Одна искра на двоих (СИ)
— Почему не мой отец? — Марина уже погрузилась в его витиеватые слова и представляла себе всё то, о чём она мечтала.
— Ну что ты, дорогая, он же бастард. Таким, как мы не место у власти. — ответил Думов. — Народ нас не примет. В качестве защитника — пожалуйста, но не в качестве правителя. По той же причине я не лезу на место Фёдора, хотя ты же знаешь, что мог бы.
— А я — дочь бастарда! — возмутилась девушка, она всю жизнь пыталась стереть эту оплошность со своей родословной.
— Да, но это поправимо. — улыбнулся Думов, его выражение приняло обеспокоенный вид, но он верил в то, что сможет помочь Марине. А Марина верила ему.
— И как же ты хочешь это исправить? — возмутилась девушка.
— Ты выйдешь замуж за Николаса, возьмёшь его фамилию. И вот ты — ведьма, повеливающая тьмой с фамилией Темнолюбова. Никто не сможет оспорить твои права на трон. — ответил Думов, поднимаясь на ноги и подбираясь к ней.
— Но он же мой брат. Пусть и двоюродный! — возмутилась Марина.
— Я же не заставляю тебя его любить и спать с ним в одной пастели. — проворчал на её замечание Думов, словно она маленький ребёнок не понимающий, что речь идёт о чём-то большем. — Тебе нужна лишь его фамилия. И не всем обязательно знать, каким образом она будет получена. Ты — Темнолюбова, истинная правительница Цеты! Глядя на тебя, народ будет видеть истинную руку власти, которая всегда была им ближе, чем правление Огненных. Глядя на тебя, они будут видеть Воплощение Цеты Темнолюбовой — величайшей ведьмы нашего мира.
У Марины кружилась голова от его слов. Думов — любовь всей её жизни, хотел дать ей то, чего она столько лет жаждала. Трон, народ и власть. Девушка не верила в происходящее, но чувствовала, что парень ей не лгал. Она прощупывала свою стихию внутри него, и не находила лжи. Думов, чего бы он не придумал верил в свой план и в неё — Повелительницу Цеты.
— Это всё звучит очень громко. — мотнув головой и возвращаясь в реальность, проговорила девушка. — Как ты собираешься избавиться от деда?
— Я уже избавился. — хитро ответил парень. — Посох Тьмы похищен, сама понимаешь кем. Он в ужасе. Ведь единственное, что так долго удерживало его на троне — это Посох.
— Посох у тебя? — воскликнула Марина. — И ты отдашь его мне?
— Я отдам его истинному правителю. — склонил голову Барс.
— С Посохом я буду непобедима.
— Разумеется. — ответил Думов.
— Но Сердце? Мы не знаем где оно и дед нам не скажет.
— Будь спокойна за это. Ведь я — Хранитель Сердца. — отвечал Думов улыбаясь. — Кстати насчёт него. Имея Сердце и Посох, ты будешь непобедима. Это будет залогом твоего долгого и славного правления. Но Сердцу нужна Хранительница.
— Пуская живёт, она уже не будет мне угрозой.
— Я не об этом, дорогая. — отвечал Думов. — Я дам тебе трон, поверь гвардия Замка, пойдёт за мной, а не за стариком в рейтузах. С ополченцами, как ты заметила, я тоже покончил. Я дам тебе власть и всё богатство Цеты, но ты же понимаешь, что я делаю это не из добрых побуждений? И не из моего обожания к тебе.
— Чего ты хочешь?
— Когда ты станешь правительницей, то я хочу быть твоим первым советников. — сказал Думов. — И главнокомандующим твоей армии. Тебе ведь нужен будет свой человек на первых порах?
Девушка хмурилась, но она прекрасно понимала, что Думов — самый лучший кадр из всех возможных. Он сильный, умный, за ним идут простые люди и его боятся все Заклинатели. Он — народный герой и надежда. Имея при себе советника с таким послужным списком и авторитетом среди народа, она сможет очень долго удерживать свой статус.
— Я согласна, будешь, кем захочешь, хоть профессором Тенеура. — отвечала Марина.
— И я хочу твою сестру. — тут же добавил он. — В качестве трофея.
Марина была крайне недовольна этим добавлением, но стерпела и кивнула.
— Зачем она тебе?
— Мне нравится с ней играть. — уклончиво ответил Думов. — Я самолюбивый, ты же знаешь. Мне будет очень льстить, если единственная отказавшая мне девушка будет у меня на побегушках.
— По рукам, Барс. — Марина протянула ему руку прежде, чем он успел передумать. — Хоть в качестве кофейного столика используй, мне плевать. Дай мне Цету, я сделаю для тебя всё.
— Тогда, нельзя терять время. — ответил Думов. — Расколдовывай своего женишка, поедем вас венчать. Сначала, как супругов, а потом, как коронованную пару. Нас ждёт успех!
Думов улыбался, глядя на то, как Николас приходил в себя, а сам про себя думал, что ничего более простого он в своей жизни ещё не делал.
Как проникнуть в самый защищённый замок во всех семи мирах? Когда-то давно её отец ради этого на протяжении долгих лет притворялся обычным конюхом. Но у них такой роскоши как время не было, да и Пламеневых в замке знали в лицо. Дарина предлагала разные варианты. Она знала, что если Олег слегка ей подсобит, то она справится с системой защиты Замка Теней. Отец на её заявления лишь плечами пожимал — он, как маг тьмы, не привык действовать во банк. Он хотел проникнуть в замок скрытно, по его мнению, праздновать и шуметь они будут после победы. Как ни странно, но в этот раз Думов был целиком и полностью на его стороне. Дарина поджимала губы от недовольства, уверенная в том, что Барс её поддержит.
Впрочем, она и не долго возмущалась. Барс предложил отвлечь внимание Повелителя на что-то более важное. Идея всем пришлась по душе. Дарина даже согласилась, что так ей будет проще работать с заклинанием. Отвлекающим маневром занялся Думов, задавал Аловой какие-то вопросы. Дарина даже думала, что выпросит у неё артефакт Голову Золотого Льва, но он вдруг отстал.
— Про портал спрашивал с промежутком рукава в получас. — отмахнулась от неё Алевтина Петровна.
— Так ведь такой только артефактом одноразовым можно удержать? — нахмурившись уточнила Дарина.
— Потому и спрашивал. — пожимала плечами Алова.
— Зачем ему портал, который будет удерживать дверь открытой в течении получаса? — не поняла Дарина. — Думов с его силой может открывать порталы по щелчку пальцев.
— Не знаю, может для кого-то, кто на это не способен? — Алова в этот момент была очень занята чтением дневника Ригреда Невесомого. У Дарины в голове стало ещё туманнее от этого заявления.
Думов восстановился очень быстро. Сейчас глядя на его ауру Дарина и не сказала бы, что у него были проблемы с лей-линиями. Барс буквально лучился энергией. Иногда, стоя на балконе под порывами ветра и воздуха, его кожа светилась, а волосы сами по себе то сплетались, то расплетались. Он ходил такой довольный и спокойный. Дарина не видела его таким уверенным даже в те времена, когда о их романе не знала ни единая душа.
Один раз с самого утра он явился в кухню весь улыбчивый, едва ли не мурлыкая от удовольствия. Отец, привыкший к одному из кресел Думова, читал в нём «Магический Вестника» через инфошар. Думов готовил дома сам, в этом было что-то упоительное — наблюдать за тем, как он уходит в процесс приготовления пищи с головой и из грозного Барса превращается в некого поварёнка-шестилетку, которого всё веселит, забавляет и приносит удовольствие. Так вот, в то утро Думов так погрузился в свои мысли, что по коже забегали колечки — точь в точь рисунок снежного барса, а на его макушке появились самые настоящие кошачьи ушки. Дарина не отрывала взгляда, даже Александр отложил в сторону инфошар и какое-то время наблюдал за Думовым, который ничего не видел и не слышал от своего веселья. Алова в этот момент повторила когда-то сказанную Дариной шутку про слюну, капающую из рта. Впрочем, Дарина и не расслышала.
Думов менялся на глазах, в каком-то смысле становился домашнее. И если Пламенева-старшего это радовало, то Дарину напрягало. Она прекрасно знала, что такие перепады в настроении Барсу не на пользу, хотя и была рада, но знала, что после этой невероятной радость последуют пропасть из боли, тоски и отчаяния. И поэтому не могла наслаждаться его весельем, хотя и очень хотела.