Алый бант в твоих волосах. Том 5

— Люблю его больше жизни! А девочки мне… они как семья! — громко сказала Валерия, подхватила свою рюмку и, разом всё проглотив, тут же закашлялась.
— На, солнышко! Скорее запей! — Лиза подставила ей свой стакан с соком. — Дорогой, я лучше уберу это, — добавила она и предельно осторожно, с ловкостью профессионального вора умыкнула со стола недопитую бутылку.
Подняв свою рюмку, я ждал, что Глеб резко отреагирует на трюк супруги. И он так и сделал! Его кулак с силой ударил по столу, заставив жалобно зазвенеть всю стоящую на нём посуду. Лерка вздрогнула и от испуга прижалась ко мне. Но Лиза быстро пересела ближе к мужу и начала успокаивающими движениями ладони растирать его трицепс.
  
Вторая порция дорогого коньяка пошла не так мягко, как первая. Проморгавшись, я с облегчением выдохнул и вернул опустевшую рюмку на стол.
— Я растил тебя! Воспитывал! Учил, что крепкая семья строится на взаимной любви и уважении! — стал изливать душу отец девушки. — Но как можно построить крепкие отношения впятером⁈ Что это такое⁈
— Глеб, милый! Но… погоди! — подключилась к разговору его жена. — Вспомни, как было у нас!
Как было у них, я понятия не имел! Но догадался, что их отношения тоже не были идеально ровными. Особенно в самый ранний период.
— Я не спал с вами двумя! — прорычал отец Леры. — Не изменял вам! А просто…
— Долго не решался сделать свой выбор, — перебила Лиза супруга и сделала голос тише: — А мы обе страдали без секса. Но я тебя понимаю! И нисколько не осуждаю. — Слово за словом она сбавляла темп речи, будто бы обращая внимание на важность того, что она говорит: — Трудно выбрать одну женщину, когда сильно любишь обеих. Но ведь, в конце концов, ты это сделал!
— Да. Но у них всё не так!!! — злился Глеб. Его лицо кривилось от душевной боли.
— Пап! Но и мы — не вы! Да, у нас по-другому. Но знаешь, что главное? — робко задала вопрос Лера, и Глеб молча тряхнул головой, выражая готовность её выслушать. — Мы ведь всё-всё обсудили между собой. Я уже говорила вам это! И нас — меня, Катю, Сашу и Дину — устраивают такие отношения! Артём, он очень старается, чтобы нам с ним было хорошо! И… да, — Валерия посмотрела в мои глаза, и в них сверкнули искорки счастья. — Мне с ним очень хорошо! Он обо мне заботится. И прости, пап, я очень тебя люблю! Но его мужское внимание — это другое… — Лера снова одарила меня ласковым взглядом. А Глеб, хоть ему и не слишком понравились последние слова, всё же закивал. — Я не представляю жизнь без Артёма! И чтобы вы лучше поняли… Вспомните наш балкон! Знаете, почему на нём так много оригами⁈
Общение с родителями определённо становилось теплее. Причём стремительно! Заметив краем глаза движение у беседки, я слегка повернул голову. Там То́маш обнимал Анну. Вместе они прятались за зелёными ветвями винограда и подслушивали наш разговор. Валерия не могла видеть хозяев дома из-за широкого бруса беседки, а Глеб и Лиза пока их не замечали.
— Да… Это странно. Ты ещё запретила нам их выбрасывать. И зачем же ты складываешь этих птичек? — искренне поинтересовалась мать Леры.
И тогда Валерия рассказала папе с мамой красивую историю о тысяче журавлей, которые она решила делать, чтобы проверить свои чувства ко мне.
— Боже, как это мило! — воскликнула Лиза, и по её щеке скатилась слезинка. — Дорогой, ты представляешь⁈ У нас растёт… Нет, выросла, — поправила сама себя мама Леры, — замечательная, умная дочь! Неужели ты всё ещё сомневаешься в её выборе⁈
Глеб проигнорировал адресованный ему вопрос и спросил:
— И ты вот так складываешь по одному журавлю каждый вечер?
Я ощутил, как его голос наполнило родительское тепло и отчаянное желание верить, что у его любимой дочери всё будет хорошо.
— Да. И мы все тоже! — ответил я за Валерию. — А утром пишем на них наши пожелания.
— Ах! Ну надо же! — воскликнула Лиза и, покусывая губу, обвила рукой локоть мужа. — Милый, они такие молодцы! Ну скажи!
— Я люблю вашу дочь! — повторил я это ещё раз. — И это не просто слова!
— О-ох… — тяжело вздохнул Глеб и перевёл взгляд на Валерию. — Не об этом мечтал твой отец. Но… Если вы и правда так сильно любите друг друга…
— Дорогой, они ещё очень молоды! Вспомни свою первую любовь! — не дав мужу договорить, намекнула на что-то Лиза. То ли на то, что это когда-нибудь пройдёт, то ли на то, что этот опыт навсегда останется тёплым воспоминанием в нашей памяти. — Дай им время во всём разобраться самим! Не мешай, — мягко попросила она, не отрывая взора от нас с Лерой.
Та давно перестала плакать и теперь буквально светилась от счастья! Рядом с Анной и То́машем прятались уже не только Катюха и Сашка, но и Микаэла. Всем был интересен наш разговор.
— Эй! Долго вы будете там стоять⁈ — наконец, заметив хозяев дома, крикнула Лиза и махнула рукой. Видимо, она решила заканчивать семейный совет, переставший быть тайным. — Садитесь уже за стол!
Мы с Лерой поднялись, впуская в беседку Анну и То́маша. А затем я приобнял Лерку одной рукой, не давая ей сесть обратно. Кажется, сейчас самое подходящее время, чтобы поставить жирную точку в нашем сложном вопросе.
Видя, что мы не собираемся оставаться, Глеб встал со скамьи. Суровым взглядом посмотрел на меня и в примирительном жесте протянул свою ладонь. Я крепко сжал его руку в ответ.
— Не подведи меня, Артём! Береги мою Леру! — произнёс он и отпустил мою руку. Обнял дочь, а потом вернулся на своё место.
— Мам! Теперррь они поженятся⁈ — громко спросил из-за стола любознательный Мишка.
Я даже не сразу его увидел! Наверное, это Анна только что привела его с собой.
— Никогда не беги впереди паровоза! Всему своё время, малыш! — мудро заметила Лиза, с улыбкой прикрывая ладонью рот сыну, дабы тот не сказал чего-нибудь лишнего.
То́маш мгновенно подхватил разговор, и мы с Лерой стали свободны. Радостно переглянулись и, робко делая первые шаги, направились в сторону дома.
— Стойте! Мы… Ну… Думали, что это поможет… быстрее успокоиться Лере, — забегая вперёд, затараторила Микаэла, как только мы вошли в дом. Саша с Катей подхватили Валерию под локти, настойчиво повели вперёд по коридору и остановились у двери ванной комнаты. — Слава богу, всё уже хорошо! Но не пропадать же нашим трудам! Мы так старались!
После этих слов Мика распахнула дверь, и оттуда вырвались едва различимые клубы пара. В наши лица пахнуло теплом и приятным ароматом цветов.
— А-ах! — втягивая в себя воздух, воскликнула Лерка. — Вау! Это… для меня⁈
Поравнявшись с девчатами, я разглядел наполненную водой ванну с густой пеной наверху и зажжённые по разным углам свечи. От пара, скопившегося в помещении, вокруг пламени их фитилей создавались яркие ореолы.
— Давай! Не думай! Тебе надо срочно расслабиться и снять нервное напряжение! — говорила Катюха, проталкивая Леру внутрь.
Но та почему-то начала сопротивляться. Вырвалась и, дотянувшись до меня, схватила мою руку.
— С ним! Если позволите… — изъявила она своё желание. — Ты ведь ещё тоже не мылся. Да?
Я отрицательно замотал головой, расплываясь в широкой улыбке. А в мою спину уже упёрлись тёплые ладошки Александры, старательно запихивающей меня в ванную комнату.
— Спасибо, девочки! Я вас люблю! Вы лучшие! — перебивая гомон, прокричала Валерия.
Через пару секунд двери за нами захлопнулись, отсекая весёлый смех Мики и Саши. Я положил руки на Лерину талию, притянул к себе истерзанную переживаниями девушку, и мы слились в жарком, трепетном поцелуе.
— Как ты это сделал? — оставив сладкое послевкусие на моих губах, спросила она. — Что им такого сказал?
  
— Сказал, что люблю тебя! Но был очень убедителен, — прошептал я Лере на ухо.
Да, всё почти так и было. Но не думаю, что главную роль сыграли эти слова.
— Ах… Ты мой спаситель! — Она осыпала моё лицо и шею поцелуями. — Я тебя обожаю!
На самом деле, я совершенно не понимал, почему Глеб не стал слушать дочь. Что она ему наговорила? Да, он очень разозлился, когда понял, что я сплю со всеми моими девушками. А как иначе⁈ Ещё меня заставили улыбнуться слова Лизы о том, что она и вторая избранница Глеба страдали без секса. Это было прям в яблочко! Уверен, она сделала это намеренно, желая, чтобы её муж почувствовал вину и смягчился. Лиза действовала очень аккуратно, дозируя нужные слова с поистине хирургической точностью.