Пепельная маска мести (СИ)

Пашик подумал-подумал и продолжил уже без слёзных интонаций:
– Хорошие в воспитательном доме девушки, чистые. Только выкуп некому платить, вот беда! А без выкупа боги счастья не дадут, скажут – что это за счастье, за которое ни одного тенара не плачено! Но я бы выбрал для себя не воспитанницу, а воспитательницу. Ух, эта Рава, она зажигает во мне желание.
Эдвин поперхнулся заготовленным вопросом.
– А не она ли врезала вам сковородой? – спросил Нейтан невинно.
– Когда это?
– Да, говорят, что не так давно. Ещё, возможно, шишка на голове не прошла.
– Сковородой не била, – сказал Пашик, стреляя глазами, но рука его невольно потянулась к покрытому клетчатым шамахом затылку.
– А чем била? – уточнил Нейт.
– Слушайте, а какое вам дело? Ну, забрались в приют, перепутали с чайным домом, какая разница? – раздражённо заговорил махмар.
– Святости набираться, конечно, лучше там, где молоденькие девственницы, а не чай с шалой да халва с коноплёй, – кивнул Хэрриган. – А вот скажите ещё, махмар Пашик, вы же хорошо знаете мейстра Такхира?
– Неверно называть священника мейстром, – сказал Пашик, благочестиво складывая ладони, – но верно называть его братом по пути в Бохравию.
– Но нам он не брат, – заметил Нейт. – Однако, предположим, что мы, как вот наш друг Туанг, хотим приложиться к вашей вере. Можем ли мы просить вашего брата по пути в Бохравию устроить нам экскурсию по храму?
– Неверным в храм хода нет, – ответил Пашик.
– Гм… ну, что ж, хорошо, что у меня есть пропуск во все храмы и святыни этого города, – как бы про себя пробормотал Нейт.
Эдвин такой пропуск знал: ордер на обыск называется. А Пашик вот удивился.
– Над нашей общиной главный ваш глава патрульных, айсир Туанг, вот пусть он приходит, – сказал он с надеждой. – Он не иноверец, его наши братья знают! Вы ему передайте, что спрашивать, и пусть он спросит!
– Патрульные это одно, – спокойно заметил Эдвин, – а по убойным делам – это другое. К тому же, махмар Пашик, вот вы мне скажите… А магией ваши братья увлекаются?
Пашик заёрзал на месте, встопорщил на Эдвина бороду и высоким, неприятным голосом принялся причитать на своём языке.
– Молитву, что ли, читает? – спросил Эд у Нейтана.
– Скверну отгоняет, – хмыкнул тот.
– Нет у нас магов, нет у нас никаких магов! Ай, как не стыдно рядом с нашим народом жить и не знать ничего, как не стыдно! – с усилившимся акцентом заголосил Пашик. – Вот только отпустите, пойду скажу святому человеку Такхиру, чтобы никого из вас не пускал!
– Угу, а мы пойдём скажем градоначальнику, чтобы всю вашу общину пароходом – и за море, – кивнул Нейтан.
– За что? – завопил махмар уже во весь голос.
– Найдем за что, – сурово сказал Эдвин, подыгрывая напарнику.
И от этого вдруг стало как-то странно: легко и весело. Забытые ощущения. Как от бокала шипучего вина или как от первого поцелуя. Странно было оттого, что ничто не располагало сейчас к веселью. Просто какое-то чувство единения с Нейтаном – против негодяя и мерзавца Пашика. Против всех негодяев. Захотелось взять Нейта за руку, но Эдвин этого делать не стал.
Опять скажет, что не по-мужски…
– В общем, выкладывайте, махмар Пашик, что у вас там в храме происходит, – задушевно сказал Нейтан. – Сегодня мы вас всё равно не отпустим, да и завтра, и послезавтра тоже – а там уж сколько городской суд вам припишет за взятку, столько и прокукуете. А пока вы тут кукуете, там, в храме, небось великие дела творятся, да?
Пашик, однако, сложил руки на груди и поджал сочные губы, всем своим видом показывая, что ничего больше не скажет.
Напарники переглянулись. Ну, не бить же его, в самом деле? А от помощи допросчицы Нолы они уже отказались…
– У меня есть пара знаков, хороших знаков, – сказал Эдвин вкрадчиво, глядя при этом не на Пашика, а на Нейта. – Эта магия досталась мне от предков. В Эврое её использовать незаконно, но если это поможет следствию…
– Не надо магию, – занервничал махмар. – Что хотите знать? Всё скажу, только не надо магию!
Эдвин пожал плечами…
 
А Нейт в это время водил пальцем по столешнице. Пашик не видел лёгкого марева над столом, чуть подёрнутого радужным свечением. Магия уже была задействована – только не незаконная, а вполне простая.
– Зачем храму девушки? – спросил Эдвин, впиваясь взглядом в тёмные, налитые кровью глаза Пашика.
  
ГЛАВА 14. Что ты знаешь о войне
 
Нейтан аккуратно записал показания и велел увести махмара Амсута Пашика, которого после магических знаков правды пошатывало, словно пьяного. Нейт был уверен, что мужчину ждёт суд, а пока следовало взять у тека Криса Ричера проигрывающую запись камеру и исследовать то, что принёс Магот. Всё это тянуло на весьма громкое дело. И, не исключено, его можно будет закрыть если не сегодня, то уж завтра – точно.
– Меня только интересует, кто у них там маг и от чего такого он отвлекал полицию, – никак не мог успокоиться Эдвин.
Они уже пришли в кабинет, забрали у Туанга его показания (Нейт был уверен, что это больше будут враки и россказни, но стоило проверить) и уселись, чтобы обсудить полученные сведения.
– Слушай, мы тут дело почти раскрыли, какая разница? – устало проворчал Нейтан.
Он за сегодня уже так вымотался, что мечтал только об одном: вернуться домой, посидеть немного с Дином, молча хряпнуть по стакану тисли… и, пожалуй, завалиться спать. Если у Квейна будет желание напиваться дальше, пусть берёт Магота и пьёт в его компании.
– Нет, это ты слушай, – не унимался Эд. – Ну допустим, воруют они девственниц на подарки своим амшам или как они называются…
– Разбойники и уроды они называются. Как ещё могут называться люди, которые в современном и просвещенном государстве воруют девчонок, чтобы подарить? Даже в их глиняной Абавии до такого не доходит…
– Ну да, там их продают, а тут бесплатно раздобыли, – вздохнул Эд.
Нейтану было не по душе, что напарник недоволен.
– Допустим, они их воруют. Не нашли вовремя подходящую, а уже обещали, поймали первую попавшуюся – а та, вот же незадача, не девственна, – вздохнув, начал рассуждать он. – Эд, ну нет здесь подвоха.
– Есть, – гнул своё новенький. – Все эти их амши, рухи и махмары, верующие они или только притворяются – они чураются магии. Даже во время войны, как я слышал, абавийцы не применяли магию ни в одной из областей.
– Много ты знаешь… и про войну, и про магию, – буркнул Нейтан.
Он рассказывал Эдмунде и про то, и про другое. Про абавийцев он и сам знал не так уж много: в довоенное время и сразу после Сотрийской кампании в Войдене ещё не было ни одной общины. Если и проживали тут абавийцы – то небольшими семьями, тихими, скромными. И храм стоял – однако не выглядел раньше таким внушительным. Белёный домик со звёздочкой о четырёх лучах, священник в потрёпанном суконном кафтане до земли… Ни золотого шитья, ни каменных ступеней к расписной двери, да и сама дверь выглядела облупленной и старой.
Храм истинно верующих эвройцев возвышался небесно-голубым дворцом и сиял четырьмя округлыми куполами, а бохравийцы читали молитвы на ковриках возле своего, потому что внутрь помещались человека три, четыре…
Да, он и сам не так уж много знал об этих людях, но рассказывал Эдмунде и о том, как они стали массово переезжать после того, как молодой залтан Ратмур занял абавийский трон, и о том, как в Войдене появилась община со своими порядками и обычаями… Эдмунде – да, но не её кузену, с которым он не имел удовольствия быть знакомым.
– Абавийцы магию не приемлют, – продолжал Эдвин, не подозревая о размышлениях Нейта. – И даже девушек своих вряд ли продали в руки мага.
– Но нашим-то магам на кой девушка-абавийка? Неважно, девственница или нет, – раздражённо спросил Нейтан.
– Вот и давай думать, – предложил Эд. – Нашёлся покупатель. Пошёл туда, где всё отлажено: видимо, узнал от кого-то, что ашимам поставляют интересующий его товар. Парочка головорезов попыталась добыть ему девственницу, но не преуспела. Невинных девушек, которых не жалко и которых отцы и братья не берегли с ружьями в руках, не осталось: уже всех распродали. Такой товар не слишком быстро растёт! Сунулись за теми, кто помладше, а там – Рава и Мауледа. Просто удивительно, как им хватило смелости, отчаянные у абавийцев женщины! Ну, а покупателю девушка зачем-то срочно понадобилась. Байки про кровавые реки тут ни при чём. Если эти реки где-то и текут, то мы уже говорили об этом: нет никакого смысла наполнять их кровью молодых девушек, своих же дочек и сестер.