Семейные Ценности (СИ)

Он явился в класс позже меня, и с первого взгляда уже было ясно, что парень в ужасном настроении. Плечи ссутулены, руки засунуты в карманы брюк, всё лицо имело ссадины, припухлости и синяки от очередной драки, а бирюзовые глаза смотрели куда-то в пустоту перед собой. Мыслями он явно был не здесь. Да и лицо как-то вытянулось… Похудел?
— Гокудера-кун, — позвал его Тсуна, в голосе которого чувствовалось волнение за своего товарища. Но тот даже не взглянул в его сторону.
— Доброе утро, Джудайме, — сухо произнёс он, шагая к своей парте.
— Гокудера-кун, Вел-сан вернулась, и я подумал, может, вы не будете ругать… — начал Савада, всё же не отставая от Хаято, но стоило парню произнести моё имя, как Хаято резко обернулся.
— Вел⁈ — воскликнул он, выискивая меня взглядом, после чего отбросил школьную сумку в сторону, сделал пару больших шагов и в мгновение ока оказался прямо передо мной, крепко сжимая мои руки в своих ладонях. — Вел, я… — начал он, но тут же стиснул зубы, словно что-то мешало парню говорить.
Я же в свою очередь была в некотором шоке. Что-это-вообще-такое⁈ Он вновь хочет начать кричать на меня? Вновь будет угрожать и высмеивать каждое действие и внешность? Или перейдёт к действиям? Хватка у его рук крепкая, я, даже если очень захочу, не смогу вырваться. Но что-то с ним не так… Хоть он и держит мои руки, где даже через перчатки я чувствую исходящий от него жар, также ощущала легкую дрожь.
Парень закусил нижнюю губу и довольно сильно. Ему должно быть больно. Зачем он это делает? Словно мучается. А глаза… Его бирюзовые глаза другие. Вернее, взгляд другой. Не понимаю… Ничего не понимаю. Что на этот раз он задумал? Последняя наша беседа прошла… ужасно. Я высказала ему то, что на самом деле думаю. А теперь что? Хочет расплаты, но смущает то, что в классе мы не одни? Да… Вижу, как он оборачивается и бегло оглядывает присутствующих.
— П… п… п… — тихо начал он, почему-то заикаясь. Или задыхаясь? Ему словно воздуха не хватало и слова застревали в горле… Что он хочет сказать? Или это его очередная шутка с издевательством?
Я ничего не говорила. Просто спокойно и с неким безразличием ждала, когда он выкинет очередную злую шутку или грубость. Это же Гокудера Хаято. Иного от него ждать не приходится. И в итоге, именно это и произошло.
— Прочь с дороги, ты мешаешь, — гневно фыркнул парень, обходя меня стороной, и, слегка задевая плечом, подошёл к открытому окну, выглядывая на улицу. Как только парень по пояс оказался снаружи, прозвучало ещё одно слово с его стороны: — Идиот…
Это он ко мне? В таком случае, «идиотка», я пол не меняла. Или на школьной площадке есть ещё кто-то, кто не по нраву нашему «идеальному парню»? Не важно. Повторюсь, это же Гокудера Хаято.
Тсуна и Такеши, что стояли рядом, лишь виновато пожали плечами, мол, не обращай внимания. Хотя в глазах Савады ещё имело место быть беспокойство. Он беспокоился, но не за меня, а за Хаято. Ну… Это не удивительно. Друзья же.
Прозвенел звонок.
Все расселись по своим местам и дожидались прихода учителя, как вдруг по школьному радио пронеслось:
— Внимание, ученица Риччи Велия, просьба немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета. Повторяю, Риччи Велия, необходимо немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета.
— Ого, — присвистнул Такеши, сидя за своей партой. — Это что же ты успела сделать Хибари?
— Вел-сан, если хотите, лучше убегайте! — прошептал Тсуна, оборачиваясь в мою сторону, но после со слезами добавил: — Хотя это бессмысленно. Он в любом случае догонит. Лучше идите сами… И простите.
— Ладно… — отозвалась я, поднимаясь со своего стула, и, не собирая вещей, вышла из кабинета. В принципе, этого следовало ожидать. Эх, осталось только понадеяться, что Кёя не заставит меня делать что-то невозможное.
Пятью минутами ранее.
Гокудера Хаято был на взводе. Он уже и забыл, когда нормально спал или ел. Единственное, что он точно не забывал делать — это непрерывно курить и думать о Вел. Прошло ещё несколько дней, но единственное, чего он добился, — это короткий ответ от Хибари: «Она здорова и жива». Не где она, не как она, не почему вообще исчезла… Сколько бы Хаято не расспрашивал, Кёя молчал и вообще считал необязательным отвечать на его вопросы. А если Гокудера сильно давил на Главу Дисциплинарного Комитета, то в итоге получал ещё несколько синяков к уже имеющимся.
 
Плевать!
Одним больше, одним меньше… Хаято так просто не сдастся и, если надо, разнесёт к чёрту его кабинет, но узнает правду. Именно с такими мыслями он вошёл сегодня в класс. Джудайме, естественно, этого не одобрит. Скорее наоборот, отчитает, но разве это важно?
— Гокудера-кун, — раздался голос Босса.
Хаято ему даже в глаза смотреть не может.
— Доброе утро, Джудайме, — отозвался он, словно под гипнозом направляясь к своей парте, что находилась около самой доски.
— Гокудера-кун, Вел-сан вернулась, и я подумал, может, вы не будете ругать…
Что он сказал? Вел вернулась⁈
— Вел⁈
Резко обернулся на голос Босса и тут же отыскал девушку. Да. Это она. Стояла рядом с этим бейсбольным идиотом. Такая же спокойная, мягкая, красивая, но самое главное — живая и здоровая. Однако Хаято не мог поверить до конца своим глазам. Даже не зная, куда бросил свою школьную сумку, сорвался с места и уже через мгновение стоял рядом с девушкой, держа её пухлые ладони в своих руках. Они были в перчатках, но тем не менее тёплые. Настоящие.
— Вел, я… — начал он, но запнулся.
Надо же… В голове было столько мыслей и заготовленных фраз все эти дни, но вот он столкнулся с ней и все отработанные реплики, словно ветром сдуло. Он ведь так много ей хотел сказать. Так много важного. Но сейчас он просто радовался, что она стоит перед ним.
Вот только… В голубых глазах Велии читалось непонимание. Да… Хаято совсем забыл, она его ненавидит. Его единственного. Ненавидит до дрожи. Но сейчас дрожит именно он. Почему?
Нет, нужно собраться. Он с самого начала знал об этом. Речи здесь не нужны. Нужно произнести всего одно единственное слово. Всего одно слово, которое мучило его больше недели, — «Прости». Только одно «прости» и всё.
— П… п… п… — Но даже это слово не может вырваться из уст парня. Её глаза такие холодные. А в сознании всплывают слова «Я тебя ненавижу. Ненавижу».
Ну же! Гокудера Хаято, не будь кретином! Ты хотел шанс! Так вот он!
Но что же происходит? В горле пересохло, сердце колотится, как ненормальное, а собственные руки леденеют так, что он готов надеть такие же перчатки, как у Вел.
— Прочь с дороги, ты мешаешь, — в итоге произнёс парень в привычной грубой форме, обойдя девушку и буквально повиснув на подоконнике. Дьявол! Была бы возможность, Хаято тут же бы пристрелил сам себя. Ну почему он такой?.. — Идиот…
Прозвенел звонок, и Гокудера вернулся за свою парту. Чёрт подери! Впервые ему не нравилось сидеть на первой парте, так как вечно хотелось обернуться назад. Хотя он и раньше это делал без зазрения совести, но сейчас… Эх, дьявол, да что не так⁈
— Внимание, ученица Риччи Велия, просьба немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета. Повторяю, Риччи Велия, необходимо немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета.
Это что ещё за новости? Что понадобилось Хибари от Вел? Она только пришла в школу, а он уже что-то надумал? Чёрт, как же бесит этот тип. Вечно строит из себя самого крутого. И сигареты ему мои не нравятся, и правила я, видите ли, не соблюдаю.
— Чёрт! — рыкнул Хаято, вставая с места после того, как из класса вышла Вел.
— Гокудера-кун? — удивился Босс, что сидел прямо позади Хаято. — Ты куда?
— Эм… Извините, Джудайме, — с улыбкой отозвался парень. — Я кое-что… забыл.
— А? Забыл? — не понимал Савада, хмуря брови. — Но урок только что…
— Ай, оставь его, Тсуна, — махнул рукой Ямамото, беззаботно улыбаясь. — Видно, приспичило. Природа, сам понимаешь.
— Ты! Заткнись, бейсбольный идиот! — рыкнул на парня Хаято, когда проходил мимо.