Пепельная маска мести (СИ)

У Нейта не оказалось при себе ничего, куда можно было бы складывать улики, но он нашарил в кармане листок, полученный в диспетчерской из железных рук автоматона. Оторвал кусочек, сделал небольшой конвертик и сунул кожу с волосами туда. В участке проверят, чьи они – но, скорее всего, Джанны.
Тут у двери кто-то знакомо кашлянул.
– Эдвертон, поди сюда, – не оборачиваясь, позвал Нейтан.
– Как вы догадались, мак? – спросил Эдвин, подходя ближе.
– Чутьё, которое тебе тоже не мешало бы развить, – пробурчал Нейт. – Похоже, именно здесь он действовал. Теперь мы его спугнули. Как думаешь, этот камень ему важен?
– Тэлия Минна Катнер.
– Что?
– Вот здесь, – Эдвин осторожно коснулся самого большого и густого пятна крови. – Здесь высечено имя. Думаю, самое ценное преступник унёс, но надгробие тоже важно. Он пытался его унести и не сумел.
– Катнер, – сказал Нейтан. – Тэлия Минна Катнер. Странное имя.
– Мы можем поискать, кто это. Смотрите, годы жизни.
– Восемьсот первый – восемьсот восемнадцатый, – зачем-то прочитал Нейт. – Как ты думаешь, Эд, она была девственницей?
– Вы думаете о том же, о чём и я, мак, – сказал Эдвертон.
Они мрачно уставились друг на друга.
– Этого нам ещё не хватало.
Эдвин только вздохнул.
  
ГЛАВА 23. Эдвин ночует у Нейтана
 
Девочку в полубессознательном состоянии отправили в местную больницу, а начальство вцепилось в Эдвина и Нейтана. Роу Квейн был взволнован, устал и оттого зол.
– Вы, двое, – сказал он, сердито сопя. – Вы уверены, что дело обстоит именно так? Преступник не маньяк, а собирается оживить какую-то девушку?
– Да, вернее всего – дочь или сестру, – кивнул Эдвин. – И мы выиграли время.
– Ещё далеко до утра, – покосившись на тёмный прямоугольник окна, сказал Квейн.
– Неважно, – ответил Эд. – Мы не просто его спугнули. У нас важный элемент его ритуала. Он может попытаться украсть его из хранилища – но вряд ли успеет сегодня что-нибудь сделать.
– Мы выиграли время, – повторил слова Эда Нейтан. – Разрешите идти?
И добавил уже неофициально:
– Нам бы выспаться, Дин.
– Патрулирование продолжится, – сказал Квейн упрямо.
– Как угодно, – ответил Нейтан. – Но я был лучше усилил охрану хранилища улик. Оно сейчас нужнее будет.
Роу Квейн угрюмо смотрел, как над потрескивающей спиралью антимоскитной лампы пролетают мелкие мотыльки и мошки. Здесь их вечером водилось не слишком много – но те, которые были, весьма досаждали.
– Ладно. Проваливайте. Утром чтобы все были на местах! И не забудьте про мейстрес Хамал. Пусть тоже придёт.
– Зачем? – вырвалось у Эдвина.
– У меня к ней есть предложение, вот зачем.
– Ты тоже заметил, что она особенная женщина, да? – спросил Нейтан.
– Конечно, особенная! А что ты имеешь в виду?
– Она видит сквозь магию, – произнёс Эдвин.
– Да, и я тоже про это, – поспешно заявил Дин. – А ты ей нравишься.
И в голосе начальника послышалось осуждение.
– Вот как? – невозмутимо вопросил Эд. – Я не заметил. Мне показалось, что она подружилась с Маготом.
– Ну, Магот железяка, – махнул рукой Квейн.
Нейтан тихо усмехнулся.
– Пошли, дьер Эдвертон, – сказал он. – Начальство отпускает – грех не удрать побыстрее, пока ещё к чему-нибудь не припахали.
Служебный армобиль бодро довёз их до побережья. От дома Хэрригана море было почти не видно, но всё-таки его мерный шум слышался тут постоянно. Возле соседского дома на покрывале сидели Боб Магот и Рава. Сидели рядышком и молчали. Эдвину было очень интересно, о чём автоматон и абавийка могут молчать вот так, тихим вечером, сидя плечом к плечу, словно влюблённая парочка. И хотелось бы надеяться, что незадолго до этого они не говорили об Эде Эдвертоне, потому что Боб вполне мог. В конце концов, у него на это имя было куда больше прав.
– В прошлый раз мы так и не дошли до кровати, – сказал Нейтан тихо.
– Что? – вздрогнув, спросил Эдвин.
– Ну… Я в том смысле, что нам не удалось как следует поспать. Я уже даже есть, кажется, не хочу, только спать. А завтра у нас обоих тяжёлый день. Так что пошли – покажу тебе твою комнату.
 
Эд с трудом подавил желание признаться во всём и сразу – только за один этот мягкий и тёплый тон. Оставалось только удивляться, как можно было когда-то не оценить Нейтана Хэрригана по целому ряду достоинств! Но сейчас всё ещё требовалось держать с ним дистанцию, и поэтому Эд сказал:
– А я бы всё-таки сначала поел. Если б не завтрак, меня бы уже ноги не держали.
– У меня в холодильнике только холодная курица и немного салата, если он не протух, – сказал Нейтан. – Кстати! Раз я уезжаю – останешься тут с полным правом, и это право обязывает тебя заполнить холодильник. Идёт?
Эд лишь пожал плечами.
В доме царила приятная прохлада, поддерживаемая едва заметными магическими знаками, начерченными поверх окрашенных светлой охрой стен. Они иногда отблескивали золотисто, и этот блеск словно успокаивал, дарил умиротворение. Хороший Нейтан выбрал дом!
Но они сейчас оба устали настолько, что могли только вяло и молча поесть – а потом разошлись по комнатам. Нейт выделил Эдвину небольшую спальню, принёс стопку разномастного постельного белья. И, оставив его на стуле, помедлил у порога.
– Мак Хэрриган, – сказал Эд, понимая, отчего тому трудно уйти. – Я понимаю, что у вас масса вопросов. И не вправе дать вам ответ ни на один. Я не думаю, что когда-нибудь настанет время для ответов. Поэтому вам будет лучше принять, что Эдмунды больше нет. Она умерла год назад при взрыве, причём её обманули и предали, и даже самую память о ней очернили клеветой.
– Если это так, – сказал Нейт, – то почему бы уже не всплыть правде? Пусть хотя бы память об Эдмунде будет светлой.
– Потому что Кэссиан Уолтер не просто жив, а получил повышение и почётное в наших кругах задание. Важное и ответственное. А у меня есть… свой счёт к Уолтеру.
Нейтан вернулся и сел на кровать, глядя на стоящего у подоконника Эдвина – свет лампы со стола косо падал на повёрнутое к напарнику лицо, роняя тяжёлые тени, делая Нейта немолодым, усталым, почти сдавшимся человеком. Но было понятно, что это лишь видимость. Не хватало лишь малости, чтобы Нейтан просто встал и пошёл мстить за смерть Эдмунды.
Это в планы Эда, конечно, не входило. Мало было убить Кэса Уолтера: надо было сперва доказать, что то, чем он занимается – незаконно… и что Эдмунда обвинена несправедливо.
– У меня тоже, кажется, есть к нему счёт, – сказал Нейт, подтверждая догадки Эдвертона.
– Она глубоко запала вам в сердце, мак? – спросил Эд, но, видимо, слишком прямо и резко.
Нейт не ответил.
– Расскажи лучше, что было с тобой, – поморщившись, попросил он. – Ты полез в дело с наркотиками, чтобы поймать Уолтера на горячем?
– Вовсе нет, – ответил Эдвин. – Хотя, конечно, Эдмунда погибла при странных обстоятельствах, а Кэссиан Уолтер вышел из ситуации уж очень чистеньким, учитывая то, что слухи об их связи уже вышли за пределы Речного участка…
– А у них прямо-таки была связь? – суховато уточнил Нейтан.
– Были слухи, – подчеркнул Эд. – Но я не подозревал Уолтера. Я следил за бесхозным автоматоном, который курсировал по Льюдейлу из Горячего квартала до центра несколько дней подряд. Вроде как обычный курьерский автоматон, но каждый раз, как требовалось проверить, что за чинильщик им управляет, как происходил какой-то сбой. Автоматон оставался без управления, жестянка жестянкой, и даже вскрыть его не получалось. Дважды мы его забирали с улиц и запирали. Но бот оказывался на улицах вновь: то ли находил способ выбраться со склада, то ли его кто-то выпускал. Появилась информация, что подобным образом патрульных сбивают с толку. Было уже: бегал маленький бот, чистильщик обуви, вроде как поломавшийся. Ездил по всему Дейльскому пригороду! А потом, когда всем надоело его ловить – подъехал к станции и взорвался. Сорвало дверь локомотива, осколками поранил помощника машиниста и нескольких людей на станции: люди ждали отправки поезда. Вы о таком случае не слышали?