Тень Закуула (СИ)
От призрачной фигуры повеяло ужасом и непреодолимой скорбью, которую только мог демонстрировать давно потерявший своего любимого ученика, ставший отголоском своего бывшего могущества, не сумевший спасти доверенного в его руки падавана, мастер-джедай.
— Мне жаль, — мастер Драрр поджав губы, поводил головой в разные стороны, пытаясь отогнать наваждение. — Мне жаль, Эскел. За все.
На несколько минут в помещении повисла гнетущая пауза, во время которой учитель и падаван, мастер-джедай и лорд ситов, потерявший всякую надежду разумный и заполучивший смысл дальнейшей жизни Одаренный. Два столь похожих индивида, и одновременно такие разные. Они смотрели друг на друга и каждый вкладывал в зрительный контакт свой посыл. Кто-то пытался достучаться к черствому сердцу, отравленного пагубным влиянием Темной стороны. А кто-то пытался отсечь ложные видения, очистив свой взор от мнимой картины спокойствия.
— Ты зря пришел сюда, Ракер. Твоего ученика уже нет. Он остался там, на Коррибане. В пыточных подвалах инквизиции лорда Арагала. Его вместе с тобой волокли туда, брошенных Советом. Но обратный путь держал уже совсем другой Одаренный, которому дали второй шанс. И он им воспользовался.
— Шанс стать прислужником Темной стороны? — скривился мастер-джедай.
— А не прислужником ли Совета ты был до своей кончины, старик? — Ликтенис растянулся в улыбке. — Не прислужником ли этих… хитрых, коварных, лживых разумных ты стал?
— Он вели Орден к Свету! — воскликнул призрак. — По крайней мере должны были…
Экзарх с торжеством в глазах окинул отвернувшегося в сторону джедая, последние слова которого сошлись на тихий шелест ветра.
— Ты все также остался на раздорожье. Одной ногой ты продолжаешь верить в Совет, которого давно нет, в Орден, который давно пал, в Силу, которая давно оставила тебя ни с чем. И другой стороны ты все также боишься принять истинную веру.
— Истины не существует, мой падший ученик.
— Ты пришел сюда чтобы устраивать нотации? — хмыкнул закуулец. — Не хочу тебя разочаровывать, старик, но твое время давно ушло. Я избрал тот путь, который нравится мне. Меня насильно бросили в джедайскую братию. Против моей воли направили по стопам в пучину Темной стороны. Но после, я обрел действительно собственный выбор и стал тем, кем я хочу быть. И не тебе меня судить.
Призрачная фигура неодобрительно покачала головой, сделав несколько шагов в сторону, после чего вновь попыталась преодолеть непроницаемый барьер. Лицо забрака покрылось маской скорби, а сквозь синеватые глаза четко виднелась вся та печаль и боль, которую он испытывал, смотря на то, что случилось с его когда-то любимым падаваном…
Даже сейчас, спустя столько лет, его чувства к ребенку, в котором горел целительский дар, и чью маленькую ручку он бережно взял тогда, стоя на окруженной аракатурой тренировочной площадке, из которой открывался прекрасный вид на вечерний Корусант, принимая выходца клана Нуны, юнлинга в чьих глазах горел неугасимый свет, лучи которого обволакивали таким приятным и греющим душу теплом…
Даже спустя столько лет он пытался видеть в Экселе Алаоне своего всегда веселого и доброго падавана, отбрасывая в сторону навязчивый шепот о том, что ученика давно нет. Как и его самого.
— Ты зря сюда пришел, мастер, — Ликтенис вновь занял позу для медитации, готовясь вернуться к своему ритуалу. — Ступай…
— Эскел! Пожалуйста! Послушай меня! — воскликнул призрак, в очередной раз столкнувшись с барьером. — Ты не должен служить этому чудовищу! Ты можешь освободиться!
Забрак сжался, встретившись с острым взглядом своего бывшего ученика, в котором читалось пренебрежение вместе с едва уловимыми нотками сочувствия.
— Ступай. Покойся с миром, мастер. Твое время давно уже ушло.
— Не делай этого, — джедай приложил ладонь своей руки к преграде, словно пытаясь сбросить капли дождя со стекла. — Прошу тебя. Насилие это не выход. То что ты собираешься сделать, лишь приведет галактику в пучину безумия.
— Я сделаю то, что должен.
— Нет, ты не должен этого делать! Ты не должен служить Ему! Ты не должен жертвовать жизнями миллиардов разумных ради личной выгоды какого-то там сита, чья крыша давно потекла, а разум сгинул в пучине извечной Тьмы!
Ликтенис нахмурился, пожевывая несколько мгновений нижнюю губу, бросая косые взгляды на окружающие его постаменты. После чего сфокусировал свой взгляд на призрачной фигуре Ракера Драрра и тяжело вздохнул, поднимаясь на ноги.
Несколько шагов отделяли его от замершего мастера-джедая, на преодоление которых не потребовалось много времени. И вот, стоящий напротив своего учителя, которого Ликтенис собственноручно отправил в Великую, экзарх испытывал неоднозначные чувства. С одной стороны он все также был уверен в правильности своих действий, но с другой… в глубине души, где-то на самых границах его черствого сердца, теплился слабый огонек того прежнего Эксела Алаона, которым он когда-то был.
— Каждый делает то, что должен. Пусть я больше не джедай, и не сит, но я стремлюсь принести в галактику мир и порядок. И только сильный лидер, каким был Валкорион, сможет объединить галактику, — в глазах мужчины вновь загорелся белоснежный свет, демонстрируя приверженность последователя Закуула к Единой Силе. — Но тебе действительно лучше уйти, мой бывший мастер. Так будет лучше для тебя… Прощай.
— Постой! — призрак совсем уж принял жалкую форму, пытаясь дотянуться до своего бывшего падавана. — Есть другой путь. Вспомни, чему я тебя учил!
Шумно вздохнув, Ликтенис упустил на несколько мгновений взгляд, пытаясь подобрать нужные слова. Но увы, нужных слов, как назло, не находилось.
— Мне жаль, мастер Драрр. Но тот ученик, с которыми вы прошли долгие годы падаванчества, давно погиб. Погиб еще там, на Коррибане, — и ведь это была правда, с определенной точки зрения. — Сейчас перед вами совсем другой разумный. С иными взглядами на жизнь, иной логикой действий и иными целями, которые он ставит перед собой.
— Но…
— Уходите. То немногое, что осталось у меня от паренька-целителя, просит дать вам шанс спастись. И я даю его. Уходите, уходите за край галактики… Возможно, там удастся пережить то, что грядет…. А теперь, прощайте.
Развернувшись на месте и не обращая больше никакого внимания на метание призрака, Ликтенис вернулся обратно к своему месту и заняв медитативную позу, шумно выдохнув, устало прикрыл глаза.
* * *
Пусть окружающая обстановка не располагала для приятного времяпрепровождения, но наблюдать за развернувшимся светопредставлении, которое демонстрировал голопроектор, было весьма интересным. А ведь что бы там не говорили, и как он бы не представлял джедаев своему окружению, среди них были самородки, настоящие драгоценные камни, которые после многолетних тренировок превращались в опасных противников, с которыми нужно считаться.
И сейчас, наблюдая за тем, как по открытому пространству порхают фигуры Одаренных, часть из которых он уже успел списать со счетов, Палпатин ловил себя на мысли, что допустил вопиющий просчет в своей стратегии. Впрочем, все еще можно исправить. Благо, джедаи пока что заняты собственными разборками между друг-другом. Что отвлечет их от более реальных проблем в его лице.
Пользуясь случаем, стоит отметить умение мастером Куро владеть специфическими техниками, которые та так недальновидно засветила перед камерами вечного города. Впрочем, чего удивляться. Ведь по их мнению Дуку это единственный живой сит…
Улыбка на лице канцлера растянулась в хищный оскал, когда Квинлан Вос пронесся над телом ланника, нанося порывистый вертикальный удар, целясь в подбежавшего в спину забрака. Выходец из Иридонии с большим трудом смог уклониться в сторону, но это стоило ему нескольких рожков на собственной голове.
Ответная реакция не заставила себя ждать — раздосадованный такой утратой мастер-джедай выпустил в обидчика Удар Силы, который отбросил тело киффара на несколько десятков метров в сторону, придавая тому свойство снаряда, пробившего несколько перегородок. А сам иридонец, вместе с ланником, бросились вдогонку за нерадивым джедаем.