Пленница дракона. Измена (СИ)

— Вы удосужились выучить танец невесты?
— Нет, мой господин. Ведь мне недавно сообщили что я рабыня, а сегодня что невеста. Для меня не успели назначить учителя.
Латифа смело подняла глаза на дракона, улыбнулась. Так чисто, так простодушно:
— Мы так чудесно болтаем, мой повелитель. Может быть вы найдёте время порепетировать со мной наш танец?
— Разве я могу отказать своей невесте?
И начнём мы со спальни, где ты будешь учиться закрывать рот и выполнять все мои желания. Надеюсь, ты будешь хорошей ученицей?
Латифа отвернулась, опустила глаза. Она как то не подумала, что рассердит его и он тоже в отместку сядет на своего конька.
— Я не слышу ответа, Латифа.
Девушка смотрела на кружащиеся в танце пары. Ужаснулась, движений в танце было так много, удастся ли ей научиться двигаться так же плавно, в такт музыке.
Латифа видела, что с неё и дракона не сводят глаз.
Сообразила для чего королевский трон стоит на возвышении и далеко от публики. Тогда за королём и королевой можно наблюдать, но невозможно услышать о чём они говорят. Выражение лица царствующих особ — вот пища, из которой после бала появятся пересуды.
Латифа снова улыбнулась, пусть все видят, какая она счастливая, уж если возбуждать зависть, то всеобщую:
— Я боюсь вас, мой господин. Не знакома с вами. Совершенно ничего не умею в спальне. Вряд ли моя неопытность доставит вам удовольствие.
— В спальне я научу тебя всему. Удовольствие буду доставлять я, не надо меня бояться. Тем более, что я опытный учитель.
"Что ж ты привязался ко мне со своей спальней" — Латифа изобретала способы отделаться от "милого", постепенно начинала любить демократию и жалеть о неравноправии полов.
— Мой господин, я готова подчиниться вам в любую минуту. Но пожалуйста, позвольте мне сначала полюбить вас.
— Нет.
Она опешила. В смысле "нет". В это время прозвучало приглашение к ужину.
Латифа обескураженно переваривала чёткий и ясный ответ "нет". У неё прям на языке вертелось сказать, что они вдвоём выбрали странное время для пререканий. У них гости. Латифа повернула к дракону лицо, пытаясь сменить тему, хотела предложить заняться гостями.
Дракон как будто только и ждал, когда она посмотрит ему в лицо.
— Мой господин, у нас ещё будет время обсудить все ваши желания.
— Достаточно того, что я уже желаю тебя.
  
Глава 19
 
Приглашение на ужин прозвучало, гости направились в роскошную трапезную.
Лорд Вильгельм, заняв своё место, кивнул Микелю. Брат подошёл, выпятив грудь , принял важную позу, всем видом показывая, что он не просто гость, а принц, брат короля.
‐ Скажи, Микель, где твоя супруга?
— Ей не здоровится, выше величество. Она передаёт вам наилучшие поздравления.
— Нездорова настолько, что смеет не прибыть на помолвку короля? — тихо, но грозно продолжил допытоваться лорд Вильгельм.
Микель побледнел, заложил руки за спину и оглядывая зал, делая вид что беседа с братом непринуждённая и приятная, просительно прошептал:
— Прошу вас, брат, проявить милость и не настаивать на появлении Роксоланы.
— Милость к той, которая посмела замахнуться на будущее королевства? Или не она приготовила интригу, подведшую Латифу к наказанию смертной казнью? А, брат?
Лорд Вильгельм осматривал гостей, не забывая вежливо кивать в ответ на пожелания счастья и восхваляющие комплименты присаживающихся гостей.
Микель получил подтверждение своей главной проблеме. Понял, что дракон не оставит в покое Роксолану и будет мстить ей по полной. Микель то краснел, то бледнел, сморщил лоб, обдумывая ответ.
— Если это была твоя интрига, признайся, Микель. Тебя будет ждать позор. Но ты останешься жить. Правда, далеко отсюда. Твоим детям навсегда будет запрещено появляться во дворце, только и всего..
Если это не твои проделки, то пострадает та, кто реально их учинила.
Дракон с нажимом произнёс слова "твои проделки", Микель быстро ответил:
— Роксолана сейчас придёт, как вы того желаете, брат.
 
— Мне не терпится увидеть в чём она придёт. Надеюсь, брат, ты помнишь мой указ. Я слов на ветер не бросаю…
Микель поклонился, исчез.
Латифа слышала каждое слово, мало что поняла из великосветской перебранки. Она сидела по левую руку дракона, скромно опустив глаза, лишь изредка отвечая улыбкой на обращенные к ней комплименты.
Столы царствующей семьи находились на возвышении, как бы на сцене. Гости могли видеть своего короля, но не могли слышать и любому из гостей было запрещено приближаться к королю во время трапезы.
Длинные гостевые столы были щедро накрыты, необыкновенное пиршество завладело гостями , официанты бесшумно сновали среди приглашённых. Играла музыка, в открытые окна заглядывало звёздное небо.
Однако, в момент, когда в проёме дворцовых ворот центрального зала появилась Роксолана, все замерли. Тишина, спустившаяся в зал одновременно выключила все звуки, вплоть до дыхания гостей.
Роксолана пыталась держать гордое лицо, мелко перебирая ногами двигалась по залу в …сари!
Нелепая, несчастная и раздавленная.
Латифа заметила, как грозно смотрит на невестку дракон, ей стало необыкновенно жаль Роксолану. Латифа от природы добрая, нормальная девчонка не могла переносить, когда кому-то было безнадёжно плохо.
Конечно, Латифа отлично пускала в ход зубы и умела постоять за себя. Но сейчас ей было безумно жаль свою вражину. Она придумала, как разрядить обстановку.
— Мой господин, спасибо вам за такой подарок! Вы решили поддержать меня и одели нашу дорогую родственницу в костюм моей страны. Я благодарю вас, мой повелитель за такой щедрое внимание ко мне.
Эти слова слышали все. Роксолана стрельнула глазами, по её лицу было видно, что она благодарна возможности спрятаться за чудесную идею.
Лорд Вильгельм повернулся к Латифе, одними губами прошептал ей на ухо:
— Напрасно.
Затем на глазах у всех поцеловал руку Латифе. Девушка порывисто, с восторгом проговорила:
— Я забочусь, мой господин, о вашей славе. Теперь все знают как вы щедры и заботливы.
— Что вы себе позволяете, невеста моего сына! — ожившая моль в платье цвета тумана, прижимая к себе собаку повернулась к трону дракону. Драконесса-мать сидела за столом сбоку от сына и всё время её не было слышно.
Старая драконесса говорила тихо, одними губами, так, что кроме сидящих за королевским столом её никто не мог слышать.
— Как вы смеете обращаться к дракону без его разрешения!
Старая драконесса шипела, колыхаясь в складках бархата.” Фи-Фи” беспокойно семенила лапками у неё на коленях, тихонько поскуливала.
Драконесса-мать скривила губы в подобие улыбки, захлёбываясь в злобном шёпоте:
— Глупая, несдержанная человечка!
Латифа не могла взять в толк, как драконесса может выплёвывать такую злобу, держа лицо в вежливой улыбке.
Да, такому, наверное, во дворце учат с детства.
Латифа попыталась объяснить, что хотела помочь, хотела оправдаться перед матерью Вильгельма:
— Если бы я не выручила Роксолану…
Драконесса прищурилась:
— Тогда что?
( Включите своё богатое воображение.) — чуть не брякнула Латифа, вовремя сдержавшись, она замолчала, опустила глаза, положив конец перебранке..
— Способности ума этой девушки находятся за пределами вашего понимания мадам.
Лорд Вильгельм выглядел невозмутимым, беседуя с матерью, хотя подтекст его заявления был злым.
— Должна возразить вам, сын. Ваша невеста разоделась как попугай, нацепила бриллианты, хотя по статусу ещё не имеет на них права. Пришла сюда нищенкой, а украшения у неё такие, каких нет у жены вашего брата!
— Жена брата это забота брата, — рассмеялся лорд Вильгельм, добавив:
— Пусть меньше проигрывает в карты, тогда и на жену хватит, да Микель?
— И всё же…
Драконесса злобно собиралась дошипеть свою тираду, дракон не дал ей закончить.