Одна искра на двоих (СИ)

Девушка удивлённо обернулась. Звук шёл с лодочного причала.
Она переглянулась с Марко и вдвоём бросились в сторону звука.
  
Глава 10. Лёд и пламя
 
Думов вошёл в столовую. В конце зала в жёлтом кругу света сидели профессора Старофинна. Они громко смеялись и что-то бурно обсуждали. Он заметил, что ряды профессоров опустели. В зале была главная тройка — Алова, Пламенев и Серова.
— А у остальных тоже шабаш? — хмыкнул Думов присев напротив них.
— Все разъехались на выходные. — ответила Алова, всё ещё похихикивая с шутки Пламенева.
— А ты, Никита Георгиевич, чего остался? — спросил Александр Николаевич. — Какой тебе интерес здесь все выходные сидеть?
Думов прекрасно понял, что в его взгляде проскочила издёвка с очень тонким намёком.
— Засиделся допоздна с работами. Какого бреда студенты не напишут на тему спиритических сеансов. — закатил глаза Думов. — А ведь это третий курс… Придётся потратить пару занятий на спиритизм.
— А мы как раз говорили про вас. — улыбнулась Алова.
— Интересно, о чем же? — откинувшись на спинку стула спросил он.
— О ваших странных методах. — честно признался Пламенев. — О том, что ученики выстраиваются в очередь перед вашей дверью в обмен на «сказки».
Думов рассмеялся на его слова и кивнул. Он вынул из портала кружку со своим любимым чаем и внимательно заглянул в глаза Пламеневу.
— Я их не заставляю. Они сами приходят за помощью. — пожал плечами он.
— Но что вы просите взамен? — спросила Нелина Георгиевна.
— Вы удивитесь, но ничего. — ответил куратор. — Я выбрал аспирантуру не ради учёной степени, я здесь лишь потому, что мне нравится работать с… — парень нахмурился и на секунду призадумался. — Ну, детьми их сложно назвать, тех что старше третьего курса я на пару лет младше. Ладно пусть будут неокрепшие умы.
— Это очень интересная позиция. — задумчиво кивнул Пламенев.
— Хотя, конечно, на счёт профессорского чина я слегка слукавил. — хмыкнул парень.
— Давайте выпьем, за ваши успехи. — предложила Алова, разливая по стаканам вино. Думов положил на свой стакан руку, прежде чем в него успела опустится бордовая жидкость.
— Поверьте, вам это не нужно. — предупредил он.
Алова смутилась и опустилась на стул.
— Недавно читала вашу научную статью в «Магическом Экспрессе». Очень смело было напечатать о происхождении Ликов из Стокла.
— Да, Советник Грин решил так же и попросил меня переждать агрессивные высказывания читателей в «Старофинне». — кивнул Думов.
— Значит про ваши отношения с Советом — это правда? — спросила Нелина Георгиевна, чуть оскалив зубы.
О да, только Барсы так умели. И она об этом ему напомнила. Зря. Думов умеет скалится не хуже.
— У меня нет никаких отношений с Советом. — качнул головой он. — Но я очень хороший специалист, а у Совета очень большая сокровищница. Содержание которой может быть мне полезно, больше, чем им.
— И сколько Совет платит за ваши услуги? — спросила Алова.
— По разному. — задумчиво ответил Думов. — Зависит от сложности работы. Но за последнее задание я получил столько, что смог сменить машину.
— Какой у меня способный родственник. — усмехнулась Нелина Георгиевна.
Думов поперхнулся своим чаем, а это по сути своей уже было преступлением. Эта женщина снова с ним играет?
— Вы ведь из Северного клана? — задумчиво произнесла она, пальцем ведя по краю своего бокала.
— Да. — спокойно кивнул он. — Бастард Георгия Гольфстрима.
— О, один из семнадцати. — рассмеялась женщина. — Как интересно.
— Шестой. — ответил парень.
— Разве его не убили в собственной колыбели?
— Про Заклинателя Барса тоже говорят, что его пыталась задушить собственная мать. — тут же нашёлся Думов. — Но это ведь не так, тётушка?
Двое голубоглазых блондинов встретились взглядами. Между ними вспыхнуло такое напряжение, что оранжевым зажегся кристалл, поглощающий остаточную магию. Алова и Пламенев переглянулись.
— И от куда же у шестого бастарда Гольфстрима теневая магия шестнадцатого уровня? — прошипела, словно злобная фурия некогда прекрасная златовласка.
 
— Четырнадцатого. Ещё один уровень добавляет фильтрация источника, а следующий жизненная структура. — очень медленно, так же оголяя резцы уточнил парень и тут же добавил. — Вероятно от матери. — улыбнулся он и откинулся на спинку стула. Ему нравилось её задевать. Нравилось, когда она испытывала к нему такие чувства. И нравилось, что глубоко в душе ему самому было на неё наплевать.
— Только у инициированных контэ, волосы седеют! — произнесла она чуть сдержаннее, вероятно осознав, что слишком выдаёт свою ненависть. — Ты обращаешься?
— Заблуждение. — холодно ответил парень. — Вероятно, вы бы знали, если бы уделяли своему сыну больше времени. Увы, не могу сказать, что вы хороший родитель… Николаус та ещё сволочь.
— Саша! Ты спустишь ему это? — крикнула Нелина.
Думов перевёл взгляд на Пламенева. Тот лишь усмехнулся и развёл руки в жесть «моя хата с краю — ничего не знаю».
— Ну хорошо. Хочешь по-плохому? — прошипела Серова. — У Барса на шее было родимое пятно, как у отца на плече. Точно такое же. Ты же помнишь пятно отца, Саша?
— Вы полагаете, что я — Барс? — рассмеялся Думов. — Зря я говорил Грину, что здесь мне будет скучно! Отнюдь, я так не смеялся с пятого класса.
— То есть у тебя нет родимого пятна на шее? — хитро улыбнулся Пламенев, показав на шарф.
— А зачем ты думаешь он скрывает шею? — проворчала женщина.
— Никита Георгиевич, я надеюсь вы всё понимаете… — задумчиво начала Алова. От её старого добродушия не осталось и следа. Что-то такое блеснуло в её глазах.
— Я могу заверить вас, что вы не найдёте на моей шее родимого пятна. — усмехнулся парень. — Если бы я был Барсом, то переступая порог Старофинна обязательно бы об этом подумал.
— Слишком много слов! — фыркнула Серова.
Думов лишь улыбнулся на это и собрал волосы в хвост повыше. Потом расстегнул пару пуговиц на рубашке и стянул шарф.
Профессора за ним внимательно наблюдали и следили за магическим фоном, чтобы он не выкинул какой-либо финт, достойный Барса.
Три лучших ученика Георгия Серова. Ни удивительно, что именно они возглавляют самое престижное учебное заведение Земли.
И нет, он не боялся. Думов и не из таких передряг выбирался, но он молча повернулся спиной и развёл руки в стороны.
Алова подошла ближе и оттянула ворот рубашки.
— Тёмный огонь. — хмыкнула она. — Даже если метка рода Барсов была, то огонь всё уничтожил. Простите, Никита Георгиевич.
Пламенев лишь усмехнулся. Ну конечно же, метки нет. Какой идиот бы сунулся под нос к трём самым сильным магам Земли с родимым пятном?
Впрочем и шрам от ожога Повелителя говорил о многом. Это был ожёг не от случайного огненного шара, прилетевшего от неугодности. Пламенев знал такие ожоги. Фёдор намеренно и целенаправленно выжигал на теле Думова этот узор. Очень странно, что парень жив после этого. Помнится, в далёком прошлом Александра Николаевича тоже так испытывали. И он бы никогда и никому не рассказал о том, как громко тогда кричал. Пусть Думов хоть трижды талантливый маг. Так Фёдор веселится только с «любимыми» зверюшками.
— За что это он вас? — спросила Алова.
— За правду. — мрачно ответил Думов.
— Вас ведь с последнего курса отчислили? — уточнила Нелина Георгиевна. — Значит, вы можете знать, как выглядит Барс сейчас?
— Вы и так это знаете. — фыркнул Думов, поправляя шарф. — Насколько мне известно, он очень похож на Георгия Серова. Разумеется, вы все знаете о ком я.
— Георгий Валентинович был нашим наставником во время учёбы. — кивнула Алова.
— Он выбирал только лучших. — согласилась Нелина. — Ты бы ему понравился.
— Потому что я похож на Эрнеста? — рассмеялся Думов.
Нелина снова похолодела и отпрянула от стола.
— Не зря же вы назвали меня его именем в первый день? — пожал плечами Думов.