Гвардия Хаоса (СИ)

Из горла вместо хриплого дыхания вырывался настоящий волчий рык.
Дженази одобрительно улыбнулся, и Ичиро внезапно почувствовал новый прилив сил. Это было нечто, совсем не похожее на мистическую энергию. Гораздо мощное и… холодное. Скорее даже прохладное, новая энергия освежала тело, смывая усталость не сколько физическую — ее Ичиро не чувствовал — а моральную. Бесконечный бой измотал его разум, и вот он снова чист и ясен. Словно проснулся после долгого сна. И он сам словно стал другим человеком.
Ментальный двойник Дженази удовлетворенно кивнул и исчез. Изменилось и это искусственное пространство, ловушка для разума. Вокруг по прежнему были снег и серое небо, но теперь они были действительно настоящими. Или более настоящими, чем раньше.
Впервые за долгое время Ичиро остался наедине с собой.
Колени подогнулись и он ничком рухнул в снег, зарываясь в него лицом. Схватил его ртом, с наслаждением чувствуя, как он тает во рту и ледяной струей стекает в желудок. Пришло время утолить жажду.
Потом он спал. Долго и очень крепко. Без сновидений. Проснулся от того, что снег оттолкнул его от себя, подбрасывая в воздух. Не понимая, что происходит, Ичиро приземлился на ноги, лихорадочно осматриваясь по сторонам.
Колоссального белого волка, зависшего в воздухе на горизонте и кончиками заостренных ушей касающегося облаков, он заметил только тогда, когда гигант приземлился, снова выбив почву у него из-под ног. Каждый прыжок чудовища сотрясал Вселенную.
— Великий Гата, — прошептал потрясенный Ичиро, осознав, кого видит перед собой. И в ту минуту, которой Гата хватило, чтобы скрыться из виду, не думал уже ни о чем. Чувство, которое его охватило, было сродни просветлению, о котором твердят священнослужители всех мастей. Религиозный экстаз. Он увидел бога этого мира — Волчьей Зимы — и прародителя всех г'ата.
События прошлого потеряли свое значение. Видение мира изменилось. Прежние желания, страхи и тревоги исчезли, оставив место чему-то новому.
И опустошенный, Ичиро полностью проснулся.
***
22 июля 1014 года. Федерация Вердиро, Даери.
Пробуждение был неприятным — он обнаружил себя оплетенным по рукам и ногам корнями в небольшой округлой темной пещере, или даже дупле — потолок, стены и пол были покрыты их плотным переплетением. Входа не было, как и источников света — рассмотреть свое окружение Ичиро смог благодаря своим сверхчувствительным глазам, восприимчивым к инфракрасным лучам.
Пошевелившись, он почувствовал боль везде, где артерии проходили непосредственно под кожей — тонкие иглы пронзали ее, и через тонкие ветви-трубки что-то выкачивало из него кровь с поразительной скоростью. Если бы не мистическая регенерация г'ата, Ичиро был бы обескровлен в течение пары минут.
Первым делом он заморозил опутавшее его растение, а потом рывком вырвался из него, ломая все вокруг. Пары ударов хватило, чтобы выбраться на свет.
Освободившийся, больше ничем не сдерживаемый, Ичиро замер. Вокруг был странный лес, состоявший из массивных колонн переплетенных между собой стволов в десятки метров высотой, расходившихся вверху плотными куполами-кронами, сплетавшимися со своими соседями. Земля была скрыта корнями, толстыми и тонкими, между ними к рассеянному свету, пробивавшемуся сквозь ветви, тянулись незнакомые цветы и папоротники. Кора деревьев была покрыта мхами и лишайниками. И во всем наблюдалась странная симметрия, словно на самом деле это был не лес, а сад. Растительный дворец, выращенный искусным садовником.
Пещера, из которой выбрался Ичиро, оказалась нишей в корнях кустообразного дерева с коротким стволом и густой шарообразной пышной кроной, которая не дотягивалась до верхнего яруса этого леса. На ветвях росли красные плоды с тонкой кожурой. Сын Ришари сорвал один, и тот сразу лопнул. Жидкое содержимое вытекло и пролилось на землю.
Кровь. Это была кровь Ичиро.
Он раздвинул ветви и обнаружил в самом центре их переплетения особенно огромный плод, настоящую цистерну, заполненную кровью и скрытую от посторонних глаз. В ней были сотни литров.
 
Пробудившийся внутри г'ата пришел в изумление и ярость. Подобное отношение к его крови было настоящим оскорблением. Кто мог это сделать и зачем?
Вопрос «Кто?», впрочем, отпал сразу — Ичиро слышал только об одном ботаническом инженере подобного уровня. Глория. Похоже, он попал в ее руки, пока проходил испытание Дженази. «Стая» не смогла обеспечить безопасность его тела, и, вероятно, погибли все, кого он привел с собой из Судо во Фламби.
Все они верили в него. Он подвел своих соратников. Пожертвовал их жизнями ради удовлетворения собственного эгоистичного желания вернуть семью.
— Как славно, ты еще не убежал! — откуда-то сверху к Ичиро спустилось совершенно незнакомое существо неизвестного вида — девушка полутораметрового роста и прозрачными, словно у стрекозы, крыльями за спиной. Они трещали, поддерживая ее тело в воздухе прямо над г'ата. Зеленая кожа, вьющиеся растения вместо одежды, волосы-цветы и черные фасеточные глаза — она была похожа на гибрид человека, растения и насекомого, но такой расы в этом мире не существовало.
— Что ты такое? — спросил он. Налицо был продукт генной инженерии, но уточнить не помешало бы.
— Кью, — ответило существо мелодичным высоким голосом. — А ты пленник Мамы, и должен немедленно вернуться обратно. Ей нужна твоя кровь.
— Хочет усовершенствовать свои творения? — Ичиро внимательно присмотрелся к деревьям. Фасеточные глаза сотен сестер и братьев Кью наблюдали за ним отовсюду.
— Она сказала, что хочет создать совершенных людей.
— Вас, что ли? — удивился сын Ришари.
— Нет, — смутилась Кью. — Совершенные все еще спят, потому что они не готовы. Но когда в них перельют твою кровь…
— Я против, — прямо заявил Ичиро. — Не хочу делиться своей кровью с незнакомыми личностями. Глупо помогать тому, кто тебе не нравится.
— Но они замечательные, — возразила Кью. — Они ведь будут совершенными. Пожалуйста, вернись в древо, иначе мы заставим тебя.
Ичиро задумался. Сотни этих существ или нет, было неважно, раз Глория далеко отсюда. Он легко перебьет их. Но эти «совершенные» спящие его заинтересовали.
— Я вернусь в это дупло добровольно, если ты покажешь мне хотя бы одного «совершенного человека». Я должен знать, кому жертвую свою кровь.
Кью задумалась. Ее разум был подобен разуму ребенка, а значит, наивен в определенной степени.
— Ты обещаешь? — спросила она.
— Да, — соврал Ичиро, не моргнув и глазом. Кью была рукотворной аномалией, и испытывать стыд из-за ее обмана он не собирался.
Кью поверила. И отвела его к отверстию между корней — входу в тоннель глубоко под землю. Он закончился пещерой — как понял Ичиро, одной из многих. Ее потолок и стены были покрыты светящимся мхом, в воздухе мельтешили тучи светлячков, которые к настоящим не имели никакого отношения. Повсюду были искусственно созданные растения и насекомые, и вершина ее творения находилась прямо перед ним — сотни круглых плодов величиной с бочку, растущих прямо из земли. Прозрачная кожура, заполненная такой же прозрачной жидкостью, а внутри — люди. Не младенцы или дети, а взрослые юноши и девушки с развитыми телами без аномалий, но зелеными волосами. Все они спокойно спали в позе эмбриона, Ичиро даже тронуло умиротворение на их лицах.
— Совершенные люди, — сказала Кью, опустившись на землю и сложив крылья. Она подошла к ближайшей органической капсуле искусственного рождения, положила руку на ее гибкую стену и повернула лицо к Ичиро. — Мама создала их не знающими гнева или обиды друг к другу. Между ними будет только любовь и понимание. Но чтобы выжить в войне с несовершенными, им понадобится твое бессмертие.
Ичиро положил свою ладонь рядом с ладонью создания Глории. Поверхность капсулы-плода была такой же теплой, как человеческая плоть. Он не знал, что думать. Чувствовал рядом присутствие тысяч спящих «совершенных», ожидающих своего часа — часа войны за место под солнцем. Как ему поступить? Убить их прямо сейчас, пока не поздно? Но поможет ли это? Что помешает Глории создать новую армию? Неужели ему придется посвятить свою новую жизнь войне с бессмертным ярмиром?