Демонолог. Две души (СИ)

  
Глава 24
 
ГЛАВА 24
— И нужен тебе был этот слизняк? — скривив мордашку, спросила меня демоница, глядя вслед отъезжавшему джипу с толстяком.
— Демон не нужен, а вот его оболочка будет очень полезна. А ещё точнее, будут полезны его связи и в меньшей степени деньги, — ответил я ей. — Здесь, Фиона, общество совсем другое, чем то, к которому ты привыкла в своём мире. С виду слабак может оказаться куда опаснее того, в ком бурлит мощь.
— Пфф, — пренебрежительно фыркнула она, не очень поверив моим словам. Для бывшей гладиатрикс нормой было личное могущество в виде силы, а не денег и знаний. Сильный легко возьмёт себе и рабов, и золото, и любые понравившиеся вещи, если всё это принадлежит более слабому.
— Ничего, если не сложишь голову по глупости, то скоро сама в этом разберёшься.
— Господин, а можно попросить об одной услуге? — неожиданно спросила девушка.
— Спрашивай. Потом решу стоишь ли ты её, — кивнул я.
— В этом заведении, — собеседница указала на бар, — на стенах я видела много оружия. И кое-какое выглядит очень интересным.
— То есть?
— Я не очень умею пользоваться магией. Меня этому не учили, — нехотя произнесла она — для демона признаться в личной слабости, что серпом по одному мужскому месту. — Кое-что подсмотрела, чему-то научилась интуитивно, но знаю мало. Зато я отлично владею клинками. Без хвастовства скажу, что с мечом в руках я могу победить намного более сильного противника, чем такого же в чистом магическом поединке. Свою силу я могу без проблем проводить через клинок и потом рубить хоть чужие чары, хоть волшебные доспехи или такое же оружие. С хорошим мечом я могу быть более полезной тебе, мой повелитель, — под конец девушка добавила немного лести.
— Чем тебе конкретно заинтересовали мечи в баре? — поинтересовался у неё.
— Несколько клинков были старыми и побывавшими в бою. Или в руках палача. От них тянет старой кровью и несколькими загубленными жизнями.
— Ясно. Хорошо, пошли узнаем.
Стоило нам вернуться обратно в заведение, как на нашей парочке скрестились взгляды всех, кто там находился и был свидетелем недавней сцены с толстяком. Барменша взглянула на меня и Фиону с лёгким испугом, когда мы подошли к ней.
— Будете что-то заказывать? — с натугой улыбнулась она нам. Смотрела только на меня, мимоходом мазнув по демонице быстрым взглядом.
— Стакан апельсинового сока, — произнёс я и положил на стойку несколько пятидесятирублёвых бумажек. Сок столько не стоил, а вот за будущую информацию нужно было заплатить. — Остальное на чай.
— Большое спасибо, — уже куда веселее ответила она. — Одну минуту. Сейчас всё сделаю.
Вышло чуть дольше озвученного времени, но для меня было непринципиально. Как раз хорошо рассмотрел клинки, которые заинтересовали мою спутницу. Те выглядели достаточно необычно и заметно бросались в глаза. Похожие Стойкий видел в фильмах, посвящённых монастырю Шаолинь и с такой же тематикой восточных боевых искусств.
— Ваш сок, — поставила на стойку большой стакан с густой жёлтой жидкостью, распространявшей резкий и приятный аромат цитрусовых.
— Благодарю. Хочу кое-что спросить, — произнёс я, сделал короткую паузу и продолжил. — Это оружие на стенах вы заказывали у кузнецов или из коллекций выкупали? Особенно интересны вон те мечи, которые выглядят старыми или состаренными. Те, которые в азиатском стиле.
— Ой, я даже не знаю, — растеряно ответила та мне. — Этим хозяин занимался, Андрей Павлович.
— А как с ним связаться?
— Не нужно связываться, я знаю откуда он брал их, — неожиданно раздался чужой голос позади девушки. Из дверного проёма рядом с зеркальным стеллажом с бутылками вышел худой высокий паренёк чуть старше барменши.
— Очень хорошо, — как можно дружелюбнее улыбнулся я ему. — Буду только рад, если получится сэкономить время и не придётся отрывать от важных дел занятого человека. Ведь время — это деньги.
Я опять положил на стойку несколько купюр.
Парень на пару секунд перевёл взгляд на них, но сразу брать не стал.
 
— Конкретно те старые мечи Андрей Павлович прикупил из запасников музея, который на Ленинградке.
— Это где точнее? Я плохо город знаю, недавно тут.
— Ленинградская площадь, — пожал тот плечами. — Любой таксист знает, просто скажите.
— Ясно. А кто конкретно ему продал оружие?
— Кажется, Дрогбушина. Она там не то замдиректора, не то ещё на какой-то не последней должности сидит.
— Ясно. Спасибо тебе, — кивнул я, после чего выпил в несколько глотков сок, поставил стакан на стойку и шагнул в сторону выхода, коротко бросив Фионе. — Пошли.
Оказавшись на улице, я достал телефон и визитку толстяка. Хоть и обещал ему, что потревожу не скоро, но, когда я ещё окажусь в городе, чтобы заняться просьбой демоницы.
— Да? Кто это? — раздался знакомый и одновременно чужой голос в мобильном. Кажется, демон после расставания стремительно покинул тело контрактника и умчался зализывать душевные раны на свой план. И сейчас я общаюсь с человеком.
— Я Олег. С тобой мы расстались десять минут назад.
— А? Э? — растеряно замычал он в трубку. В отличие от инфернала он не знал, как себя вести со мной.
— Есть разговор. Много времени он не займёт, — произнёс я. — Возвращайся назад к бару. Только поторопись.
— Я… да, скоро буду.
Новый разговор состоялся вновь с демоном. Но только самое начало. Узнав о подоплёке, вселенец отдал бразды правления своему носителю. Тот музейщицу знал неплохо. Дамочка оказалась ярким представителем тех, для кого важнее личное материальное положение, чем какая-то там культура, история, национальное достояние и прочее. Если однажды станет директором музея, то заведение в считанные годы превратится в ничто и закроется.
В этот же день благодаря помощи толстяка я с ней встретился.
— Мечи азиатского типа? — нахмурилась она, пытаясь вспомнить о чём я её спрашиваю. — А-а, да-да, конечно. Два года назад проводилась тематическая выставка, целью которой было привлечение в музей китайцев. Как туристов, так и осевших у нас. В области находится несколько посёлков, где половина или около того жителей китайцы. Выставка касалась войны Китая и Японии в середине двадцатого века. Последняя, сами знаете, в наших недругах, причём тех ещё гадов, если вспомнить нападение двух японских родов на базу Рождественского клана на Курилах. А Китай наоборот. Вот и пришла сверху разнарядка о том, чтобы напомнить одним про других. Для этого в наш музей привезли кучу артефактов той эпохи. Особенно много было холодного оружия, жаль только, что половина не в очень хорошем состоянии. Мы едва ли десятую часть смогли выставить, — тут она вздохнула и продолжила недовольным тоном. — Только зря всё. За месяц выставку посетило меньше тысячи китайцев. А по предварительным расчётам должно быть не менее десяти. Чтобы вернуть часть затрат пришлось самые плохие экспонаты из запасников продать в частные руки. Наверное, вы их и видели.
— Понятно, — сказал я, выслушав длинную и пространственную речь женщины. — А что-то осталось с тех времен в запасниках или всё вернули обратно туда откуда их к вам привезли?
Та, поджав тонкие, накрашенные ярко-красной помадой губы, с подозрением посмотрела на меня:
— Может что-то и осталось. А вы с какой целью интересуетесь?
— Мы не прочь купить один или два меча той эпохи в качестве сувениров.
— Лариса Натановна, мой хороший друг и коллега очень интересуется подобными вещами. В поисках чего-то подобного он специально приехал в наш город. Если бы он не держал такие вещи в строгом секрете, то вы бы про него обязательно знали от ваших коллег и ряда влиятельных коллекционеров древнего оружия, — немедленно пришёл мне на помощь одержимый. Сейчас говорил конкретно человек. — Вы пойдёте к нам навстречу, а мы вам, — и он подмигнул собеседнице. — Никто не узнает о нашем маленьком гешефте. Разумеется, если он состоится.