Второй, третий... последний (СИ)
— Брат Ветер! Как договаривались? Истинный Инь мой? — спросил здоровяк с глуповатым лицом, но уже закладывающий Основание (2).
— Конечно, брат Крыс, кивнул Ветер.
Имя крепышу совсем не шло, но, наверное, дано до того, как он стал такой горой мышц. На самом деле крыс как таковых в этом мире нет, как и всё живое и неживое отличается. Все названия — это интерпретация Алекса, ближайший аналог, привычный ему. Есть тут маленькие зверьки с длинным хвостом, но наверняка любой зоолог посмеётся, если ему сказать, что это крыса. Да и Алекс видел отличия. Так что, скорее всего, у этого зверька нет коннотации с подлостью, воровством и разносчиком блох и чумы. А может и есть — не углублялся землянин в тему.
Всего с внуком старейшины пришли пятеро. Двое на втором этапе, остальные — на первом. Вместе с ним, тоже достигшим Заложения Основания (2), получается трое на трое. Мастера на пятом, шестом и седьмом уровнях, прямо как специально выбирали по порядку.
Вот эти "порядковые" и заходили сзади, чтобы отрезать путь к отступлению, Крыс и безымянная пока женщина заходили с боков, а главарь остался стоять, скрестив руки на груди. Зря он это. Алекс уже видел его возможности, хоть это и было больше почти год назад. Тогда, видимо, он только перешёл на второй этап и применял техники этапа Открытия Чакр (1). Скорее всего, дед подкинул ему что-то из "крутого" для второго, так что возможны сюрпризы. Только вот как бы крут практик не был, большинство приёмов даже на этапе Возведения Основания (2) завязаны на конечности, и сложить их узлом на груди как-то слишком высокомерно, даже если перед тобой смертный и девочка на седьмом уровне. Да, оба ребёнка прорвались успешно, в отличие от Алекса. Он чувствовал, что горловая чакра вот-вот откроется, но пока не преуспел. И даже так это будет только лишь шестая. Что делать с самой важной, теменной, короной, он даже не представлял — не чувствует её вообще!
— Ваша хозяйка обидела меня на глазах у отребья вроде вас, — вещал прекрасный вьюнош. — Она тоже поплатится. В своё время. А пока, я причиню ей боль другими методами. Не волнуйтесь, вы не умрёте. Это слишком тяжкое преступление.
— Ты должен быть в изоляции! — испуганно пискнула Лай-Га, прижимаясь к Алексу.
— Учли множество заслуг и прекрасное поведение. Выпустили на поруки брату Крысу. Он за мной присматривает, да, брат?
— Конечно! Вчера я присматривал, а сегодня брат Ветер посмотрит, как я поглощаю Истинный Инь. Буду наставлять подопечного, — злодеи не спешили, глумление — часть удовольствия. Именно ради него они и делают все эти "неправильные" вещи.
— Не волнуйтесь. Вас не убьют. Мы же не хотим все вместе медитировать в изоляции, когда в мире столько интересного!
— Да и твоего деда скоро сокровища кончатся, если будет тебя так часто выкупать, — пропела неприятная женщина без бровей удивительно красивым голосом.
Северный Ветер глянул на неё злобно, и та смутилась.
— А может, я и передумаю, раз сестра Вьюга настаивает. Решу, пока буду ломать этому слуге руки и ноги. Потом рёбра. Если будет настроение, то и шею. У него ведь нет знака секты?
Бао Лай-Га испуганным взглядом дала понять, что нет. Он вроде как сопровождает Морозную Ночь как слуга, так что ему он и не нужен. Она так сказала.
Как всё складывается удачно для компании подонков! Действительно, скажут, что не знали, что он из секты. Скажут, что видели как он насилует сестру и прикончили вторженца на земли секты. Девочку заткнут, мол, перепутала — брат Крыс и этот смертный — оба здоровенные. А как смертный справился с мастером седьмого уровня? Не знаем, не видели начала, а то бы сразу пресекли. Может, яд, может — амулет какой одноразовый.
— Брат Ветер! Ты закончил? Мне не терпится приступить! — Крыс потёр лапищи и сладострастно ухмыльнулся, а порядковые мастера загоготали за спиной.
— Приступай. Да и я, пожалуй, примусь за косточки этого недоумка. Он, похоже, даже не понимает, что происходит. Как-то недостаточно страха в его глазах.
— Позволь мне это исправить? — Вьюга достала какой-то артефакт, похожий на посох девочек-волшебниц — короткий розовый посох в виде раздвоенной ветки с красным камнем-навершием.
Не дожидаясь ответа, она жахнула из него молнией по Алексу. Поскольку Лай-Га к нему прижималась, досталось обоим. Они секунд тридцать корчились в судорогах, пуская пену изо рта, а потом опали кулями в траву.
— Ты что творишь! — заревел Крыс. — Они же сознание потеряли!
— Да, Вьюга. Не хорошо это, если они не будут в сознании, — подтвердил слова поручителя внук Ворона.
— Подождём, не так уж и сильно я приложила их. Не впервой. Зато потом сколько страха будет в глазах. Поверьте, не первый раз применяю это прекрасное творение, — она любовно погладила посох.
— Кажется, это работа кого-то с нашей вершины?
Ответа Ветер не получил, так как Алекс зашевелился.
— О! Смотрите-ка! Какой живучий! — удивился мастер пяти чакр.
— Девочка, наверное, приняла удар на себя. Защитница, — сплюнул в траву мастер седьмого уровня.
— Не беда, поправим! — ухмыльнулась садистка и выпустила в Алекса ещё сноп небольших молний.
— Да угомонись ты! Мне и таким он бы сгодился! Помрёт же! — Северный Ветер побежал к женщине, желая отобрать посох.
Та, перестала выпускать заряды электричества, и ловко увернулась, только…
— Пропали! — завопил мастер пяти чакр.
Ветер и Вьюга обернулись, и не увидели пленников.
— Чего встали! Ловите! Вон они, — Крыс ткнул пальцем в деревья, где среди ветвей стоял Алекс, держа девочку на руках. Он смотрел на напавших с ненавистью и благодарностью одновременно. Эту благодарность Северный Ветер расшифровал как "спасибо, что дал шанс, идиот". Это и в самом деле была его вина, но выводы всё-таки не верные.
— Вот же мерзавец! Притворялся, — скрипнули хором Ветер и Вьюга, и рванули за беглецами.
* * *
Когда молния ударила в Алекса, ему не оставалось ничего кроме как заскрипеть на родном и могучем: "Вот же су-у-уки!"
Он всего лишь хотел выплеснуть гнев, но вышло кое-что получше: горловая чакра отреагировала позитивно и боль стала чуть терпимее. Да и в принципе, молнии эти не имели убийственной силы, скорее только для мучений выпущены, без намерения убить. Алексу даже удалось запустить малый круг техники развития, и это принесло огромное облегчение. Разряд электричества заменил ему энергию от кристалла, только впитывалась она гораздо легче, ведь в ней не было загрязнений.
"Нас бьют, а мы крепчаем", — вспомнилась цитата из "Заводного апельсина". Алексу всегда представлялось, что это кто-то из революционеров начала двадцатого века сказал, какой-нибудь матрос с пламенным непокорным взглядом и заветренным лицом. Но нет, всё с точностью до наоборот. Кстати, там "героя" била тоже женщина, правда старуха, и не молниями, конечно. Хотя, кто разберёт этих бессмертных — может, этой ведьме лет двести?
Если герой той книги здорово получил по лбу костылём, то вот Алекс действительно крепчал, и когда молнии прекратились, он даже почувствовал недовольство. Не то чтобы он был мазохистом, но не иметь прогресса более полугода, застрять на одном уровне, он считал более мучительным. К тому же, поглощение снимало значительную часть неприятных ощущений, не такое уж это и испытание, если принимать его вот так.
Оттого он совсем не опечалился, когда по нему жахнули второй раз. Если бы мучители прислушались, то поняли бы, что он вовсе не стонет страдальчески, а сквозь зубы выдыхает на неизвестном им языке: "Подбавь жару бабуля! Больше огня!"
За секунду до прекращения второй волны он и вовсе перестал чувствовать судороги — горловая чакра открылась. Тело налилось лёгкостью, но прилива сил, к сожалению, не почувствовалось. Видимо, не та это дверь, которая повышает силы. А уже через секунду он понял, что просто прекрасно, что не стал сильнее: за время стояния на одном месте он отточил технику перемещения, а если бы снова произошёл резкий скачок в прыгучести, могли бы возникнуть проблемы.