Гвардия Хаоса (СИ)

— Как же это недостойно рыцаря империи Зэйд, — хмыкнул Кенсэй, касаясь рукоятей своих мечей.
— Нет ничего недостойного в военной тактике и хитрости, — возмутился ворон. — Прикажи своим птенцам держать свое оружие при себе, иначе мне придется их наказать.
Рука Джун, начавшая натягивать тетиву лука, дрогнула.
— Я не хочу драться с вами, мастер, — ответил Кенсэй. — Из уважения к седине в ваших перьях. К тому же четверо на одного — это нечестно. Хотя, как вы выразились ранее, нет ничего недостойного в военной тактике.
— Решим дело поединком? — с надеждой спросил Саги.
— Мастер, ну право слово… Просто примите наш отказ и возвращайтесь. Если прадед так хочет, чтобы я вернулся — пусть приходит лично.
— Ай-яй-яй, как невежливо, Хоодо, — покачал головой ворон. — Глава Дома не станет бегать за своим непослушным внуком. И ты уверен, что хочешь этого? Сам знаешь, каким он бывает в плохом настроении.
— Кстати, этим Джун очень на него похожа, — Кенсэй кивнул в сторону дочери.
— Звучит как угроза.
— И долго мы еще будем трепаться? — вспыхнула девушка, делая шаг вперед. Удар ступни ощутимо сотряс землю, а налетевший из ниоткуда порыв ветра поднял пламенеющим столпом ее вьющиеся волосы.
Зеленые глаза Джун вспыхнули мистическим светом, между пальцев правой руки возник тонкий луч зеленого света, который немедленно оформился в нечто, напоминающее стрелу.
— О, неужели у тебя родилась Клинок Света? — органический глаз Саги удивленно расширился. — Как же давно я их не видел. А кто твой сын?
Атсуши вытянул вперед правую руку — и ворона заключило в розовую полупрозрачную сферу, которая поднялась над землей вместе со своим пленником.
— О, это же Хозяин Подземелья! — Саги радостно захлопал крыльями. Невидимая сила удерживала его прямо в центре сферы, не позволяя касаться ее поверхности. — Только цвет забавный.
— Если я захочу, внутри сферы исчезнет весь воздух, — мрачно произнес Атсуши.
— О, я знаю, господин благородный отпрыск Первого Дома Акаяма. Я знаю. А еще я знаю, что ты понятия не имеешь, как правильно использовать эту мистическую способность.
Из-под крыла Саги выпал длинный бронзовый цилиндр, покрытый тонкой резьбой, который ловко подхватила в воздухе металлическая лапа и сжала — словно рукоять меча. И в ту же секунду воздух над странным предметом вспыхнул и засиял ослепительно-белым, собравшись в прямой узкий клинок. Это была довольно нелепая и забавная картина — ворон с мечом света, лихорадочно взмахивающий крыльями, но стоило ему всего раз прокрутиться вокруг своей оси, рассекая розовую сферу странным оружием, как она немедленно исчезла, рассыпавшись быстро погасшими искрами.
— Плазменный меч? — в замешательстве спросил Атсуши, не отводя глаз от пернатого воина, освободившегося из его ловушки. — Но он не должен был…
— Нет, это не плазменный меч, — произнесли Кенсэй и Саги одновременно — и с раздражением посмотрели друг другу в глаза.
— Это… — они снова начали фразу одновременно и одновременно оборвали ее.
— Хоодо, — сердито произнес Саги, уверенно балансируя на одной лапе и держа меч света во второй, — ты не мог бы оставить мне право прочесть небольшую лекцию жаждущим знания слушателям?
— Это мои дети! — возмутился Кенсэй и прочистил горло, сверля учителя взглядом.
— Так вот, этот меч… — они постарались перекричать друг друга, но практически сразу сбились и умолкли.
— К черту! — не выдержала Джун — и выпустила в Саги мистическую зеленую стрелу. Точнее, она целилась в рукоять меча света, но ворон легким движением лапы отбил стрелу ярким клинком. Девушка на мгновение замешкалась, а потом засыпала Саги очередью зеленых стрел, которые тот отбил с оскорбительной легкостью. Точнее, мистические стрелы исчезали при контакте с необычным клинком.
— Он впитывает мистическую энергию? — осторожно предположил Атсуши, попытавшись еще раз заключить ворона в ловушку. Саги рассек ее с удивительной легкостью, хотя по-прежнему казался неуклюжим и неловким, тяжело прыгая на одной лапе.
 
— Умный мальчик! — похвалил его ворон, не сводя глаз с Джун, которая наложила на дугу лука сразу три зеленых стрелы.
— Это меч рыцаря империи Зейд, — быстро, опережая замешкавшегося учителя, произнес Кенсэй. — Они создавались из частиц самого Сердца Мира, и поэтому с легкостью поглощают мистическую энергию в любом ее виде и форме. Раньше их были тысячи, но когда на Тейзою прибыли Забытые, они собрали и уничтожили практически все мечи Зейд. Этот меч — один из последних уцелевших. Акаяма позволили ему оставить его в качестве жеста доброй воли и с условием, что он никогда не направит этот клинок против нас, — последние слова Кенсэй произнес, глядя на Саги с немым вопросом в глазах.
— Мне позволили использовать его против тебя в случае, если ты откажешься последовать за мной по доброй воле, — раздраженно ответил Саги. Он особенно резко дернул хвостом при словах «…позволили ему оставить…», и теперь его круглый собственный глаз гневно поблескивал, выдавая задетую гордость.
— Этот меч не способен повредить материальный объект, рыцари Зейд сражались им с противниками, слишком зависимыми от мистической энергии, — продолжил Кенсэй.
— А что они использовали против врагов, которые сражались обычным оружием? — спросила Джун, снимая с лука тетиву и перехватывая его на манер посоха.
— Подойди и узнаешь, девочка, — хохотнув, ответил Саги, и перебросил меч из правой лапы в левую, ловко переместив центр тяжести и не потеряв равновесия.
Джун прорычала что-то нечленораздельное — и бросилась на ворона, замахиваясь дугой лука. Саги подставил левое механическое крыло под вертикальный рубящий удар, и древко отскочило от него, столкнувшись с незримым силовым полем, сгенерированным бионической конечностью. Джун была неготова к тому, что столкновение произойдет на пару сантиметров раньше, но равновесия не потеряла и успела отскочить назад в тот момент, когда Саги подпрыгнул и рубанул ее мечом Зейд. Потом он прыгнул еще раз, уже вперед, закручивая тройное сальто. Стремительные движения светового клинка слились в цельный слепящий диск, центром которого стал сам Саги, и эквилибристический вихрь обрушился на Джун, которая смогла увернуться от него лишь в последний миг. Но ворон не прекратил атаку, и коснувшись земли, резко провернулся вокруг своей оси, вытягивая далеко в сторону лапу с клинком. Девушка, которая ушла от предыдущей атаки в низком прыжке, с трудом оттолкнулась от земли ладонью и пропустила белый клинок под собой, чтобы сразу же упасть обратно — и откатиться в сторону, потому что удар Саги оказался двойным. И достаточно быстрым, чтобы полоснуть ее по левому плечу.
Светящееся лезвие прошло сквозь чешуйчатую броню, кожу и мышцы, не причинив им вреда, но когда Джун поднялась на ноги, стало заметно, что рука безвольно повисла вдоль туловища.
— Особенно хорошо этот меч работает против адептов мистических искусств силового типа, — лекторским тоном произнес Саги, встряхивая перья. — Вы слишком сильно полагается в бою на усиление тела, и при контакте с плотью наблюдается кратковременный эффект паралича. А теперь, внимание, вопрос: что произойдет, если клинок коснется головы?
Бросок Кенсэя пситакид, что называется, проворонил — видимо, он просто не ожидал, что тот вмешается в бой до того, как его дети будут побеждены. Незаточенная сторона меча ударила по лапе, сжимающей меч Зейд, и металл отозвался режущим ухо звоном. Саги удержал меч, но потерял равновесие и покатился по земле, разбрасывая в стороны крылья. Кенсэй ухватился за маховые перья живого крыла ворона — и вырвал сразу три. И сразу же отскочил в сторону, потому что с механического крыла Саги сорвалось металлическое перо, с грозным свистом рассекшее воздух подобно метательному ножу.
Кенсэй внимательно осмотрел полуметровые перья в своей руке — и с удивлением перевел взгляд на Саги.
— Они синтетические, — с укором произнес он, словно ставя данный факт пситакиду в вину.