Второстепенный (СИ)

Я же стояла под дверями и играла роль преданного, очень взволнованного друга. Впрочем, притворства во мне было мало. Очень уж бледным выглядел Абигор, когда профессор Хов снял с него длани и подтолкнул к дверям Комнаты Испытаний. Директор и профессор Романо с суровым видом крутили приборы.
- Мощность номер три, думаю, трех кругов будет достаточно, - пробормотала профессор Романо и поправила косынку. Роскошные кудри подпрыгивали при каждом движении. – Абигор, заходи.
Абигор глубоко вздохнул, сжал руки в кулаки, оглянулся на меня, на отца и, решительно сжав губы, шагнул внутрь. Лорд Эсквилл тяжело оперся на ручку трости и вздохнул. Выглядел он едва ли не хуже сына.
- Иллюзия – кошмар, время – тридцать минут, - скомандовал директор Аунфлай и прикоснулся к выемке, повторяющей очертания ладони. Фиолетовый аметист в его длани сверкнул, механизм с щелчком провернулся, камни в серебристых шестеренках засветились – и Комната загудела, набирая мощь.   
- Так вот для чего нужна Комната Испытаний! – воскликнула я. – Вы погружаете детей в кошмары! Да вы… Вы совсем?! Лучше бы били!
- Замолчи, Вадим, - ледяным тоном отрезал директор.
- И не подумаю! Вы хоть понимаете, что такими методами можно напрочь сломать психику?
- Мы даем почувствовать последствия проступков в безопасности и под присмотром, - надменно вскинула голову профессор Романо, растеряв всё свое добродушие. – Боль – не эффективный метод воспитания. Наказание должно воспитывать, доносить суть запрета, а не просто причинять урон. Абигор сейчас заново проживает тот вечер, но на этот раз это будут наихудшие варианты. Так до него дойдет лучше, почему нельзя бродить после отбоя да еще в пьяном виде!
Из комнаты донесся полный ужаса вопль.
- Вы… Вы… - я открыла рот, чтобы обложить всю эльтскую систему трехэтажным матом, но нарвалась на очень спокойный и внимательный взгляд профессора Хова. «Что бы вы ни увидели и ни услышали – держите своё мнение при себе!» - как наяву прозвучал его голос.
Я замолчала и, когда Абигор вновь закричал, зажмурилась, прикусив кулак.
- Я полностью одобряю наказание Абигора, мистер Волхов. Но мне радостно, что у моего сына есть такой друг, - просипел лорд Эсквилл.
Выглядел он – краше в гроб кладут. От каждого крика по всему его телу проходила дрожь, тряслись руки, но отменять наказание он и не подумал. Профессор Хов предложил ему стул, и лорд Ирвин с благодарным кивком опустился на мягкое сиденье.
От нового, совсем уж отчаянного крика у меня потемнело в глазах.
- Волхов, дышите, - посоветовал профессор. – Ничего страшного с вашим другом не происходит. Комната не выдает ему ничего страшнее сломанной ноги. Всё, что он сейчас переживает – всего лишь иллюзия. Он цел и невредим. С ним всё будет прекрасно.
Умом я это понимала, но вопли мальчишки не способствовали душевному равновесию. Да и в собственной памяти все еще жили воспоминания о военном госпитале и жутком, нескончаемом потоке раненых, которых нечем было лечить. И та жуткая страшилка про исчезнувшего ученика. 
Полчаса тянулись как полноценные два. Под конец Абигор уже не кричал, и, честно говоря, это было еще страшнее. Если бы не профессора, которые дежурили под дверью и следили за показателями его состояния, я бы точно ринулась его спасать.
Ровно через тридцать минут Комната отключилась. Абигор вышел сам, хотя его порядочно шатало. В серебряных заплаканных глазах плескалось невероятное облегчение.
- Фух! – выдохнул он, обведя всю нашу компанию взглядом. – Честное слово, я больше никогда и капли в рот не возьму!
Я подскочила к нему и подхватила под руку.
- Ты как? Успокоительного? Может, к целительнице?
Абигор охотно оперся на мое плечо и ободряюще улыбнулся.
- Мне бы водички… и полежать. Пап, ты…
- На сегодня школы достаточно. До завтра я тебя забираю домой, - заявил лорд Ирвин и встал. – Мистер Волхов, меня очень тронуло то, как вы переживали за Абигора. Я прошу вас сегодня сопровождать его и погостить у нас. Разумеется, завтра к началу занятий вы вернетесь, - он перевел взгляд на директора Аунфлая. Причем с таким видом, словно отказа вообще не предусматривалось.
 
У директора и профессора Романо округлились глаза от неожиданности. Призвав на помощь все свои актерские способности, я просияла радостной улыбкой и сделала щенячьи глазки.
- Мистер Аунфлай, можно я поеду к Абигору в гости? Можно, можно, можно?
- Это исключено! Вадиму плохо в магических местах. Мы даже в Фогруфе едва смогли найти ему место! – воскликнул Аунфлай и всплеснул руками.
- Пустяки! – небрежно отмахнулся лорд от возражений и легко развернулся на каблуках. Его светлые волосы блеснули в свете фонарей, по лицу скользнули тени, и на мгновение я увидела, каким красивым он был когда-то. – У нас как раз есть чудный, полностью экранированный от магического фона домик с техникой смертных. Уверен, он прекрасно подойдет для ночевки, а Абигор с радостью составит Вадиму компанию.
Аунфлай растерялся, а лорд Ирвин уже положил мне руку на плечо, подталкивая следовать за ним.
- Но, Ирвин, у мальчика сверхчувствительность, а у тебя по сиду гуляет проклятье…
- Мерфин, проклятье поражает только принятых в бруиден, остальные живут спокойно, - Ирвин ухмыльнулся краешком изуродованных губ. – Или ты боишься, что я сманю мальчишку к себе? Он настолько ценный, или ты настолько не уверен в себе?
- Не говори чушь!
- Вот и ты не придумывай глупые отговорки, - лорд уже открыто подталкивал нас с Абигором в спину. – Вадим погостит у меня, побудет с Абигором. Он так переживал за моего сына, так позволь ему побыть с ним немного. Я же его не в бруиден принимаю.
- Ладно, - неохотно согласился Аунфлай и быстро добавил. – Но только под присмотром Кориона! Он единственный, чью ауру Вадим переносит спокойно!
Ирвин сделал вид, что задумался, и с тяжелым вздохом кивнул.
- Хорошо. Если он действительно сможет помочь в непредвиденном случае, то пусть.
Профессор Хов покорно поклонился в ответ на требовательный взгляд Аунфлая и молча пошел за нами.
Абигор цеплялся за мой пояс, стараясь не прикасаться к голой коже, но я всё равно чувствовала плотные потоки его ауры, пахнущие озоном, ледяным холодком и едва-едва – горьковатыми цветами. Как только мы скрылись с глаз многочисленных статуй, мальчишка схватил меня за шиворот и, не переставая улыбаться отцу, процедил на ухо:
- За последние полчаса я сломал себе спину, размозжил в кашу руки и получил осколком в глаз. Только попробуй после всего этого ему не помочь!
- Я сделаю всё, что смогу, - пообещала я. - Ты-то сам в порядке?
- Ерунда. Фантомные боли. Через пару минут пройдет.
- А мне еще втирали, что дети неприкосновенны... - проворчала я.
- Ко мне никто и не прикоснулся, - пожал плечами Абигор. - И я, вообще-то, сам вызвался помочь. Мне, знаешь ли, тоже не хочется умирать в расцвете лет! Думаешь, почему я живу в другом бруидене и наследую  Фалацио, а не Арабор?
Я даже не нашлась, что сказать.
Мы вышли за ворота Фогруфа и спустились вниз по древним каменным ступенькам к пристани. На мостках в компании лодки, на этот раз большой, сидел Ай и болтал босыми ступнями в воде. Брызги летели в разные стороны, и закатный свет золотил их, превращая в драгоценные камни. Келпи вновь и вновь запускал ногами новые волны и любовался летящими каплями, жмурясь как довольный кот. Рядом с ним сидела длинноволосая бледная девушка в облегающем купальном костюме с юбкой до лодыжек и звонко смеялась, хватая капли бледными руками. На её голове красовался венок из цветов и, судя по огромной желтой розе, за цветами бегал Ай. На поверхности озера слегка покачивалась большая лодка. И она явно не принадлежала Фогруфу – здесь никто не использовал такие, современного вида. Да и хохочущая девица ничуть не напоминала келпи – рожек на её голове не имелось, а на перепончатых руках под светом лучей угадывался рисунок чешуи.
 
- Директор передал, что вы поедете компанией, - ответил Ай на мой вопросительный взгляд и ткнул пальцем в статую водяного коня, которая украшала пристань. – Я, как всегда, с вами. Юа уже дала мне доступ.