Семейные Ценности (СИ)

— Хм?.. Это почему же? — продолжал интересоваться Мукуро.
— Наверное, потому, что она не желала видеть меня и вообще знать о моём существовании, — предположила я, пожав плечами. Неожиданно вкус пищи пропал, поэтому я отложила булочку в сторону, а вместе с ней и чай. — Помню, как они кричали. Мы находились в отдалённой комнате, где никого, кроме нас, не было, но их голоса были такими громкими, что, казалось, даже стёкла дрожали. Странно то, что я практически больше ничего из этого вечера не помню, кроме пары фраз со стороны родителей. В какой-то момент папа сказал: «Боже мой, да очнись же! Она ведь твоя родная дочь!» А мама после этого посмотрела на меня и совершенно спокойным тоном произнесла: «Если хочешь, чтобы эта девочка прожила ещё хотя бы сутки, то просто смирись с тем, что у меня, кроме Бьянки, больше нет дочерей, а у неё… нет матери». Сколько лет прошло, но кое-что остаётся всё таким же неизменным… Хотелось бы мне всё забыть о том дне…
— Думаю, тебе не следует забывать эти воспоминания, — серьёзно отметил Мукуро. — «Семья» это не всегда кровные узы, пирожочек. Со временем я докажу это, а пока, помня те слова, ты сможешь не оглядываться назад и полностью разорвать связь со своим прошлым.
— Как можно помнить прошлое и одновременно разорвать с ним связь? Это противоречит друг другу…
— Ку-фу-фу-фу, если ты будешь помнить, где именно грязь и насколько она омерзительна, то сделаешь всё, чтобы не вступить туда снова, верно? Тут тот же самый принцип, — сказав это, парень поднялся со стула и медленно направился в сторону выхода. — Ложись спать, пирожочек. С завтрашнего дня у тебя начинаются школьные соревнования. Надеюсь, ты получишь удовольствие от участия, ку-фу-фу.
— Учитывая то, сколько работы на меня взваливает Хибари Кёя… Не знаю, когда я всё успею осуществить, — вновь вздохнула.
— Кёя-кун довольно сильный противник и очень требователен к окружающим в плане дисциплины, но ведь именно это можно использовать и против него, — улыбался парень, остановившись около дверей.
— Как? — удивилась я.
— Ку-фу-фу-фу, позже, я научу тебя, — пообещал иллюзионист. — Обязательно научу.
С этими словами парень покинул дом, оставив меня одну. Что ж… Он прав. Завтра у меня начинаются соревнования. Даже уроки были сокращены и переделаны под небольшие спортивные мероприятия. Но что это конкретно будет из себя представлять, я так и не знаю.
Встав из-за стола, взяла грязные чашки и положила их в раковину, собираясь помыть. Мысли все путались, одновременно пугая меня и заставляя предвкушать то, что будет. Удивило особенно то, что нашему партнёрству не был против Гокудера Хаято. А ведь именно этого я и ждала. Готовилась к крикам и возмущению с его стороны, но парень принял это спокойно и, наоборот, отказывался меняться. Даже когда Такеши предложил в напарники Саваду Тсунаёши. Разве не этого он хотел с самого начала? Странно…
После мы обменялись всего несколькими фразами, не более того, но отчего я чувствую такое волнение? Руки леденеют, в то время как в груди всё пылает. Вот бы побыстрее наступило завтра… Или не надо? Так волнуюсь. Вновь сотворю какую-нибудь глупость…
— Эх… — вздохнула я, ставя чистые кружки в тумбочку, после чего направилась к себе в комнату. Спать? Сомневаюсь, что сегодня усну как обычно. Если вообще усну…
Ночь.
Городские улицы Намимори.
Уже более получаса Рокудо Мукуро бродил по городу, прекрасно осознавая, что за ним увязался хвост. Хм… И довольно опытный наблюдатель, раз его не удалось сбросить, применив иллюзии. Но угрозы от него Мукуро не ощущал. Скорее это напоминало приветствие. В итоге Рокудо решил не убегать и посмотреть на того, кто так настойчиво привлекает его внимание. Ку-фу-фу… Похоже, его ждёт любопытный разговор.
Не прошло и минуты, как предположения иллюзиониста оправдались. Навстречу с неосвещённой стороны улицы на него вышел…
— Ку-фу-фу-фу, какая неожиданная встреча, — засмеялся Рокудо. — И что же потребовалось от меня Аркобалено в столь поздний час? Все дети в это время должны спать.
 
— Благодарю за заботу, Мукуро, однако у меня к тебе имеется нерешённый вопрос, — как обычно деловым тоном произнёс Реборн, поправляя свою чёрную шляпу.
— Вот как? — удивлённо спросил Мукуро. — Любопытно…
— Не сомневаюсь, — отозвался малыш. — Но перейдём к делу. Это правда, что ты довольно часто контактируешь с Риччи Велией?
— Оя! Так разговор пойдёт о моём пирожочке… — осознал иллюзионист. — Хм… А если и так, то что?
— Мне бы хотелось узнать, какие отношения вас связывают?
— А это тебя не касается, Аркобалено, — парировал Мукуро, даже не дрогнув. — Мои отношения с Велией — это мои отношения с Велией. Ни тебя, ни Саваду Тсунаёши, ни остальную вашу компанию это волновать не должно. Риччи Велия не входит в состав Вонголы и вообще относится к другой семье, так что… Ку-фу-фу-фу…
— Так значит, это правда, что она для тебя лишь очередная игрушка, — вздохнул Реборн, кивнув самому себе.
— А если и так, то что? — вновь задал Мукуро этот вопрос, задумчиво наклонил голову набок. Вся ситуация его забавляла.
— Зачем она тебе? Велия ничего из себя не представляет. Я её знаю уже несколько лет и в отличие от той же Докуро…
— Ты их сравниваешь? Риччи Велия для меня не вторая Докуро Хром, Аркобалено. И если ты так говоришь, то это означает лишь то, что ты совершенно ничего не знаешь о девушке. Ни о её характере, ни о её желаниях, ни о её способностях и скрытой силе, — перечислял парень, загибая пальцы на руках. — Но а я смог это разглядеть, в принципе, как обычно, ку-фу-фу… И теперь она принадлежит мне.
— Скрытых способностях? Силе? — нахмурился Реборн. — Ты что-то узнал? Ты не тот человек, который будет действовать не получив из этого хоть какую-то выгоду, Мукуро. Собрав некоторую информацию, я узнал, что это ты арендовал для Вел дом и теперь присматриваешь за ней. Такие затраты ради какой-то одной малозаметной девушки… Ты определённо что-то задумал, и так считаю не только я.
— Оя-оя! Как грубо! — наигранно возмутился иллюзионист, но тут же вновь улыбнулся. — Как бы то ни было, пока меня это забавляет, я буду играть с Велией. Пирожочек довольно интересная особа. Ты, наверное, не знаешь, Аркобалено, но такие потерянные и никому не нужные дети, как она, напоминают переломанные домашние цветы. Чтобы его восстановить, приходится тратить много сил и времени, но когда растение пускает корни, то может вознаградить тебя бутоном удивительной красоты.
— Но что будет, когда выяснится, что на самом деле это не редкий цветок, а обычный сорняк? — перешёл на то же сравнение Реборн.
— Не может быть и речи, ку-фу-фу, — смеялся Мукуро, сверкнув в темноте алым правым глазом. — В этом вопросе я не ошибаюсь.
— Это меня и настораживает… — вполголоса произнёс Аркобалено, но иллюзионист всё равно его услышал. — Однако применять свои способности на беспомощной девушке…
— Ты ошибаешься, — перебил его Мукуро. — За всё то время, что я общаюсь с пирожочком, ещё ни разу не принуждал её к чему-либо. И скажу тебе больше, я даже не заключал контракт с ней, чтобы завладеть сознанием девушки. — В руках иллюзиониста тут же из воздуха появился длинный трезубец напоминающий посох. — Каждое её решение или действие абсолютно добровольное.
— Хм… — протянул Реборн, слегка опустив голову. — Я понял тебя. Что ж, в таком случае… — малыш уже собирался развернуться и исчезнуть, но в этот раз отступить не позволил сам Мукуро.
— Одну минуту, Аркобалено, — позвал он Реборна. — У меня также имеется несколько вопросов. Например, это ведь ты устроил сбой в школьной программе и позволил Гокудере Хаято быть напарником Велии?
— Кто знает… — в отместку усмехнулся малыш.
— О как… — протянул иллюзионист, не скрывая своего лёгкого раздражения. — Мне плевать на мальчишку, но Риччи Велия моя игрушка. Предупреждаю лишь раз. Иначе… следующие мои «игры» Савада не одобрит.
Усмешка исчезла с лица Реборна, однако ответить он не успел. Рокудо Мукуро окружил плотный туман, и он исчез из поля его зрения. Этот разговор оставил много нерешённого, но и в то же время прочертил границы, через которые нельзя переходить.