По осколкам нашей любви (ЛП)

Лоррейн лишь на два года старше меня, а все тяготы жизни уже отпечатались в ее глазах, из-за чего девушка казалась намного старше. Я ничего не знала о ее жизни, но точно могла сказать, что она набросилась на меня из-за страха.
Кто знает? Может, она меня не любила из-за того, как я говорила, смотрела, одевалась и вела себя. Я была образованной, уверенной. Этих двух качеств она не имела. Иногда и этого достаточно, чтобы тебя невзлюбили. Была я плохим преподавателем для Лоррейн? Возможно. Но я еще не готова сдаваться.
— У каждого свои трудности, Лоррейн, — произнесла я спокойно и осторожно с теплой ноткой в голосе, надеясь, что она заметила мое снисходительное отношение к ней. — Уборщики в старшей школе, где я работаю, постоянно пашут, надрываются, чтобы дочиста выдраить унитазы после учеников. — Я поморщила нос. — Я даже не хочу думать, что можно увидеть в мальчишечьих туалетах. Но я также вкалываю, обучая тех же самых детей — планирую уроки, разгребаю кучу домашки, которая занимает все свободные вечера и выходные, трачу собственные деньги на школьные средства, потому что сама школа, кажется, всегда ограничена в бюджете, и я также планирую уроки этих занятий и учу всех забесплатно. Я знаю, каково это — напряженно работать. Конечно, это — не физически утомительно, как уборка, но умственно тоже истощает.
Я сделала шаг в ее сторону.
— Ты привыкла к физическому тяжелому труду, Лоррейн. А все это, — я указала на доску, — за гранью твоего понимания. Я прекрасно это осознаю. Но это то, почему я здесь. Я здесь, чтобы научить тебя читать и писать, дать тебе возможность устроиться на работу, которую ты действительно хочешь, и ты бы не была здесь, если бы хотела остаться уборщицей. Хотя, с другой стороны, я догадываюсь, что и для этой работы тебе нужно чтение и письмо. Заявления для заполнения, контрольные списки посещаемости, которые нужно читать… — Я увидела, как ее губа задергалась и вернулась к сути. — Я тебе не нравлюсь, ладно, я могу отвалить. Мне не надо, чтобы ты меня любила. Мне надо, чтобы ты понимала, что я здесь не для того, чтобы унизить тебя или смутить. Я здесь, чтобы обучать тебя. Тебе нужно лишь только любить себя, чтобы поверить в то, что ты действительно заслуживаешь большего в жизни.
И тут тишина накрыла нас с головой.
Медленно ее напряженные плечи стали опускаться, возвращаясь от кончиков ушей в обычное положение.
— Ты постараешься? — не сдавалась я.
Лоррейн сглотнула и вяло кивнула мне.
— Я увижу тебя на следующих занятиях?
— Аха.
Я вдохнула, почувствовав, как таяло напряжение.
— Если тебе нужно потренироваться или посидеть со мной один на один, то просто скажи мне об этом. Здесь нет никого, кто бы желал твоей неудачи. Вы все в одной лодке. И они это понимают, даже если ты думаешь обратное.
— Акей. О'кей. — Она закатила глаза и развернулась, чтобы уйти. — Ни парьтесь.
Хорошо, ну, иногда, это походило на уроки английского в старшей школе.
Я улыбнулась, собрала вещи и направилась к двери. Выключая свет, я кивнула самой себе. Каждый раз, когда я выходила из аудитории в конце дня, я хотела ощущать некую победу над чем-то, которая непосредственно связанна с учащимися здесь людьми. Иногда, к сожалению, я чувствовала себя вымотанной и напряженной.
Сегодня вечером я поняла, что мы с Лоррейн сделали большой шаг вперед.
В хорошем настроении, решив уделить себе любимой свободное время, я напечатала двум подругам из университета, Сюзанне и Микаэле, и перенесла встречу на пятницу.
* * *
Тем вечером, когда мы встретились, стало ясно, что Сюзанна собирается оттянуться по полной и также найти какого-нибудь незнакомца для небольшого развлечения. Она смотрела на мужчин, будто искала лучший кусок мяса в буфете. Мы сидели за столиком в баре на Мост Джордж IV2; она повернулась ко мне и улыбнулась, когда я залилась в смехе.
Микаэла закатила глаза от поведения Сюзанны и медленного потягивала напиток.
Я встретилась с девчонками в Эдинбургском университете после того, как я перебралась в общежитие на Поллок-Холлс, и затем мы совместно сняли квартиру на второй год. На третьем курсе Микаэла съехала к парню, Колину, а мы с Сюзанной перебрались в квартирку поменьше. Затем все разошлись по своим дорогам после окончания университета. Сюзанна была родом из Абердина, но после учебы она получила должность в крупной финансовой компании в городе. Она неплохо зарабатывала, поэтому могла позволить себе двухкомнатную квартиру на Марчмонт-роуд. Насчет себя могла сказать, что была очень везучей. Старшая сестра, Элли, и ее сводный брат, Брэден, которого я считала и своим старшим братом, жили «на широкую ногу», и по окончанию моей учебы купили мне шикарную трехкомнатную квартиру на Кларенс-стрит в Стокбридже. И меня даже не беспокоило то, что я находилась между родительским домом, который был на Сейнт Бернардс Кресент3 на западе, домом Брэдена и его жены, Джосс, домом Элли с ее мужем, Адамом, которые располагались на востоке на Дублин- и Скотланд-стрит. Все они находились неподалеку от моего дома.
 
Моя семья была очень заботливой. Всегда. К сожалению, это означало, что мне нужно было избегать их чрезмерную защиту время от времени. Однако квартира — совсем другое дело. Это был потрясающий, неожиданный выпускной подарок, подарок, который я никогда не смогла бы приобрести на зарплату учителя. Я была потрясена и вечна благодарна им за это. И, честно говоря, я была счастлива, что нахожусь так близко к своей семье. Еще у меня была растущая кучка племянниц и племянников, которых я любила не меньше, чем их родителей.
— Кого-то приметила? — спросила я Сюзанну, анализируя ее реакцию, и взглянула на двух привлекательных парней, которые стояли у барной стойки.
— Конечно, — дразнила Микаэла. — Возможно, даже пятерых.
— Ну что ж, двое из нас все-таки не нашли свою настоящую любовь в восемнадцать лет. И кто-то предпочитает перецеловать кучу лягушек, чтобы, в конечном счете, обрести своего принца. И этот кто-то — я.
Мы с Микаэлой засмеялись. Это было правдой: Микаэла проводила с нами время, только чтобы поддерживать отношения. Она была счастлива в браке с Колином, шотландским студентом, в которого она влюбилась на первом курсе университета. Она решила не возвращаться в родной город Шропшир в Англии, чтобы практиковаться в преподавании в Морей-Хаус4 со мной. Как и я, она думала о том, как повысить квалификацию учителя английского языка.
Мои подруги были довольно-таки разными. Сюзанна — шумная, кокетливая и напористая королева драмы. А Микаэла была самой тихой из нас троих; милой и преданной своей работе, она много волновалась за своих новых студентов. Если я хотела хорошо провести время или отвлечься, то я звала Сюзанну, а если хотелось просто с кем-то поговорить, то звонила Микаэле.
— Как детки? — спросила меня Микаэла, и я уже поняла, что она говорила про мою семью.
— Прекрасно.
— И меньше их не станет, — улыбнулась она.
— Уф, не понимаю, как они справляются. — Сюзанна пожала плечами. — Я думала, что они извлекут горький опыт после рождения первого.
— Ну, у Джо будет первенец вообще-то. — Не то, чтобы эти слова могли изменить мнения Сюзанны о том, что дети были маленькими неприятными существами, с которыми у нее нет ничего общего.
Джоанна МакКейб, возможно, была мне самой близкой подругой, несмотря на семилетнюю разницу в возрасте. Когда Брэден встретил жену, Джосс, она привела к нам в семью такого хорошего человека, как Джо Уокер, и вскоре Джо встретила любовь всей жизни, Кэмерона МакКейба. Они были женаты уже два года, и сейчас Джо беременна их первенцем.
Она не единственная, кто ждала ребенка. Моя сестра, Элли, с Адамом ждали рождения второго ребенка. У них уже был очаровательный двухлетний сын, Уильям, и я надеялась, что в этот раз они подарят мне племянницу.
— Она с ума сошла. — Сюзанна скорчила лицо. — Но только посмотрите на тех, с кем я разговариваю. С учителями. Кто, черт подери, в здравом уме захочет стать учителем? О, — она широко раскрыла глаза, всматриваясь поверх моего плеча, — а он — вкусненький.