Пепельная маска мести (СИ)

К вечеру, когда Уолтер и Такхир вместе отправились убеждать одного из бандитов амши Каддика в том, что Уолтер – тот, кто ему нужен, Эдмунда уже взяла себя в руки. Как долго она создавала образ невозмутимого дьера Эдвертона! И вот теперь он, уже привычный, стал настоящим спасением.
А ещё она спасалась мечтами. Могут же даже у такого израненного, изувеченного человека быть мечты? Эдмунда упрямо, иногда почти через силу заставляла себя мечтать! О том, что всё, бес раздери, будет хорошо. О том, что Эдвина в Льюдейле поставят на ноги, и он женится на Раве. Квейн, конечно, будет в полном раздрае, но сумеет утешиться рядом с Нолой – ведь это же мечта, так почему бы не пожелать им всего самого хорошего? О том, что Нейтан не упадёт замертво, увидев настоящую Эдмунду, какой она стала – в жутких рубцах от ожогов и ран, с одной искусственной рукой… О том, что у них будет своя мирная и счастливая жизнь в отличном и уютном доме на берегу моря. Там есть обрыв, где можно сидеть, смотреть на волны и молчать! А ещё мечтала о том, как увидится с матерью, обнимет её… поплачет на её плече. Скажет: «Мамочка, прости меня!» И ещё: «Мамочка, тебе было так больно! Но и мне тоже было так больно…» А потом, когда мама простит, потом уже самое главное: «Я люблю тебя, мам!»
И когда Эдмунда думала об этом, на пепел падали слёзы. А ненависть уступала любви.
– Ну, что вы имеете сейчас? – в очередной раз послышался из устройства голос Кэса, от которого внутри всё обугливалось и умирало. – Сейчас у вас два канала, две цепи поставки веществ. Оба в столицу, и только оттуда цепочки тянутся в другие города. О выходе сырья на рынки Райтарры, Плонаты, Озейи, Флораны вы и не мечтаете, потому что даже в пределах Эврои абавийские связи достаточно слабые. И потому ваши цепочки ненадёжны…
Кэс убеждал амшу Каддика, рисовал перспективы – но со своими наработками пока не знакомил. Рано!
К сожалению, то, что он говорил, пока не выходило за рамки того, что мог говорить агент под прикрытием. Жаль! Хотелось как можно скорее схватить Кэса и призвать к ответу.
Справедливости, возмездия – вот чего жаждала Эдмунда. Мести? Можно сказать, что и мести.
– Ну как? – спросил совсем другой голос, и не из устройства.
Это пришли Ричер и Нейт.
– Всё работает, – сдержанно ответила Эдмунда, возвращаясь к роли дьера Эдвертона.
Как-никак внешность у неё всё ещё была не своя, как и голос.
– А ты как? – спросил Нейтан.
Эда лишь чуть дёрнула уголками губ и пожала плечами.
– Записываю, – сказала она.
Уолтер всё говорил, уговаривал, убеждал.
– Вам уже давно нужны другие решения, – говорил он. – И у меня они есть!
– Откуда мне знать, что тебя не Бедэр подослал? – лениво спросил голос Каддика.
По единственной краткой встрече с ним, ещё по поводу работорговли, Эдмунда знала этот голос: высокий и словно смазанный салом.
– Ниоткуда, – сказал Уолтер.
Эда отчётливо представила себе его обезоруживающую улыбку и прямой, честный взгляд. Умел, подлец, так смотреть, что казалось, что только ему одному и можно доверять на этом свете.
– Как? – спросил далекий голос Каддика.
– Ниоткуда! Но у меня есть кое-что, подходящее для открытия кредита доверия на моё имя, – добавил Уолтер.
– Подождём хотя бы, пока он уговорит Каддика, – взмолилась Эдмунда.
– Хорошо, – вздохнул Нейт. – Давай послушаем!
Но Уолтер уговорил достаточно быстро после того, как рассказал о грузе и складе. Только, к удивлению слушавших его полицейских, время прибытия груза назвал – семь утра, а не шесть. Что ему мог дать лишний час в порту, оставалось неясным. За это время ничего серьёзного ему не сделать, а люди амши Бедэра всё равно начнут следить за складами с шести!
– Всё, ему поверили. Ничего большего пока ждать нечего. Иди отдохни, Эд, – Нейтан тронул Эду за плечо, заставив резко вздрогнуть.
Слишком натянуты были нервы…
– Иди, мы сменим тебя.
– Я никуда не уйду, я не буду отдыхать, пока он…
– Если ты не будешь отдыхать, то сгоришь, как спичка, – строго сказал Нейтан. – Мы с Ричером заступили на ночь и будем за всем следить. Можешь спать в казарме, в кабинете или даже под дверью кабинета Квейна – мне всё равно, только иди поешь и поспи.
 
За день Эдмунда никуда не отлучалась, кроме как по естественной надобности, оставив за себя дежурить диспетчера. Он же принёс ей пару кусков хлеба с варёным холодным мясом. Так что на самом деле уже давно было пора и немного размяться, и поесть, и выспаться. Но Эда лишь покачала головой и выставила вперёд подбородок.
– Я должен…
– Ты должен подчиняться, дьер, – заявил Нейтан уже куда как жёстче.
– Поддерживаю, Эд, – сказал Ричер. – Свали в казарму, отоспись там, а то вон, лицо зелёное уже. Свалишься в обморок, как девчонка, а кто тогда на задержание поедет?
– Но оно же не прямо этим утром, – уже сдаваясь, буркнула Эда.
Ведь понятно, что и этим утром надо быть свежей. И следующим тоже! Усталость ведь имеет обыкновение накапливаться. И свалиться, а потом провести время в лазарете, когда остальные отправятся на оптовый отлов негодяев, будет попросту обидно. До невозможности обидно!
Нейт, видимо, понял, о чём размышляет Эдмунда. Он велел Ричеру побыть пока «на записи», а сам взял дьера Эдвертона под локоток и вытолкал из мастерской.
– Пошли. Отведу тебя сначала в кафе, чтобы ты поел, а потом в казарму. И больше не огрызайся при мне при посторонних, я всё-таки тебе наставник.
– Слушаюсь, мак, – кисло ответила Эдмунда.
– И не переживай так. Мы ничего не упустим.
Ей хотелось бы в это верить. В конце концов, это же Нейтан. Нейтан, человек-поезд, заставить которого сойти с рельс практически невозможно. Проще уничтожить!
Поев и упав на кровать, Эдмунда заснула почти сразу. У неё уже не оставалось сил на то, чтобы снова и снова пережёвывать мысли и чувства.
  
ГЛАВА 50. Неполадки и прочие неурядицы
 
– Значит, ты утверждаешь, – почти задушевно говорил амша Каддик, – что кое-кто, не хочу лишний раз произносить это нечестивое имя, хочет оставить весь наш груз себе.
– Если вы мне не верите, то спросите у амши Бедэра, – сказал Уолтер.
Уже наступил новый день, времени до прибытия заветного груза становилось всё меньше, а проблем всё больше.
Запись крутилась по третьему разу. В это время Ричер отслушивал то, что происходило прямо сейчас. Пока нечего было записывать: передатчик молчал.
– Я могу спросить, могу, – подтвердил Каддик, – но вот откуда ты это узнал? Молчишь?
– Я узнал это от проверенного человека в порту, – быстро ответил Уолтер. – Уберите это. Я ведь пришёл сам, я хочу к вам и ничего не замышляю!
– У нас есть маг, очень хороший маг, может снять с тебя всю кожу, а ты не умрёшь. И даже может приложить кожу обратно, чтобы приросла – но только если захочет! – ласково сказал Каддик. – И если ты солгал, сын эвройской козы…
Когда Нейтан слушал запись впервые, на этом месте задержал дыхание. Он знавал Уолтера. Тот был удивительно гибкий и, как потом оказалось, даже скользкий тип. И проглотить тоже мог многое – в том числе оскорбления.
Однако он мог не знать, что абавийцы – люди хитрые, как бесы, а то и хитрее! И непременно смотрят, как человек отвечает на оскорбления, особенно эвройцы – в адрес их женщин. Так что Каддик попросту проверял, что за человек перед ним: одновременно оскорбляя и пугая, он ждал определённой реакции. И если у Кэса достанет сообразительности и чутья, он ответит правильно.
Странное дело: Нейтан, в первый раз прослушивавший запись, даже желал, чтобы ответ был именно правильный. Ведь иначе не видать им Кэссиана Уолтера и его признаний!
– Не верите – убейте меня, амша, но вот мать мою не трогайте, – сказал Уолтер.
Это был верный ответ. Кэс был ничуть не проще своего собеседника. И ведь плевать ему было на мать! Он о ней и раньше-то не слишком заботился, не говоря уж о ее чести…