Беременность напрокат (СИ)

Евгений
— Как вы догадались?
Это было первое, что спросила Ольга, усевшись в кресло напротив меня. Она держала руки на подлокотниках, но в ее взгляде читалось желание сложить их на животе.
Я кивнул:
— Валяй, можешь наглаживать свой беременный живот, сколько тебе хочется. Не стесняйся. Напротив, можешь подчеркивать это. В определенных обстоятельствах я буду только за.
На лице девушки отразилась радость, лицо осветилось улыбкой. Ее ладонь тотчас же опустилась на живот, поглаживая его.
— И все же, как вы догадались? — уточнила она. — Токсикоза у меня нет, одежда просторная. Я веду себя…
— Глаз у меня в этом деле наметан. Видел пару раз, как ты по инерции, едва заметно хваталась за живот, а еще ночью охала и бормотала себе под нос, ласково разговаривая с кем-то. Типичное поведение беременной на сроке, когда уже ощущаешь малыша.
— Ого. Вы настоящий Шерлок! — восхитилась Оля и удрученно призналась. — Наверное, все дело в волнении! Малыш дает знать о себе чаще, чем обычно.
— Малыш. То есть у нас… кхм.. сын?
— У нас?!
На лице девушки появился искренний страх и возмущение.
— Я в роль вживаюсь, — пояснил ей.
— Ага. Вот только я еще не сказала вам «да»! — вдруг заявила вредная горничная. — Я так и не услышала настоящую причину, по которой я должна изображать вашу… кхм… возлюбленную, — добавила так, словно это слово было ругательным!
— Надо, — скрипнул зубами.
Мне не хотелось расписываться в истинных причинах. Не так уж мы были близки.
— Что ж, если надо, то ищите другую беременную! — встала она.
— А ну сядь! — вскочил я. — Деточка, я навел справки. Ты в деньгах нуждаешься и крутить носом не в твоих интересах. Или, что, думаешь, кто-то возьмет на работу девушку, у которой пузо на лоб лезет? Ничего подобного!
— Ах, далось вам мое пузо! — уперла руки в боки. — Может быть, вы и правы, вот только я не хочу быть прихотью сбрендившего… олигарха! Моя жизнь и жизнь малыша не должны подвергаться опасности.
— Да я и не собираюсь! — повысил голос и захрипел.
— Вам, кстати, кричать сейчас нельзя. Только голос проклюнулся, снова охрипнуть можете.
Я отпил теплого чая.
— Поговори у меня!
— Говорить, увы, не о чем. Если у вас все, то можете дать мне расчет, я не обижусь.
— Но тебе будет непросто. Вернее, нереально устроиться на другую работу. Ты это понимаешь?
Не удержавшись, я вышел из-за стола и подошел к вредной, упрямой девице и встряхнул за плечи легонько.
— Окажешься на улице. Куда пойдешь?
— Нууу… Может быть, по родственникам. На худой конец, в центр реабилитации для женщин.
— Не смеши, там помощи не дождешься. Центров мало, мест не хватает! Берут самых сложных. Что с отцом ребенка?
— Он… Подлец. Мерзавец! — жестко отрезала она.
— Он тебя обидел? — предположил я. — Обманул?
— Я не хочу о нем говорить. Этого подонка для меня не существует, и точка!
Ольга сердито сверкнула глазами, я понял, что попал в точку. Бедняжка. Такая юная, но уже не повезло наткнуться на какого-то мерзавца…
Жизнь бывает жестока.
Впрочем, сантименты в сторону. У меня к ней предложение горящее…
У Юджина очень-очень горящее предложение :) 
Глава 22
Глава 22
Евгений
Единственное, не понимал, с какой стати я должен объясняться и выслуживаться перед этой девушкой.
Актрисулек других, что ли, мало?
Ну вот чего я в эту девицу вцепился, а?!
Не понимал!
Просто чувствовал притяжение, она была милой, сумела обаять даже Дарью Владимировну, если та за нее вступилась несколько раз, отстояв ее в момент, когда я хотел уволить девчонку.
Все дело в обаянии? Или в том, что Ольга была полной противоположностью девушке, оставившей глубокий, уродливый шрам в том месте, где у других мужчин процветает доверие женскому полу.
Увы, у меня не сложилось.
— Ольга…
Пальцы до сих пор лежали на плечах девушки. Не хотелось их убирать.
— Если вам нечего сказать, Евгений, то я пойду сдаваться Дарье. Вещи как раз не успела перевезти, это к лучшему.
— Сядь, ради бога. Ладно… В конце концов, ты должна будешь отыгрывать достоверно и посвятить тебя в детали просто необходимо.
Но так паршиво…
— Я буду краток. Как я понимаю, ты уже в курсе новых соседей.
— Те, что баню неправильно строят?
— Да. Мне крайне важно, чтобы все было идеально. В личной жизни, в том числе. Не просто хорошо, а лучше. Лучше, чем у жены моего соседа. В прошлом я едва не женился на ней. Она предала меня. Не единожды. Обманула с самым дорогим — будущим отцовством. Если бы не ее нечаянно замершая беременность, краткая потеря сознания и моя внимательность, плюс выписки из больницы, я бы так и не узнал, что она наврала о сроках. Этот ребенок просто не мог быть моим. В то время у нас была пауза в отношениях, я был в другой стране. Она забеременела от другого, мне бы пришлось воспитать чужого ребенка.
— Это плохо?
— Я ничего не имею против чужих детей, в принципе. Но только не в том случае, если ребенка выдают за твоего и скармливают вранье большими ложками каждый день. Едва я узнал об обмане, я разорвал помолвку и отношения сразу же. Уволил ее. Теперь выяснилось, что она вышла замуж и, кажется, ждет малыша, судя по статусам в сети. Тем более, мне важно показать, что моя жизнь…
— Круче, словом.
— Да.
— Понимаю, — закивала Ольга, погладив живот. — Сделать что-то назло из досады не так уж плохо.
— Вот как?
Я с интересом посмотрел на нее.
— Почему же? Можешь объяснить?
— Мои родные были резко против, чтобы я оставляла ребенка. Требовали сделать аборт. Я оставила малыша просто потому, что не хотела, чтобы они распоряжались моей жизнью, как вещью. Даже не подозревала, как сложно придется, но это чудесно.
— Вот как? — небрежно поинтересовался я, делая вид, что счастливо сияющие глаза Ольги, когда она говорила о ребенке, не задевали мои глубинные раны.
Я же так хотел того ребенка, даже имя придумал…
— Да, когда малыш довольно шевелится, я чувствую себя необыкновенно.
— И как ты понимаешь, что он доволен?
— Просто чувствую.
— То есть сейчас… кхм… он доволен?
— Да. наверное, чувствует, что я впервые за последнее время расслабилась. Быть постоянно в страхе, что тебя вот-вот раскроют, невероятно сложно и нервно.
— Ну что ж, мы поговорили, выяснили. Остается только согласиться и приступить к осуществлению плана.
Ольга призадумалась.
Я чуть не взвыл: чего еще тебе нужно, маленькая, вредная женщина?!
— Нужен договор, — попыталась нахмурить лобик. — Договор, где все-все будет прописано. Чтобы без сюрпризов.
— Не любишь сюрпризы?
— Терпеть не могу.
— Мне они тоже не нравятся, — обрадованно поддакнул я.
Кажется, мы начали находить общий язык. Выходило довольно неплохо.
— Осталось только придумать и запомнить нашу легенду и немного порепетировать… близость. Видимость близости, — поправил себя.
— Только не переусердствуйте, — замерла Ольга.
— Начнем с простого. Давай на «ты».
— Давайте. То есть, давай. Давай… Женя?
Я встал, прошелся по кабинету, присел на подлокотник кресла, Ольга напряглась довольно заметно.
— Так, никуда не годится. Надо поработать над контактностью. Не вздрагивай и не напрягайся, когда я рядом.
— Я попробую. Но вы такой… То есть… Ты такой строгий, недовольный всегда, что ждешь от тебя подвоха.
— Значит, мне тоже есть, над чем постараться. Кстати, можешь называть меня Юджин. Я много лет жил за границей, привык. Евгением меня называют только служащие.
— А как она… называла? — поинтересовалась.
— Зачем тебе это знать?
— Чтобы не было ассоциаций.
— Женя. По-всякому. Но наедине всегда Еня, Енечка, — усмехнулся криво.
— Я подумаю. И меня тоже называй приятно. Никаких детка, малышка, киса… — поморщилась.
— Лёля. Годится?