Пленница дракона. Измена (СИ)

Лукреция вспылила:
— Ты так заявляешь о себе, как будто ты супер-мать. Ты когда своих детей последний раз видела.
— Сегодня. Нечего на них смотреть. За ними ходят воспитатели-воины.
Видно было, что разговор Роксолане не доставляет радости:
— Лу, ты лучше о себе начни заботиться.
— То есть о тебе, — парировала сестра. Она всё же добралась до сочного яблока и с хряпом запустила в него зубы.
— Послушай, — продолжила Лукреция с издёвкой глядя на сестру. Взгляд её потемнел, стал тяжёлым:
— Это же твои дети не наследуют корону ни при каких обстоятельствах, пока ты жена принца а не короля. Ведь так? Вот ты и старайся устроить мою судьбу.
— А ты не так проста, как я погляжу, — удивлённо протянула Роксолана.
— Да уж. Учителя у меня хорошие. В смысле учительницы. Ты да твоя свекровь…
— Точно, свекровь! Вот кто нам в помощь. Помчались к ней!
Обе подхватили юбки, бросились из будуара, столкнувшись у двери шикнули друг на друга. На пороге приняли важный вид, чинно вышли в коридор и насколько позволял этикет, быстро отправились к покоям свекрови Роксоланы.
Минуя лабиринты дворцовых переходов, на пороге её зала остановились.
Стая фрейлин, бесшумно двигающаяся за ними, замерла на почтительном расстоянии. Дальше вход им был заказан, это была территория фрэйлин драконессы-матери.
Непримиримая возня двух стай часто доставляла проблемы обеим командам. И хотя они стояли поодаль, стрелы воспалёной вражды сыпались из глаз навстречу друг другу.
Сёстры, стоя перед золочёными дверями не решались войти к драконессе-матери. Стража опустила копья крест-на-крест, перекрывая вход. Оставалось ждать.
К счастью, скоро из-за двери раздался препротивный лай маленькой "Фи-Фи". Чихуа-хуа в злобном лае буквально разрывалась за дверью. Старческий голос негостеприимно выразил своё мнение, обратившись к собаке:
— "Фи-Фи", детка, кто там ещё?
К слову сказать, у неё самой только что состоялся разговор с сыном и она пребывала в наихудшем расположении духа.
Стража убрала копья, лакей открыл дверь, почтительно склонился, приглашая сестёр войти.
Мои дорогие читатели! Впереди нас ждут интриги и коварство раздраконенных женщин, королевская роскошь, ночи, полные любовной страсти.
Ой, что там сейчас начнётся.
  
Глава 11
 
Роксолана и Лукреция, сгорая от нетерпения склонились в реверансе перед драконессой-матерью.
Та, вся в складках светло-зелёного бархата, увешанная золотом и бриллиантами смотрела на вошедших сестриц.
— Ну! — этим негостеприимным "ну" всё было сказано." Пришли не вовремя. И вам тут никто не рад".
— Ваша светлость, позвольте…
— Дальше! — нетерпеливо махнула рукой драконесса. "Фи-Фи" спрыгнула на пол, обнюхала сестёр. Презрительно повернулась к ним хвостиком и по золотым ступенечкам поднялась на свою подушку по левую руку от хозяйки.
— Дракон, лорд Вильгельм привёз гостью, синеглазую Латифу.
Драконесса гладила собачонку, хитро смотрела на Роксолану:
— Переживаешь за сестру? Правильно делаешь. Твоя сестра настолько же тупая, насколько и подлая. Не лучшая партия для моего сына.
Роксолана замялась, искоса глянула на сестру, снова сделала реверанс:
— Мы хотим устроить вечерний чай и опозорить чужачку. Посоветуйте, ваша светлость, как быть?
— Ну, ну, — драконесса поворачиваясь в кресле, кряхтела и охала:
— Если не боишься, что тебе головёнку отрубят за то, что в дела Вильгельма лезешь, попробуй. Я в такие игры не играю. И от вас ничего не слышала.
Драконесса помолчала, сказала как бы про себя:
— Но и человечка в нашем роду не нужна.
Повернулась к сёстрам:
— А теперь вон, обе!
Как по команде "Фи-Фи" сорвалась с подушечки, дрожащим от ярости тельцем, подскакивая на тонких лапках зашлась оглушающим лаем.
Этот звук прозвучал гонгом под сводами дворца. Противостояние началось!
Мать драконесса только что приняла для себя решение:
Она будет воевать за чистоту рода и ни одна человечка не испортит ей родословную внуков поганой кровью.
 
Она протянула руку к подносу с изысканными сладостями: горка миндаля в окружении засахаренных фиников, чернослив, изюм.
Закидывая в рот всё подряд она всё ещё была под впечатлением от беседы с сыном.
У неё в голове не укладывались последние слова сына, лорда Вильгельма в ответ на её вопрос.
Драконесса видела, что в беседе с ней старший сын придерживается правил приличия, не более.
Он совершенно не собирается слушать её советов.
Драконесса вспомнила ещё раз, как спросила:
— Сын мой. Одумайтесь. Зачем вы уделяете столько внимания человеческой женщине. Я вижу, вы к ней неравнодушны и уделяете внимание больше, чем если бы она была гостьей.
В ответ дракон ничего не ответил. Уставился на "Фи-Фи", та попятилась, спряталась в юбках драконессы.
Старая драконесса, не получив ответа, продолжила:
— Возможно, вскоре появится ваша истинная. Как вы разорвёте узы с женщиной низшего сословия, если ваша привязанность возьмёт верх и вы влюбитесь. Я мать, я сердцем чувствую эту беду.
— Наверное, вы, как никто помните легенду драконов о "Лучезаре с бирюзовыми глазами"?
— Сказки есть сказки. — вздохнула старая драконесса-мать,не собираясь отступать.
— Я не намерен продолжать этот разговор. И вам, матушка, не позволяю заводить его впредь.
— И всё же, мой сын. Что вы будете делать, когда объявится истинная.
Лорд Вильгельм встал, направился к выходу, бросив на ходу:
— Я единственный хозяин этой страны и мне нет дела до связей с кем бы то ни было.
Он остановился, повернулся и строго взглянув закончил:
— Запрещаю сватать мне Лукрецию. Если впредь вы позволите себе участвовать в этих хороводах, я лишу вас своей опеки и вы отправитесь вместе с младшим сыном в новые земли.
Старая драконесса неимоверно злилась. Слово сына закон, здесь она бессильна противостоять ему напрямую. А что, если…
Она перевела взгляд на "Фи-Фи". Мелкое исчадие выбралось из под юбок и почувствовав себя хозяйкой, снова влезла на колени к драконессе.
После визита невестки с сестрицей её вообще расколбасило.
Эти две никчемные курицы оказались бесполезными дурами! Старшая не может удержать мужа, тот шляется по кабакам, стал завсегдатаем борделей. Позорище. А сестрица невестки просто овца.
Старуха тихо впадала в ярость, её драконья сущность прорывалась рыком. Она, задумавшись, нечаянно сжала шёрстку "Фи-Фи" сильнее обычного.
Рыжая злючка взвизгнула, цапнула драконессу за палец и гавкая, отбежала подальше.
— Ах ты мелкая тварь,! — разозлилась драконесса. Ты укусила меня, свою хозяйку?
"Фи-Фи" буквально подбрасывало от лая, когда она звонко по-собачьи выговаривала в ответ всё своей необъятной хозяйке.
Старуха всё больше злилось на ситуацию с голубоглазой девчонкой, решение пришло ей само собой.
— Вот что, "Фи-Фи", — она нехотя подняла своё грузное тело:
— едем к провидице.
Через минуту карета была готова.
Это была специальная, скромная карета с затемнёнными окнами. Только количество сопровождающих воинов намекало, что внутри важная персона, но кто именно оставалось загадкой.
Ехать было долго. Драконесса успела выспаться, а "Фи-Фи" известись от постоянного потряхивания и подскоков.
На окраине города отряд сопровождающих всадников перекрыл собою всю тесную замшелую улочку из серых домишек, тесно прижавшихся друг к другу.
Солнце сюда из-за тесноты стен и нависающих крыш не проникало, серые камни поросли бурым мхом. Пахло затхлостью, сыростью.
Драконесса еле выбралась из своего транспорта, тяжело вкатилась внутрь одной из дверей.
Внутри в полумраке за столом сидела женщина укрытая плащом.
Худое лицо, длинный хрящеватый нос, провалы на месте глаз. Вокруг неё дымились пучки трав. Всё заволокло сизым дымком. Запах жжённой травы саднил горло, драконесса закашлялась.