Пропавшие (ЛП)

— Нет. Моя нога не ступала за порог «Санта-Анджелы» до тех пор, пока я не заинтересовался покупкой этой собственности.
— М-м-м. — Ответ Рикарда не убедил Лотти, но она не могла доказать этого. Не в тот момент, по крайней мере.
— Можете мычать о чём угодно, — передразнил её Рикард.
Лотти улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой и спросила:
— Перейдём к другому вопросу. Вы в курсе, что ваш сын увлекается наркотиками? — Она не собиралась отпускать его безнаказанно.
— Что делает мой сын и чего он не делает, не имеет к вам никакого отношения.
— Напротив, ещё как имеет. Потому что, мистер Рикард, как бы меня это ни бесило, ваш сын встречается с моей дочерью.
Лотти пристально смотрела на Рикарда. Он открыл было рот, чтобы ответить, но остановился, будто осознав её слова. Первые признаки неуверенности прокрались в линии морщин вокруг его усталых глаз, и уголки его губ опустились.
Он встал и подошел к окну. Наконец она сбила с него спесь.
— Вашей дочерью?
— Да. Моя дочь Кэти.
Рикард повернулся к Лотти, зимнее солнце за его спиной освещало его силуэт и округлый живот, который без удерживавшего его жилета выделялся ещё сильнее.
— Что вытворяет мой сын или куда он суёт свой нос, ни на что не влияет. Услышьте это чётко и ясно, инспектор Паркер, я никак не связан с этими убийствами. Если вы продолжите преследовать меня, я доложу о вас.
«Ты и все остальные», — подумала Лотти. Она достаточно услышала от Тома Рикарда. Она тоже встала.
— Я надеюсь, вы не оспариваете мой профессионализм. Потому что, могу заверить вас, мистер Рикард, я докопаюсь до истины честным и прозрачным способом. Я не веду дела так, как вы.
— На что вы намекаете?
— Вы прекрасно понимаете, на что. Коричневые конверты, взятки, прошёптанные обещания в коридорах Окружного совета. Думайте обо мне, что хотите, но предупреждаю вас, не стоит меня недооценивать.
Лотти повернулась на каблуках, взяла куртку со спинки стула и вышла, оставив Рикарда смотреть в окно своего модного офиса и слушать шум утреннего трафика внизу.
Лотти едва не вприпрыжку шла в сторону лифта. Она чувствовала себя хорошо. Нет, не хорошо. Просто замечательно. 
*** 
Спешно проталкиваясь через переполненную приёмную в участке, Лотти столкнулась с Бойдом. Он взял её за руку, развернулся и потащил обратно на улицу.
— В чём дело? — спросила Лотти, стараясь сохранить равновесие.
— Корриган. Ему звонил Том Рикард. Говорил что-то о том, что ты угрожала его семье.
— Это всё чепуха, — сказала Лотти, высвобождая руку. Она повернула Бойда к себе лицом. — Полная чушь.
— Возможно. Но тебе не помешает какое-то время побыть за пределами линии огня Корригана.
Бойд схватил Лотти за руку. Она смягчилась и последовала за ним к машине.
— Куда мы направляемся? —спросила она, пристёгивая ремень безопасности.
— В столовую для бездомных.
— Это что, новый ресторан? — сухо спросила Лотти.
Бойд развернул машину.
— Ты прекрасно знаешь, что это место, где Сьюзен Салливан вела свою благотворительность.
Лотти успокоилась, а Бойд включил радио. Вопил какой-то рэпер, и она подумала о Шоне.
— Я плохая мать?
— Нет конечно, а что?
— С тех пор, как умер Адам, я не справляюсь с семейной жизнью. Я полностью отдалась работе, оставив своих детей на их же попечение. Одному Богу известно, чем целыми днями занимаются Хлоя и Шон. А Кэти встречается с отпрыском миллионера. Кажется, я теряю контроль, Бойд.
— Могло быть и хуже, — ответил напарник.
— Это как?
— Кэти могла бы встречаться с парнем без миллионов в кармане. 
  
Глава 51
 
Меллоу-Гроув, муниципальный жилищный комплекс из двухсот десяти мрачных домов, находился в нескольких минутах езды через город.
Бойд припарковал машину у дома номер двести два, — последнего в ряду, отделанного грубой штукатуркой и с удлинённой плоской крышей сбоку.
Мальчишка не старше пяти лет, с грязными светлыми волосами, торчащими из-под остроконечной кепки «Манчестер Юнайтед», подошёл к переднему бамперу и посмотрел на двух детективов.
 
— Кого ищете, мистер? — спросил он.
— Занимайся своими делами, — ответил Бойд, открывая ржавые ворота.
— Пошел ты, длинный, тощий зануда! — прокричал парнишка.
Лотти с Бойдом обернулись, посмотрели на мальца, затем друг на друга и рассмеялись.
У дома стоял припаркованный «Фиат-Пунто» лаймового цвета. На ступенях сидели две черные кошки и немецкая овчарка.
Дверь открыла женщина внушительного телосложения, с седыми волосами, завитыми и уложенными вокруг пухлых розовых щек. На ней было чёрное короткое платье из полиэстера и вязаный кардиган на пуговицах. Опухшие ноги в эластичных чулках были обуты в потертые шлепанцы из тартана.
— Миссис Джоан Мерта? — спросила Лотти. — Мы звонили вам пару минут назад.
— Правда? — Женщина проверила их документы и повела посетителей за собой в дом. — Память иногда подводит меня. — Она ткнула ногой лежавшего на земле пса, на что тот потянулся и ушёл прочь, оставляя за собой на растаявшем под мягкими лапами снегу следы.
Лотти учуяла запах свежей выпечки. Войдя на кухню, она заметила чёрный хлеб, лежавший на решётке.
— Хотите попробовать? — спросила миссис Мерта, поймав взгляд Лотти.
Не дожидаясь ответа, женщина отрезала полбуханки хлеба, положила на тарелку и сняла крышку с маслёнки. На краю стола висела неиспользуемая деревянная трость. Женщина двигалась на удивление шустро, и Лотти отметила, что она, должно быть, была ровесницей её матери.
— Ешьте, — велела миссис Мерта, наливая кипящую воду из чайника в заварник. — Вы оба выглядите так, словно вас нужно должным образом покормить.
— Спасибо, — поблагодарила Лотти и откусила кусок хлеба. —Вкусно. Попробуй, — сказала она Бойду.
— Я на диете, — ответил Бойд, доставая блокнот и ручку.
Миссис Мерта рассмеялась.
— Не смешите меня, — сказала она, затем повернулась к Лотти. — Опасная работа для женщины — быть полицейским.
Женщина поставила заварник на стол и села. Лотти провела пальцем по раненному носу.
— Я люблю свою работу.
— Готова поспорить, что вы также при этом профессионал, — добавила миссис Мерта, наливая чёрный чай в три чашки.
— Когда вы впервые встретили Сьюзен Салливан? — спросил Бойд, оглядывая стол в поисках молока.
— Со мной вам придётся набраться терпения. Я могу иногда забывать важные вещи. Врач считает, что у меня ранняя стадия Альцгеймера. Дайте подумать. Должно быть, месяцев пять или шесть назад. — Миссис Мерта принялась за хлеб. Пара хлебных крошек прилипли к волоскам на уголках её губ. — Сьюзен прослышала про мою благотворительную работу с бездомными. Я собирала средства для приюта, хотела преобразовать пристройку сбоку во что-то наподобие хостела. Возможно, вы заметили по пути сюда? Бедный Нед, мой покойный муж, построил это сам, Господь с ним. Раньше это было кучей хлама.
Лотти кивнула. Миссис Мерта продолжила:
— Окружной совет остановил меня. Сказали, что моя пристройка не будет соответствовать остальному району. Мне известно, что соседи жаловались. Даже устроили целую кампанию против меня, говорю вам. В конце концов, это уже неважно. Всё равно мне не хватило денег.
— Что сделала Сьюзен? — спросила Лотти.
— Она позвонила и попросила о встрече. Хотела помочь. Сразу дала мне десять тысяч евро. Наличными. Вопросов не задавала. Дарёному коню в зубы не смотрят, а? Я отремонтировала пристройку и установила там плиту, как в ресторанах. Я сделал всё на высшем уровне, правда-правда. Так мы открыли собственную столовую для бездомных. — Миссис Мерта сделала глоток чая, её лицо светилось от гордости. — Я вам не показывала?
 
— Может, позже, — ответила Лотти. — Как вы управляли ей?
Когда миссис Мерта удивлённо на неё посмотрела, Лотти добавила:
— Я имею в виду работу в столовой.