилий для того, чтобы страна твёрдо встала на ноги и как минимум могла защитить себя. Только вот обстоятельства складываются так, что необходимо сделать нечто больше. И только если мы раздавим Турцию словно таракана показав всем, что империя сильна настолько, насколько не была сильна никогда ранее, с нами начнут считаться. А это важно если мы собираемся создать крепкий альянс стран перед самым кризисом и после создать новую структуру взамен Совета Неназванных, которая будет поддерживать порядок в мире. И стать во главе всего это может лишь та держава, которая невероятно сила, у которой есть верные союзники и которая при необходимости сможет взять за горло тех, кто решит вставлять ей палки в колёса.
Нитараэль явно призадумалась после моих слов. Пропало любое раздражение, во взгляде появилось понимание. Благодаря мне она взглянула на ситуацию с иного ракурса и у неё появилось понимание, что не всегда надо действовать максимально прагматично и эффективно. Иногда лучше пойти более сложным путём, который потребует больше времени и сил, а также заставит тебя чем-то пожертвовать. Однако и итоговый результат будет в разы лучше.
— Если подводить какой-то итог, то турки сделали нам шикарный подарок решив развязать против нас войну, — решил подытожить я весь разговор. — Мы добьёмся массы поставленный целей, но, что тоже очень важно, при этом не будем агрессорами, которые развязали этот конфликт. Не то чтобы это помешало нам в дальнейшем, но дипломатам пришлось бы провести немало работы, чтобы сгладить негативный эффект. А так сплошные плюсы и выгода.
— Я теперь лучше понимаю, что к чему, однако мне всё равно не по духу то, что мы вынуждены жертвовать солдатами тогда, когда можем обойтись и без этого, — скзаал Нитараэль.
— И это очень хорошо, — говорю я. — Значит ты не превращаешься в командира, который гонится за эффективностью во вред своим людям. Но ты также должна осознавать, что иногда тебе придётся так поступать. Ибо по-другому просто никак, ведь перед тобой поставлена конкретная задача или же тебе нужно достигнуть некой цели, а достигнуть её можно будет используя не самые приятные методы. Короче, всё как в обычной жизни — иногда надо побыть откровенным мудаком или сволочью, зато потом будет проще.
  
— Этому вы научились перед тем, как стать Третьим Генералом? — Спросила девушка.
— Этому и многому ещё чего. Причём зачастую учился я такому не в ходе обучения, а, скажем так, в ходе обыденной жизни, когда командовал своей небольшой личной армией. Самые горькие и жестокие уроки я получал, совершая те или иные ошибки. Мне много чего пришлось сотворить за время своего существования. За некоторые вещи мне нисколько не стыдно, пускай я даже понимаю, что я лично или опосредовано замешан в гибели множества невинных людей и иных проступках. Другие поступки помогли мне многое понять и стать лучше, их я воспринимаю с позитивной стороны, хотя там тоже всё не так уж радостно. Ну а третья категория моих поступков, ошибок и прочего… Чистые сожаления, о которых я стараюсь вообще не вспоминать. Позволишь им взять над тобой верх и в итоге сгоришь изнутри.