Месть хомяка (СИ)

— Лурин, ты что это? — спросил я с подозрением, на всякий случай перемещаясь по другую сторону костра (не, ну как-то не доверяю я этим гламурным бородачам, особлево если он хоббит, да еще и шотландский).
— Там, смотрите, — гном указал в сторону замка.
Я поднялся на ноги и, посмотрев в указанную сторону, удивленно присвистнул, ибо небо там потемнело, а низкие тучи то и дело полыхали ветвистыми молниями.
  
— Давно это?
— Да сразу после того, как прошел дамский караван.
— Какой караван? — заинтересовано скосил я глаз на гнома.
— Дамский, — повторил он и тут же пояснил. — Девы из замка ехали со своим скарбом.
— И много их было?
— Очень. Шли и шли, а еще возмущались постоянно. «И этом бедному дрыщу я позволила погладит свои прелестные коленки», «Почему я должна тратить свои лучшие годы на эту костлявую нищету», — неожиданно запричитал он на разные голоса, корча странные рожи и активно жестикулируя. — «Денег нет, но вы держитесь. Я ему кто простолюдинка чтоль?», «Бюджет на маникюр придется урезать, нет вы слышали, девоньки, слышали? Ноги моей здесь больше не будет, а еще жалобу царю-батюшке накатаю». 'Девки, а вы слы…
Он продолжал и продолжал сыпать услышанными фразами и я, почуяв, что это надолго, уселся по-турецки рядом с проснувшимся Батоном, который молча протянул мне ведерко с попкорном. Что ж небольшая театральная пауза, развлекаться то ведь когда-то надо, окультуриваться там, так что будем считать, что мы в театре. Вот только узнать бы, когда тут антракт и где буфет с бутербродами.
* * *
Ворота в замок были распахнуты настежь, а прямо посреди площади, где мы недавно буцкались с Кащеем стояла ОНА — гордая и прекрасная белокурая валькирия, держащая в руках опутанное цепью молний копье. Я её даже не сразу узнал, и лишь миниатюрная кольчужная юбка позволила мне опознать в этой грозной воительнице ту самую симпатичную зрительницу. Хозяин замка, кстати, так же присутствовал неподалеку и судя по помято-оплавленному виду его доспехов досталось ему прилично, однако отступать он явно был не намерен, потому как вскинул запылавший огнем длинный волнистый меч и, выкрикнув что-то нечленораздельное, пошел в атаку. Громыхнуло, звякнуло, обдало жаром огня, заставив нашу наблюдающую за действом троицу дружно и поспешно юркнуть за створку ворот.
— А Кащей-то ей поддаётся, мяу, — сказал Батон, двумя когтями точно ножницами отчикивая медленно тлеющий ус. — Ведь мог бы её зарумбить, а, мяу, специально промазал.
— Я то…
Бабах! Длинная ветвистая молния вылетела через ворота, тут же превратив кота в наэлектризованный пушистый шар, а Скрипача сделав похожим на отмытого в бане домового Нафаню. Впрочем, мои волосы тоже встали дыбом, но больше от вылетевшего вслед за молнией оплавленного металлического мяча, в которой я практически сразу опознал голову Кащея в лишенном рогов и прочих указательных наростов шлеме. Я осторожно потрогал её ногой и тут же отдернул ту назад, так как изнутри стального шара послышалось:
— Вай, дорогой, забрало открой.
Я нервно сглотнул, подобрал шлем и, поднатужившись, задрал забрало, обнаружив под ним довольно скалящееся лицо Кащея.
— А вы что живой? — растерянно спросил я.
— Конечно живой.
— Аааа всё остальное?
— Там, — скосила глаза в сторону ворот голова. — Где-то там валяется.
— А это….вот…
— Слушь, дорой, всё потом, потом. Ты её видэл? Какая жэнщина, молния, огон….
— Валькирия, — поддакнул я.
— Вот, верно говоришь — валькирия, — глаза головы мечтательно закатились. — Слюш, будь другом, кинь меня обратно.
— Уверены? Вы в таком состоянии…
— Эээ, обижаешь, да… метай.
Ну сказано — сделано. Я быстро выскочил из-за створки и, крутанувшись словно заправский метатель ядра, запустил голову прямо в деву, мечущую из глаз небольшие молнии, после чего кузнечиком сиганул обратно. Однако место приземления я своего необычного снаряда заметить успел. Знаете, я не то, чтобы не попал, скорее попал…даже почти в цель…в общем голова упала рядом с девой и, сделав пару кувырков оказалась прямо между её чудесных раздвинутых ног, коими она твердо стояла на этой грешной земле. А там юбочка, да короткая…Блин, вот ведь колобок-извратень. В общем, я сиганул с сторону и с воплем «Ложись братцы!», попытался как можно плотнее вжаться в дорожную пыль. Ребята меня правильно поняли и тут же последовали моему примеру. К счастью, на этот раз не громыхнуло, зато из ворот раздалось нечто возмущенно-визгливое, постепенно переходящее в инфразвук и сразу же вслед за этим влетел знакомый уже «мяч». Дождавшись конца звуковой атаки, я вытащил из ушей скороспешно забитые туда пучки пожухлой травы и, пригибаясь точно под обстрелом, кинулся к голове.
На этот раз вид у Кащея был какой-то задумчиво-мечтательный, мне даже пришлось встряхнуть шлем, а затем постучать по макушке, прежде чем он соизволил сфокусировать на мне свой взгляд, да и то пару секунд смотрел куда-то вбок.
— Хороший бобер. Ваш? — наконец изрек он.
— Какой бобер?
Я непонимающе посмотрел на Батона, который после валяния в дорожной пыли походил на бутылочный ершик серого цвета, тот в свою очередь на Скрипача, а тот, оглядевшись, указал на невесть откуда взявшегося позади нас здоровенного бобра, шустро обрабатывающего своими мощными зубами сучковатую ветку.
— Не наш, — сказал я.
— Не наш, — подтвердил Батон, зачем-то перекрестившись.
— Не наш, — почти-что пропел Скрипач, теперь уже окончательно похожий на Нафаню.
— Не их я, — пискнул бобер.
— Жаль, — голова вздохнула. — Хороший такой, пушистый. Слушь, учитель, кидай меня обратно, только чуть правее, ближе к телу.
— А может нам как-нибудь помочь?
— Нэт, генацвале, я сам, — отмел мое предложение Кощей и, мечтательно закатив глаза, добавил: — Какая жэнщина, вах, чудо, пэрсик, богиня. Знаешь, дорогой, всэ ушли, всэ как ты и сказал, ушли и всё увезли, даже цветы с клумб выкопали — не жалко. А она не ушла, сказала, что будет со мной. Я нэ поверил, выгнать хотэл и вот…Жэнюсь, восстановлюсь и сразу жэнюсь, клянусь своей иглой. Ничего для такой жэнщин не жалко. Кидай меня, дорогой, кидай.
— Подождите, а как же топь вы же обещали.
— Ах да…
Голова что-то быстро пробормотала на непонятном мне языке, дернула бровью и рядом со мной развернулось матовое окно портала.
— Вот, генацвале, бросай меня и иди, там уже ждут.
Я посмотрел на Кащея, затем на своих спутников. Скрипач понимающе кивнул и, подхватив Батона «за две точки», ловким броском отправил его в портал, подождал пару, секунд к чему-то прислушиваясь, и прыгнул туда сам.
— Что ж, удачи вам Епиох Моисеевич, — сказал я размахиваясь. — Если что зовите на свадьбу.
* * *
Портал с шумом закрылся, оставив меня прямо посреди какой-то накрытой туманом поляны. Видно было чуть больше чем ни шиша, хотя в этой белесой мгле все же угадывались очертания каких-то деревьев и даже несколько размытые фигуры моих спутников почему-то смотревших вверх. Я автоматически задрал голову и нервно дернул глазом ибо в туманных просветах было видно небо словно состоящее из отдельных кусков каждый из которых мог похвастаться своеобразной инсталляцией: где-то это был торчащий прям из покрытой черными трещинами синевы вагон поезда, где-то кусок высотного дома, озеро, часть парковки, скелет какого-то гигантского существа, огромное окно…Блин, окно, что-то знакомое, я принялся всматриваться в этот кусок мира, но тут тихий голос из-за спины заставил меня нервно дернуть щекой.
— Куда путь держишь, сталкер?
Не, ну твою же кису!
[1] Внимание, перевод «песни охраны» выполнен яндекс-переводчиком и не является литературно-правильным. Так же Минздрав, автор и прочий народ не рекомендуется исполнять его пред знакомыми немцами во избежание культурно-лингвистического шока с их стороны.
 Глава 8