Фейри-убийца
– Привет, Касс, – прошептала она мне на ухо, стискивая в объятиях.
Несколько секунд мы обнимали друг друга, а потом Скарлетт отстранилась и оглядела меня с головы до ног:
– Ну что ж. Если честно, тебе идет. Хотя не представляю, что скажет твой шеф. Кто когда-нибудь слышал об агенте ФБР с розовыми волосами?
– Перед отлетом перекрашусь обратно, – пообещала я, хотя не была уверена, что получится. Роан изменил цвет моих волос с помощью магии. Поможет ли перекись избавиться от розового?
Скарлетт подошла к металлической ограде и просунула пальцы в отверстия. Она любовалась городом, и я на минуту оставила ее в покое. Скарлетт питала слабость к Лондону, особенно к его древней истории.
– Надолго сюда? – поинтересовалась я.
– Не знаю. Пока все не наладится.
– Ладно. – Я не стала уточнять, что именно. Мы никогда не расспрашивали друг друга о работе.
Она пожала плечами:
– Надеюсь, ты сумеешь нам помочь.
Я удивленно заморгала.
– Помочь тебе? ЦРУ? Как я могу…
Подруга повернулась ко мне, перейдя на шепот:
– Мы рассчитываем на кое-какое межведомственное сотрудничество, Касс. Мне разрешили обсудить это с тобой, – она кивнула на туристов. – Не здесь, конечно. Где-нибудь в безопасном месте.
– Но… сотрудничество в чем?
Она пристально посмотрела на меня:
– Триновантум.
В ту же секунду выражение моего лица непроизвольно стало пустым, ничего не выражающим. Услышать от Скарлетт название города фейри было, пожалуй, самым странным событием за последние недели. Меня пробила дрожь. Скарлетт прищурилась, и я поняла: она знает, что задела меня за живое.
– Не здесь, – быстро произнесла подруга. – Поедем в посольство. У нас есть…
Ее прервал громкий хлопок. Какой-то турист взвизгнул, указывая пальцем туда, где вдалеке в воздухе поднялось густое облако темного дыма, а прямо под ним плясало оранжево-желтое пламя.
– Взрыв, – охнула я.
– Черт, – пробормотала Скарлетт. – О, черт, черт, черт… Слишком поздно.
Воздух разрезал еще один взрыв, мое сердце сжалось. Высокое здание со стеклянным фасадом недалеко от нас содрогнулось, изнутри повалил дым. Высокие яркие огненные языки лизали окна.
– Число зверя, – пробормотала Скарлетт. – Эти идиоты всё не так поняли. Дело не в памятнике, а в самóм гребаном пожаре.
– Ты о чем?
Бах. Дым поднимался уже из другого здания, чуть выше по склону. Ближе к нам.
– Великий лондонский пожар, – ответила Скарлетт. – Они повторяют его, только с бомбами. И, похоже, в обратном направлении.
– Кто повторяет?
Ее зеленые глаза сверкнули яростью:
– А ты как думаешь – кто? Они, Кассандра.
Я с трудом проглотила комок в горле.
– Если взрывы происходят в обратном направлении…
Мощный взрыв прогремел так близко, что мы почувствовали ударную волну и жар. Вокруг раздались крики: стало ясно, что здесь, на башне, небезопасно. Отчаянно толкающиеся туристы бросились к лестнице. Мой пульс участился. Но придется подождать, иначе на узкой лестнице мы затопчем друг друга насмерть.
Бах. На нижнем этаже бетонного здания прямо внизу, под нами – это оказалась станция метро – разметало окна и стены. Люди на улице в панике бросились врассыпную, воздух огласили крики. Машины с визгом закрутились на дороге в бешеном танце.
– Смотри, – на удивление спокойно произнесла Скарлетт.
Я инстинктивно заметила, что именно привлекло ее внимание. Из пылающего здания вышли две фигуры – и не бегом, как все остальные, а размеренным шагом. Виновники.
– Нужно добраться до них, – сказала подруга.
– Мы слишком далеко. Мы…
– Пошевеливайся!
Она бросилась к лестнице и, грохоча, ринулась сквозь толпу по спиральным ступеням с невероятной скоростью. Я бежала за ней изо всех сил, дыхание застревало в горле. Мы добрались до подножия монумента, я выскочила на улицу и едва успела заметить те самые две фигуры, поднимающиеся по Фиш-Стрит-Хилл [2] мимо дымящейся станции метро. Скарлетт побежала вслед, но у меня имелся другой способ передвижения.
С колотящимся сердцем я порылась в сумке и вытащила одно из своих многочисленных новеньких карманных зеркал. Открыла его и заглянула внутрь, уставившись в свои голубые глаза и на розовые волосы, развевающиеся на ветру. Позволила отражению стать частью себя, соединилась с ним и ощутила, как оно скользит по телу, словно вторая кожа. Мои фейри-чувства искали другое отражение – ниже по улице. Вот. Витрина магазина отразила бегущую, вопящую толпу и две фигуры, фланирующие среди людей. У меня разыгралось воображение, или один из них действительно вдвое меньше другого?
Я позволила отражениям слиться и прошла сквозь них, чувствуя, как меня омывает холодная магия. Голова закружилась. Пошатываясь, я выбралась на улицу. Позади бушевал огонь.
Глава 2
Страх.
Он вибрировал вокруг в воздухе, пульсировал во мне изнутри как бас-барабан. Тело наполнилось силой, кожу начало покалывать, сердце забилось чаще, чувства обострились. Фейри питаются человеческими чувствами, и каждый из нас настроен на какую-то эмоцию. Одни могут черпать силу из ярости, другие – из похоти или счастья.
А мой наркотик – страх. Или, как мило выразился Роан, я – пиявка страха.
И прямо сейчас ужас толпы пульсировал у меня в крови, воспламеняя, придавая сил. Благодаря этому приливу страха я ощущала, что способна пробежать тысячу миль или поднять в воздух машину.
Обострившимся зрением я вглядывалась в гущу людей в поисках двоих, которые шли медленнее остальных. Секунд через двадцать я заметила их – они прогуливались в толпе.
Высокая темноволосая женщина и светловолосый мальчик. Кто же их заподозрит?
Я сосредоточилась, пытаясь разглядеть их истинный облик, и всего на мгновение их тела замерцали. За спиной мальчика мелькнула пара огненных крыльев, а ноги женщины превратились в мощные коричневые копыта. Разумеется, фейри.
Я едва не бросилась за ними в ту же секунду, поддавшись истерике, которая распирала ребра. Но сумела вовремя остановиться. Мои собственные чувства сейчас далеки от спокойствия. Я пикси, наполовину фейри. Оба террориста – чистокровные фейри и легко почувствуют меня, стóит только приблизиться. Даже в таком хаосе мои эмоции пикси будут вибрировать в воздухе подобно сигналу тревоги. Женщина и ребенок выглядели безобидными, но я уже научилась не обращать внимания на внешность. Это дитя может оказаться существом из моих худших кошмаров.
Нужно следить за ними, держась поодаль, выяснить, куда они направляются, и придумать план. По крайней мере, отложить наше столкновение до тех пор, пока мы не окажемся в менее людном месте. Опустив голову, я приноровилась к их шагу и последовала за ними на расстоянии нескольких десятков ярдов. Если побегут, то и я следом.
На вершине холма они свернули направо и куда-то исчезли. Мне понадобилось все самообладание, чтобы не броситься за ними. Я лишь слегка ускорила шаг.
На улицах уже было полно констеблей – многие сидели на корточках и оказывали первую помощь, перевязывая раненых и останавливая кровотечение. Дойдя до перекрестка, я лихорадочно озиралась среди толпы. Здесь, в центре города, царил хаос. В небе клубился черный дым, вой сирен почти заглушал крики. Меня то и дело толкали люди, которые в панике выбегали из горящих зданий. Но с помощью обострившихся чувств я все-таки смогла сосредоточиться на странной парочке, переходившей улицу, – единственных людях в Лондоне, которые вышагивали так непринужденно, словно прогуливались по пляжу. Я медленно выдохнула от облегчения, что не упустила их. Двигаясь в их темпе, перешла улицу вслед за ними, лавируя в паникующей толпе.
Зазвонил телефон, высветилось имя Скарлетт. Я провела пальцем по экрану.
– Ты где? – напряженно спросила она.
Я взглянула на уличную табличку:
– На Истчип-стрит. Я слежу за ними. Они идут к Филпот-лейн.