По осколкам нашей любви (ЛП)

Марко, нахмурившись, смотрел на незнакомца. Тот поднялся без единого слова с напуганным выражением и исчез в толпе.
Марко резко повернулся ко мне, и мои благодарности с приветствием застряли где-то в горле, так как он схватил меня за руку и без всякой нежности толкнул меня вперед себя в дверной проем и потом дальше по коридору.
Из-за этого во мне усиливался гнев.
Сбитая с толку, я молча стояла, пока смотрела, как он взял ключ из джинсов и открыл дверь в конце коридора. Он толкнул меня внутрь и последовал за мной. Затем Марко закрыл дверь на замок, и музыка уже глухо пульсировала за стенами этой комнаты.
Я осмотрела небольшое пространство. В комнате была кровать, старый стол с таким же ноутбуком на нем и комод.
— Что ты здесь делаешь? — хрипло спросил Марко со сведенными от раздражения бровями, пока изучал меня.
Также раздраженная его отношением, я скрестила руки на груди.
— И тебе привет.
Я несколько недель не видела Марко. После неудавшегося свидания со Скоттом с помощью Джо и Лив мне удалось устроить засаду Марко в ресторане «У Д'Алессандро» снова и уговорить продолжать общаться со мной. Так и случилось, но напряжение между нами лишь только усилилось, и он стал искать оправдания, чтобы не встречаться со мной.
Все это время я скучала по нему.
Скрывая боль, я оглядела комнату.
— Ты здесь живешь?
— Будто ты этого не знала.
Ужаленная фразой, я выдавила горький смешок.
— Вопреки тому, о чем ты, возможно, думаешь, я знаю, когда меня не хотят. Я не знала, что ты здесь живешь. Откуда? Я не слышала от тебя столько времени.
Его взгляд стал мягче.
— Извини. Не хотел говорить про эту дыру.
— Почему ты живешь здесь? — Я не могла сдержать выражение неприязни.
Марко поморщился и сел на край кровати.
— Мне пришлось жить отдельно, но у меня не было достаточно денег. Друзья знают парня, который является хозяином квартиры. Арендная плата дешевая. Однако товарищ по комнате не стоит этого. — Он указал на дверь, имея в виду все, что за ней происходило. — Я перееду отсюда, как только смогу. — Он прищурился, посмотрев на меня. — Не ответишь ли на вопрос, почему такая, как ты тусуется в таком месте?
— Такая, как я? Я на вечеринке, Марко. Я порой хожу на них.
— Нет. — Он покачал головой. — Не на такого рода вечеринки. Ханна, тебе нужно уходить. Ты не можешь быть здесь.
— Я пришла с Сэди.
— Не сомневаюсь. — Марко не был ее большим фанатом. — Мы найдем ее и уйдем.
— Или же… — Я сделала шаг к нему и заметила, что его взгляд опущен и блуждает по моим ногам, прежде чем опомниться. — Мы можем остаться. Отрываться. Мы еще не успели это сделать.
Он сжал челюсть.
— Ханна, просто уйди.
Я в течение недель сходила с ума, что только подпитывало мой гнев.
— Хорошо! Ты остаешься здесь, а я просто возвращаюсь на вечеринку.
— Ты не посмеешь. — Он резко поднялся.
— Или что? — Я усмехнулась над ним. — Ты собираешься выдворить меня отсюда? Также как и из своей жизни?
— Тебе тут не место! — закричал он, ошеломляя меня.
Я вздрогнула, но не тронулась с места.
— Если ты здесь, то я тоже буду!
Марко, видимо, шокировало данное заявление.
Он повесил голову, смотря вниз.
— Я скучала по нашим разговорам, — грустно прошептала я.
Он взглянул на меня и уже не мог спрятать угрызение совести и нежности в глазах. Я почти закрыла свои в облегчении.
— Как поживаешь? — спросил он с хрипотцой.
Я пожала плечами.
— Нормально. В школе все хорошо. Я получила безоговорочное предложение из Эдинбургского университета.
Марко слегка улыбнулся.
— Классно. Я горжусь тобой.
Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как теплота растеклась по телу от похвалы, и сделала еще один шаг к нему.
— Как работа?
— Нормально. Все еще работаю помощником в ресторане.
Я сказала ему месяцы назад, как была удивлена обнаружить, что он работает на своего дядю, и спросила, почему он скрывал это от меня. Он ответил, что это дерьмовая работа и не стоит это обсуждать.
— Ты не ушел от них?
Он отрицательно покачал головой.
 
— Они официально усыновили меня, поэтому я могу жить в Великобритании. Я им обязан тем, что они вытащили меня из плохой ситуации с Чикаго. Обязан тете. Она хорошо ко мне относится.
— Но ты больше не живешь с ними?
Он мрачно взглянул на меня.
— Меня беспокоило то, кем я стану в будущем, если останусь у них. Мне пришлось уйти.
— Марко, — я вздохнула, принимая в себя его душевную боль и желая просто взять его за руку.
— Мне не нужно твое сочувствие. Никогда не нужно было, — огрызнулся он.
— О, переживешь, большой мальчик. Мне можно переживать за тебя. И это граничит с заботой.
Он хмыкнул.
— Просто скажи, что ты испытываешь, Ханна.
Когда мы посмотрели друг другу в глаза, воздух между нами будто наэлектризовался.
— Ты в этом уверен?
Он знал, к чему я веду. Он покачал головой.
— Нет.
— Почему? — спросила я тихо, пытаясь бороться с разочарованием и неудачной попыткой. — Ты знаешь, что я беспокоюсь о тебе, и ты знаешь… знаешь, что я хочу быть с тобой. Ты не можешь этого избегать. — Я вздохнула. — Почему ты отреагировал так, когда увидел меня со Скоттом? Почему ты хотел сказать то, что сказал тогда, на Дуглас Гарденс? И на самом деле, почему все эти годы ты присматривал за мной, если не чувствовал то же самое, что и я к тебе?
Он сильно зажмурил глаза, сжимая переносицу. Со стоном он опять опустил голову.
Я почти рассмеялась.
— Это не ответ.
— Ханна, — он вздохнул, все еще не смотря мне в глаза, — я присматривал за тобой, потому что ты — хорошая девушка, и я не хочу, чтобы такие придурки, как Дженкс, приставали к тебе. Я сказал то, что сказал в садах той ночью, потому что хотел этого. Потому что ты мне важна. Ты — мой друг, а у меня их не так уж и много. А что касается Скотта… — Он покачал головой. — Хрен его знает.
Я подошла к нему ближе, чувствуя, как сильно бьется мое сердце.
— Думаю, что ты знаешь.
Его глаза заблестели.
— Это не то, о чем ты думаешь.
Я сократила дистанцию между нами до минимума; мое тело касалось его, и я приподняла голову, чтобы взглянуть ему в лицо. Он не отошел. Я восприняла это, как хороший знак.
— Это именно то, о чем я думаю.
Мускул на его челюсти дрогнул, и он вдруг стал излучать что-то сильное, и, возможно, опасное.
— Тебе нужно уйти.
— Нет.
— Ханна, уходи сейчас же.
— Марко…
— Ханна, уходи! — завопил он, жар его тела сжигал меня.
Я вздрогнула, отвращение и гнев завладели мной.
— Какой же ты трус!
— Какая же ты заноза в заднице! — крикнул он в ответ.
— Прекрасно! Я пойду обратно и буду занозой в чьей-то другой заднице! — Дыхание не поддавалось контролю, я не поддавалась. — Мне все равно. Там полно парней, которые действительно хотят меня потрогать и поцеловать. — Сделав высокомерное заявление я развернулась, намеренная выбежать из этой комнаты.
Но Марко крепко схватил меня за руку и резко повернул к себе, отчего я ударилась о его тело. У меня даже не было и секунды понять, что происходило перед тем, как он впился грубо губами в мои.
Я мгновенно растаяла от поцелуя, почувствовав облегчение и похоть. Мои руки лежали расслаблено на его груди, тело было прижато к его, пока губы раскрывались для того, чтобы он вкусил меня. Поцелуй был грубым, отчаянным, и совсем отличным от моих представлений. Мне нравилось ощущать его вкус, эротические прикосновения его языка с моим, и то, что я не просто ощущала его губы на своих, а чувствовала себя объятой его силой. Руки железно хваткой держали меня, сжимая сзади ткань платья. Я обвила руками его шею, когда Марко замедлил, но углубил поцелуй, и задрожала от ощущения, как грудь трется о его мускулы. Я могла чувствовать его запах, вкус, горячую кожу. Он был везде и всем. Это было потрясающе.