Алый бант в твоих волосах. Том 5
Я уже собирался пойти спать, но вдруг услышал чьё-то тихое сопение. Наклонился ниже и выглянул в окно. Справа на карнизе, прижимаясь к стене, стояла Микаэла. Из одежды на ней была лишь тонкая ночная сорочка.
— Мика⁈ — воскликнул я и крепко схватил девушку за руку. — Давно ты здесь стоишь?
— Достаточно! — обиженно сказала она.
Достаточно, чтобы слышать, а может, и видеть всё, что творилось на кровати, которую она считала своей, и на которой просила ничем таким не заниматься. Вот же чёрт!
— Да почему вам так нравится лазить через окно⁈ — взволнованно спросил я и осторожно потянул Мику на себя. — Залезай уже!
А потом затащил озябшую девушку в комнату. Не выпуская её из рук, донёс до кровати, усадил и укутал одеялом. Закрыл створки окна и, вернувшись к Мике, сел рядом. Но тут же получил удар кулачком в грудь.
— Предатель! — обиженно прошипела она.
— Вообще-то, подглядывать нехорошо! А ещё ты обещала мне так больше не делать!
— Ты тоже мне кое-что обещал…
— Да⁈ И что же? — выпалил я, а сам начал вспоминать.
Не люблю такие моменты, особенно когда и в самом деле забываю о том, что обещал.
Так. Вечером мы с девчонками играли в приставку, потом я ушёл. Микаэла наверняка прошла в игре дальше всех. Саше и Кате я «выплатил» долг поцелуями. Хм… То есть всё дело в этом? Ну, не считая просьбы не заниматься с девчатами сексом на кровати Микаэлы. Но я не обещал этого не делать!
Однако едва я собрался озвучить свою догадку, как Мика опять заговорила.
— Я… просто хотела сказать тебе спасибо. За блокнот. Он классный! А ещё хотела сделать бумажного журавлика! Ты ведь обещал, что поможешь!
— Так я и помог! Разве я не показывал тебе, как правильно делать?
— Значит, по-твоему, одного раза достаточно? Хороший учитель! Ничего не скажешь! — Она надула губки и демонстративно отвернула голову. — Понятно, чего стоит твоё слово. Как там говорят? Мужик своему слову хозяин? Захотел — дал слово. Захотел — забрал обратно. Так?
— Ну, знаешь! — вырвалось из меня. Это стало последней каплей! — Я своё слово всегда держу! — Начав слезать с кровати, я схватил Мику за руку и потащил за собой. Одеяло слетело с её плеч. Я подвёл девушку к письменному столу. Отодвинув стул, усадил её. Достал из ящика чистый лист и положил перед ней. — Вперёд! Делай журавлика! Я здесь.
Микаэла осторожно взяла белый лист и начала вспоминать, как складывать оригами. Стоять босыми ногами на холодном полу оказалось не слишком приятно. Поэтому я отошёл к кровати и быстро надел носки.
Сидя в ночнушке на стуле, Микаэла крутила лист. Хмурясь, сгибала его и крутила. Подобрав одеяло, я торопливо вернулся к ней и накинул его на её плечи.
— Спасибо! Так намного теплее… — поблагодарила она и бросила украдкой взгляд на меня. — Пока всё правильно?
Посмотрев на её лист, я кивнул, а взгляд девушки скользнул по моим ногам и замер у самого пола. Ну вот что с ней не так?
Я опять рванул к комоду, выдвинул ящик и отыскал самые тёплые носки с начёсом. Вернувшись к столу, оттащил от него Мику вместе со стулом и присел перед девушкой.
— Ты мелкое, противное, надоедливое недоразумение! — ворчал я, надевая на её ноги носки. — Почему о твоём здоровье я должен переживать больше, чем ты сама? — Мои пальцы разминали её холодную стопу. — Ну? Чего ты молчишь?
Я в очередной раз прижал ступню к своим губам и выдохнул в неё тёплый воздух, пытаясь поскорее согреть замёрзшие ноги девушки. Поднял взгляд и поймал её смущённую улыбку. Два кулачка сжимали края тёплого одеяла на груди, но оно совершенно не прикрывало ничего снизу. Комнату освещал лишь бледный свет звёзд и луны, но это не помешало мне разглядеть на Мике белое нижнее бельё. Блин. Кажется, я слегка увлёкся.
— Ты со всеми такой милый? — тихо спросила она и ещё шире улыбнулась.
— Нет. На самом деле я злой! А ты вредная! Всё! Ноги под себя! — скомандовал я. Усадил Мику по-турецки на стуле и, накрыв широким одеялом её колени, придвинул обратно к столу. — Заканчивай журавля!
Микаэла с ещё большим энтузиазмом принялась сгибать лист, пока я наблюдал и подсказывал. Где-то через минуту её журавлик, наконец, опустился на столешницу рядом с моим, которого я сделал ещё во время созвона с Динкой.
Мика какое-то время разглядывала его, а потом резко развернула и смяла в ладошках:
— Не пойдёт! Он не такой красивый, как твой! Я могу лучше!
Я молча достал второй лист, и мы начали заново. В этот раз я склонился над девушкой, вовремя поправляя её, чтобы она не испортила лист снова. А она, словно специально, крутила головой, стараясь задеть моё лицо своей макушкой.
— Артемис?
— Что ещё?
— Спасибо, что не отказал. Твоя… Кхм… Коктейль мне помог, — тихо сказала она и чуть не вывернула голову, пытаясь поймать мой взгляд.
Я сначала не понял, о чём она. А потом до меня дошло! Лера. Хэнд джоб и тот стаканчик! Голос Микаэлы и впрямь был таким же, как и всегда, а не осипшим. Неужели она говорила это всерьёз?
— Не отвлекайся! — ответил я, а сам покраснел, как спелый помидор. Ещё через пару минут мы закончили оригами, и в этот раз результат Мику устроил. — Ну? Всё? А теперь иди спать!
— Нет! — рассмеявшись, бросила она и, спрыгнув со стула, перебралась на кровать вместе с одеялом.
Я же начинал понемногу дубеть от ночной прохлады и раздражаться.
— В каком смысле, нет? — сердито задал я вопрос.
— Не уйду, пока ты не выполнишь два других своих обещания! — уставившись на меня, объяснила она. Я тоже уставился на неё в ответ, ожидая конкретики.
— Пятнадцать костров, по одному поцелую за каждый. Я тебя за язык не тянула.
— А второе? — решил сразу уточнить я, чтобы избежать потом недоразумений.
— Помнишь, когда я рассказала тебе о своём секрете, ты пообещал мне помочь?
— Пха! Помочь? Кажется, всё было немного иначе! Ты… просила взамен ответить на твой вопрос.
— Ладно, — Мика ненадолго нахмурилась. — Так ты сделаешь, что обещал?
— Сделаю! Но взамен ты пообещаешь сюда больше не лазить!
— Взамен? Ты снова заставляешь меня сомневаться. Если не хочешь отвечать за свои слова, так и скажи! — продолжала подначивать она, глядя в мои глаза. — А если хочешь, чтобы я перестала лазить в свою же комнату, то… есть один вариант.
— Правда? И какой же⁈
— Всего один поцелуй в губы вместо пятнадцати — и я обещаю, что больше никогда не буду сюда лазить!
— Нет! — решительно отрезал я. — Я сделаю то, что обещал, а потом ты пойдёшь спать!
— Ладно, — грустно улыбнувшись, согласилась Микаэла и опустила глаза. — Но тогда ты честно ответишь на один мой вопрос. По рукам?
— По рукам! — сказал я и влез на кровать, подсаживаясь ближе к Мике.
Она распахнула полы одеяла, будто плащ. Накинула их на меня, сомкнула ладони на моей шее и потянула к себе, заставляя меня прислониться бёдрами к её сжатым коленям.
— Что ты делаешь?
— Пытаюсь согреть тебя. Тебе же холодно! — прошептала она.
И это было правдой. Я вспомнил, что, кроме этого одеяла, здесь больше нечем укрыться, и нехотя, но согласился.
Моя левая ладонь легла на тёплую талию Мики, и она вздрогнула. Правая коснулась шеи девушки, и даже в ночной темноте я разглядел выступивший на её лице лёгкий румянец. Момент превратился в слишком интимный, но отступать было поздно. Я выполню своё обещание! И сделаю это как следует, чтобы потом Мика не сказала, что я халтурил.
— Считай… — попросил я и медленно поцеловал её в правую щеку один раз, затем ещё раз.
— Один. Два…
Слегка надавил большим пальцем на скулу, поворачивая голову Микаэлы вправо, и дважды поцеловал левую щёку.
— Три. Четыре… — с закрытыми глазами выдыхала она, тая в моих руках. — Пять. Шесть… Ах, семь…
Я вдыхал аромат её кожи, волос, смешанный с кремовой сладостью духов, и не мог справиться с нарастающим возбуждением.
Досчитав до пятнадцати, Мика прикусила краешек нижней губы и приоткрыла дрожащие веки. Моя ладонь, огладив её нежную шею, легла на плечо. Какое-то время мы сидели неподвижно, смотря друг другу в глаза. А потом она спросила: