Второстепенный (СИ)
- Н-да… - Зоя поймала пепел и растерла его между пальцев. - Тут только заново всё сажать. Впрочем, - она наклонилась и дотронулась до мягкой земли. – Сырая, хорошо увлажненная. Да и кое-кто из корней, - взгляд на меня, - выжило. Возродим. Так-с, где тут баня? И где Овто? Он правда носит медвежью шкуру? Овто, почему не встречаешь меня, свою любимую дочуру?
Перекинув полотенце через плечо, Зоя распахнула баню. Жар пыхнул мне лицо. Я зажмурилась.
И открыла глаза.
Глава 17. Праздник осеннего равноденствия
Нравятся мне сонники. Толкований одних и тех же символов великое множество. Та же яблоня – это и символ семьи, и древо познания, и мудрости, и здоровья, и смерти. Горящее дерево – и к переезду, и к опасной авантюре, и к разочарованию в любимом человеке. Как хочешь, так и толкуй. А сонник Фрейда категорично заявил, что я склонна к однополой любви. Спасибо, дедушка Фрейд! Знать бы еще, что в моем случае считается однополой любовью.
Учитывая, что сны с покойниками вообще игнорировать не стоит, а уж на значимые дни космического значения, вроде того же равноденствия, тем более, то сон нужно было разбирать чуть ли не покадрово.
Бабушка Зоя Асеева порадовала особенно. Нет, мне действительно снилась моя родная бабушка, и она действительно являлась моему дедушке Вадиму Волхову сестрой. Троюродной. Просто вся пикантность ситуации в том, что Зоей я её не звала никогда. А тут через слово – Зоя и Зоя. Проводы в новый дом, переход через реку – целый ритуал. Глянула на значение имени, прочитала о празднике и окончательно загрузилась.
Долго думать мне не дали. Всех выгнали накрывать на столы и наряжаться. К приезду гостей Фогруф сиял от чистоты и украшений, а выставленные во двор столы ломились от самых разных угощений. Откуда-то появился огромный громоздкий инструмент и после пары заклинаний леди Изольды заиграл чудесную ненавязчивую музыку.
В полдень ворота Фогруфа распахнулись, и школьники с радостными возгласами помчались навстречу родителям. Кто-то радостно повис на шее у отцов, кто-то закружил мать, кто-то получил объятья… Вместе с родителями к ученикам присоединились и келпи: и мужчины, и женщины. Я аккуратно отошла в сторонку и прислонилась к колонне, скрестив руки на груди.
- Не кисните, Волхов. Вечером будут жечь костры и жертвовать пищу предкам, - раздался голос декана. – Даже лорд Аунфлай не вправе отказать вам в этом.
Профессор Хов, как оказалось, стоял у той же колонны в такой же позе, только с другой стороны. В отличие от прочих преподавателей, он не надел парадную форму. Я потеребила фенечки и призналась:
- Дело не том. У меня плохое предчувствие. Что-то случится сегодня.
Голос профессора не изменился ни на йоту.
- И что же?
- Не знаю. Знаки толкуются очень расплывчато. Могу только сказать, что горящая яблоня – очень дурной знак. Что-то случится… - я помолчала, вспоминая сон, – до того, как мы сядем обедать.
- Вы видели сон?
- Не просто сон. Сегодня ночью я вместе с покойным дедушкой встретил бабушку Зою. Вы знаете, что означает это имя?
- Жизнь, - профессор посерьезнел. – Вы не одиноки в предчувствиях, Волхов. Бабуля Хим не пророк, но как экстрасенс она чувствует злые мысли. Преступник покажет себя сегодня. Мы усилили охрану, но всё равно будьте начеку.
Так вот отчего он в плаще алхимика! И вот отчего келпи так странно встали, не кучкуясь, вроде в толпе, но отдельно и по всему периметру.
Лорд и директор Аунфлай дали целых полчаса на то, чтобы родители нашли своих детей, расцеловали их и расспросили о делах. Отсидеться в стороне у меня не получилось – ко мне подскочил Абигор.
- Вот ты где! Пойдем, там папа с дядей Артуром привезли тебе кое-что.
Я невольно оглянулась на профессора Хова, но тот то ли исчез среди толпы, то ли растворился в темноте коридоров. Отказываться было невежливо. Пришлось идти.
Абигор ловко провел меня сквозь счастливые семьи и вытолкнул прямо на своего отца.
- Здравствуйте, лорд Эсквилл, - поздоровалась я и заметила. – Потрясающе выглядите.
Да, Ирвин вновь ослеплял своей красотой. Ничто в его облике не указывало на то, что когда-то его лицо пересекали шрамы, нос был свернут на сторону, а улыбка кривилась. Он даже держался иначе, как на старых фотогафиях, расправив плечи и горделиво вскинув голову. Лишь седые волосы напоминали о выпавших на его долю испытаниях. Изменения во внешности не прошли мимо эльтов – многие смотрели на него с неприкрытым изумлением, очарованные и покоренные.
- Благодарю, мистер Волхов. Мне попался потрясающий целитель, - ответил лорд чуть хрипловатым голосом, улыбнулся так, что у меня ёкнуло в животе, и протянул пухлую тетрадь. – Абигор много рассказывал о вас, о том, как вам тяжело жить в нашем мире. Позвольте сделать вам небольшой подарок в честь дня осеннего равноденствия.
Я вцепилась в тетрадь, едва сдерживаясь от того, чтобы не пролистать её прямо здесь и сейчас.
- Благодарю вас, лорд Эсквилл.
Приятно посмотреть на результат собственных трудов, черт побери!
- А это от меня и всех родных, - Артур протянул мне шкатулку.
Я не утерпела – заглянула внутрь и чуть не завопила от восторга. Сколько раз жалела, что у меня нет камней для оберегов – и вот, Артур Уайт додумался!
- Спасибо!
А что тут еще можно сказать? Не бросаться же с восторженными воплями на них? Хотя и хотелось.
Артур и Ирвин улыбнулись мне и обратили внимание на хозяев Фогруфа, которые как раз вышли на балкон. Лорд Мэдог поднял руку, призывая к тишине, и гости замолкли, повернулись, приготовившись внимать.
- Добро пожаловать, дорогие Попечители и родители! В этот замечательный день Мабона я пригласил вас сюда…
Чтобы сообщить пренеприятнейшее известие – к нам едет ревизор! Я тихонько, пригнувшись, чтобы не привлечь лишнее внимание, направилась в сторону башни бардов. Как назло, именно сегодня вопреки моей привычке сумка а-ля «Мери Поппинс» осталась в спальне. Эдриан заявил, что она на празднике мне ни к чему, а я взяла и уступила. Что ж, ошибка.
Я зашла в холл и нос к носу столкнулась с Аем. Келпи, отдуваясь, тащил на себе мешок с огромными тыквами.
- Вадим? Ты куда это собрался? – нахмурившись, спросил он.
Я показала ему шкатулку.
- Подарок хочу в башню отнести.
Келпи выглядел как-то бледновато. Заболел? Я прислушалась к его ауре, но ни боли, ни дискомфорта не ощутила. Он просто нервничал. Наверное, из-за того, что Аунфлаи усилили охрану. Услышав объяснение, он неуверенно глянул на часы и посторонился.
- Тогда пулей туда и обратно. А то к началу обеда опоздаешь, - уставившись в землю, пробормотал он.
- Да я не особо и голоден, - я пожала плечами.
- Но всё равно приходи. Будет представление, - промямлил Ай.
- Хорошо. Я быстро, - улыбнулась я и, проходя мимо, случайно толкнула его в плечо.
Келпи быстро отшатнулся, тыквы сдвинулись в мешке с громким звуком.
- Осторожно! – побледнев, воскликнул Ай.
- Ой, какие мы нежные! – съехидничала я и побежала в коридор, ведущий к башне.
А в зверином обличье он куда как смелее и сильнее. Что ему был бы какой-то десяток тыкв? Закинул бы себе на спину и рванул со скоростью сверхзвукового истребителя. Что, спрашивается, ему мешало так сделать сейчас? Похоже, всё его остроумие распространяется только на шутки.
Размышляя о недогадливости келпи, я дошла до клуатра и на секунду остановилась, залюбовавшись статуей первого ученика. Сколько ни хожу мимо, а каждый раз залипаю. Потрясающей красоты изваяние! Как можно было с такой точностью передать черты лица и даже брови с ресницами нарисовать? Ей богу, почти как живой! И такая интересная композиция – на бортике фонтана. Обычно подобные скульптуры ставят в центр и дают им в руки кувшин, а тут в центре неброский столбик. В результате эльф так здорово окружен цветущими клумбами. Если бы не эта тыква, которая выбивается из композиции, было бы отлично. И кто додумался поставить её у стены? И куда смотрели профессора?