Западня
- Ой, какой ты холодный! - Она прижалась к нему, вся пушистая и теплая после сна.
Криворот глубоко втянул в себя ее нежный запах, тихонько замурлыкал. Глаза у него сами собой начали закрываться.
- Эй! - пихнула его в бок Верболапка. - Не спи! Племя вот-вот встанет!
Криворот с усилием встряхнулся, сердце у него сладко заныло. Он отстранился от Верболапки. Нет, чтобы не уснуть, ему лучше еще немного померзнуть.
- Привет, Криворот! - воскликнул Чистозуб. Оказывается, они с Желудем уже вышли на поляну. - Как бессонная ночь?
- Ох, длинная оказалась! - пожаловался Криворот, вставая и потягивая онемевшие лапы. - И холодная!
- Нахальный шерстяной клубок! - засмеялся Желудь. - Посмотрел бы я, как бы ты завыл, если бы твое посвящение случилось в пору Голых деревьев!
- Как дела у нашего нового воина? - спросил Ледозвезд, высовывая голову из своей палатки.
- Готов к патрулированию и охоте! - бодро доложил Криворот, распушая загривок.
Ракушечник вышел на поляну и начал громко выкликать воителей.
- Совокрыл! Заряница! Готовы?
- Ой, а я и забыла! - всполошилась Верболапка, вскакивая на ноги. Она обежала вокруг Криворота, остановилась и запрыгала от восторга. - Мы же сегодня идем в рассветное патрулирование! А потом Совокрыл будет учить меня новому приему, и мы устроим потешный поединок! - Она сорвалась с места и понеслась к палатке оруженосцев, на бегу зовя сестру: - Лужелапка! Вставай, соня! Мы уходим!
Лужелапка высунула взъерошенную голову из палатки, зевнула.
- Уже?
- Как ты думаешь, почему патруль называется рассветным? - закатила глаза Верболапка. - Не потому ли, что он выходит на рассвете? - Она погнала сонную сестру к выходу, где Заряница сладко потягивала лапки.
Совокрыл, чтобы не тратить времени даром, рылся в остатках кучи с добычей.
- Отнеси кусочек повкуснее Светловодной, - распорядился Ракушечник. - Она, наверное, проголодалась.
- И пить хочет, - добавила Ежевичинка, выходя из своей палатки. Увидев Туманинку, вышедшую из палатки Ледозвезда, целительница помахала ей хвостом. - Туманинка, ты не посидишь с малышами, пока Светловодная сходит напиться?
- С радостью, - промурлыкала Туманинка.
- Доброе утро, Лужелапка! - окликнула Заряница свою ученицу. - Давай-ка, просыпайся, пограничные метки сами собой не расставятся!
Ракушечник уже повел Совокрыла и Верболапку к выходу. Лужелапка, зевая во всю пасть, посеменила за ними.
Криворот с тоской посмотрел вслед уходящему патрулю, но тут же одернул себя и даже засмеялся. Как же он глупый, ведь ему больше не нужно тренироваться! Он закончил свое обучение и стал воином.
Криворот деловито покосился на опустевшую кучу с едой. Так, первым делом нужно сходить на рыбалку. Теперь ему не нужно спрашивать разрешение для того, чтобы выйти из лагеря, и провожатые ему тоже не понадобятся!
- Отличный улов, Криворот! - воскликнула Переливчатая, жадно уплетая жирную форель. Заходящее солнце золотило ее шерсть, а рыба, зажатая в цепких кошачьих лапах, переливалась всеми цветами радуги. - Давно я так не лакомилась!
- Я даже не знаю, осталась ли в реке рыба для завтрашней рыбалки, - с улыбкой промурлыкал Ракушечник, уплетавший огромную щуку рядом с Чащобником и Чистозубом.
Криворот гордо окинул взглядом полную кучу. Сегодня он превзошел самого себя и просто завалил лагерь рыбой!
Заряница сыто перевалилась на спину.
- Ох, кажется, я сейчас лопну! - простонала она, болтая в воздухе лапами. - После того, как Криворот стал воином, нам всем можно смело перебираться в палатку старейшин. Не понимаю, зачем нужны мы, если сегодня он один натаскал рыбы больше, чем все остальные патрульные!
Криворот с наслаждением потянул ноющие лапы.
- В такую погоду рыба сама плывет в когти, - пробормотал он.
- И ты ни капельки не скучал без меня? - пихнула его плечом Верболапка.
- И не думал! - поддразнил ее Криворот. - Без тебя рыбачить гораздо лучше, никто рыбу из-под носа не ворует!
- Ах ты, негодный шерстяной увалень! - засмеялась Верболапка, бодая его головой.
Криворот с готовностью опрокинулся на спину, делая вид, будто сдается.
- Пощади меня, могучая Верболапка! - запищал он. - Я больше не буду говорить правду!
- Ах ты так? - взвизгнула Верболапка, запрыгивая на него сверху. - Ну все, змеиная душонка, прощайся со своей замечательной шкурой! - Она прошлась лапами по ребрам Криворота. Тот громко взвизгнул, и они, сцепившись, покатились по поляне. - Сдавайся!
- Ой, - корчась от щекотки, взвыл Криворот. - Это нечестно!
- Правда? - переспросила Верболапка, задумчиво склоняя голову. В следующую секунду она с новой силой принялась щекотать его. - Нужно было раньше думать, шерстяная голова! Ну, будешь еще меня дразнить?
Трещотка вразвалку подошла к еде, покосилась на катающихся по земле котов. Покачав головой, она громко фыркнула и повела усами.
- С каждым годом они все раньше и раньше начинают свои игры! - проворчала старуха. Перерыв всю кучу, она вытащила себе маленького толстобокого окунька. - Эй, Бурьяноус! Ты что ж, до ночи будешь блох выкусывать? Иди сюда, пока рыбка свежая! - Она снова покачала головой и проворчала в усы: - Все равно ведь не достает до тех мест, где у него блохи!
- Я ему помогу! - вскочила Верболапка и бегом бросилась в палатку старейшин.
Криворот встал и зевнул. Солнце уже скатилось за макушку ивы, и лагерь начал погружаться в синие вечерние сумерки.
- Твое гнездышко уже готово, - сказал Желудь, с улыбкой глядя на клюющего носом брата. - Я сам выстлал его свежим мхом.
- Спасибо! - прошептал Криворот, с наслаждением думая о крепком сне в воинской палатке. Он подошел к входу и заглянул внутрь. Сплетенный из камыша домик примостился между ветвей поваленного дерева. В нем как раз помещалось три уютных гнездышка, и Криворот по запаху легко определил, где спали Желудь и Чистозуб.
Криворот подошел к новенькой подстилке, со сладким вздохом забрался на чистый мягкий мох, заботливо уложенный на крепко сплетенные камыши. Наверное, Желудь целый день трудился над этим гнездышком! Криворот с нежностью подумал о брате - кто-кто, а Желудь всегда верил в него. Громко мурлыча, Криворот свернулся клубочком и закрыл глаза.
- Просыпайся! - рявкнул грозный голос.
Криворот вскочил на ноги. Кругом клубился сырой туман.
Глаза Кленовницы яростно сверкали в сумерках.
- Ты забыл свое обещание?
Криворот, еще не пришедший в себя после сна, захлопал глазами.
-А?
- Обещание! - взвыла наставница.
- Ты все злишься, что я не пришел вчера на тренировку? - зевнул Криворот и помотал головой, пытаясь прогнать сонную одурь. Все тело ломило от усталости, глаза слипались.
- Нет, мышеголовый! - рявкнула Кленовница. - Я услышала, как ты болтал с Верболапкой! Как ты посмел? Я своими глазами видела, как ты нежничал с ней, словно вы уже стали неразлучной парочкой! Как ты смеешь? Ты забыл, какой у нас был уговор? О чем я тебя просила?
- Заботиться о своем племени! - ответил Криворот, слегка отстраняясь. Из пасти у Кленовницы пахло, как из помойки.
Вдруг она бросилась на него и с такой силой ударила лапой по искалеченной челюсти, что Криворот пошатнулся. Острая боль пронзила щеку.
- Я просила тебя всегда и во всем ставить интересы племени превыше всего на свете! - заорала Кленовница, скаля желтые зубы. Она стояла над скорчившимся на земле Криворотом, туман колыхался у нее под лапами. - Превыше всего - ты понял? Это значит, превыше твоих жалких чувств к этой лупоглазой дурочке, которую ты обхаживаешь последнюю луну!
Криворот непонимающе разинул пасть.
- Ты… ты говоришь о Верболапке?
- Конечно! О ком же еще?
Он чувствовал исходящий от Кленовницы острый запах бешенства, но все равно ничего не понимал. Неужели она так взбеленилась из-за его дружбы с Верболапкой? Ей-то какое дело?
- Ты должен забыть о любви, дружбе и обо всем на свете, ты понял меня? Ты должен наступить на хвост всем своим эгоистичным желаниям и думать только о своем племени!