Через бурные волны (ЛП)

После часа яростного ветра и волн нас поприветствовало солнце, которое быстро принесло свое тепло, заставив забыть о шторме. Команда вышла, вероятно, такая же голодная, как и я. Повар Родриго принялся за дело, принеся каждому на завтрак порцию каши, подслащенной маслом и разбавленной ромом. Для моего пустого желудка это было изысканным блюдом, и оно помогло мне прочистить мозги.
  
Я изучал горизонт, по привычке чуть было не позвал Феликса, чтобы он помог нам проложить курс, но, поняв, что мне не ответят, сдержался. Шторм уже давно смыл его кровь, но я смотрел на то место, где он упал, и позвал людей, чтобы они подняли его. На мгновение я пожалел, что так и не узнал о нем больше того, что знал. Только что он был здесь. Целая жизнь. А в следующее мгновение исчез из этого мира. Не то чтобы я был незнаком со смертью, но это было ужасно похоже на мою вину.
Собравшись на корме со своей командой, я положил на него его меч и пистолет самым изысканным образом, на который был способен, прежде чем мы завернули его в саван, сделанный из его гамака. Я прочитал ритуал из общего корабельного молитвенника, а затем кивнул команде, чтобы они приступили к преданию его тела земле. Он соскользнул в воду и медленно пошел ко дну из-за привязанных к нему грузов.
В моей команде воцарилась мрачная тишина. Многие из них знали Феликса дольше, чем я, за исключением тех, кого я нанял самостоятельно после того, как захватил этот корабль. Интересно, многие ли из них втайне обижались на меня за то, что я убил их капитана и забрал команду. Я задавался вопросом, заботился ли кто-нибудь из них об этом на самом деле. Такова была цена должности капитана. Я так и не узнал, кто остался из-за преданности, страха или жажды мести. Кроме Феликса. Он был предан морю и этому кораблю, и я восхищался этим в нем.
Теперь мне нужен был новый первый помощник.
Я изменил наш курс, скорректировав его в зависимости от того, насколько сильно шторм сбил нас. Из-за него мы не слишком отклонились от курса, так что нам потребуется всего лишь дополнительный день, чтобы продолжить с того места, где мы остановились. Я наметил наше местоположение, заметив прямо впереди остров, случайное заросшее растительностью образование посреди Атлантики, но, согласно моим картам, у него не было ни названия, ни значения. Я намеревался направиться к нему, чтобы мы могли остановиться на вечер и заменить сломанный рангоут мачты. Было крайне важно починить его, чтобы мы могли вернуться к нормальной скорости плавания и перехитрить Тейна, если — и когда — он вернется.
Ближе к вечеру мы причалили настолько близко, насколько это было возможно. Остров выглядел необитаемым, но был достаточно большим, чтобы на нем можно было легко поддерживать жизнь. Когда мы высадились и исследовали его, не потребовалось много времени, чтобы оценить, насколько пышным и богатым ресурсами был этот остров. Словно оазис в пустыне, он славился свежими источниками с чистой водой и фруктовыми деревьями в изобилии. Я посоветовал команде наесться досыта и собрать как можно больше воды и еды, чтобы пополнить наши запасы до наступления ночи. Мы даже взяли немного дополнительной древесины из густого леса, скрывающего другую половину острова.
Пока мы ремонтировали мачту при свете факелов и костров, я напевал песенку, чтобы поднять настроение команде. Вскоре ко мне присоединились остальные. Голос Клары перекрыл голоса мужчин, пронзительная нота силы в хоре грубиянов. Она слегка улыбнулась мне со своего места на палубе, передавая инструменты тем из нас, кто сидел на мачте, прибивая новый рангоут на место и переделывая парусную оснастку. Я предложил ей подняться наверх и помочь, но она настояла на том, что боится высоты.
Когда работа была закончена, я вытер пот со лба и спустился по веревке обратно на палубу. После месяца плавания я подумал, что команда, возможно, оценит ночь на суше, даже если это будет всего лишь пустой остров без таверн. Я так сильно давил на них в последние недели, отчаянно пытаясь найти то, что искал, как можно быстрее. Катрина была моей миссией. Я был причиной всего этого. Но эти люди были моей командой, и я был обязан дать им немного отдыха.
Когда воздух наполнился радостными возгласами облегчения, матросы воспользовались нашими запасами рома и разложили раскладушки, чтобы поспать на песке под открытым небом, а не в душных нижних палубах. Финли даже удалось поймать дикого кабана, которого мы зажарили и наелись до тошноты. Полагаю, это в какой-то мере искупило его пристрастие к азартным играм.
После того, как я наелся досыта, улизнул, желая побыть наедине с собой и подумать. Будто я и так мало чего делал в одиночестве в своей каюте. Но сейчас все было бы по-другому. Наконец-то здесь не было шумных таверн и переполненных доков. Это было место, где я мог посидеть на песке под звездами и просто позволить своим мыслям спокойно блуждать.
— Куда ты направляешься, капитан? — раздался голос Клары, когда она заметила, что я покидаю группу.
— Никуда конкретно, — бросил я через плечо. — Не беспокойся. Я скоро вернусь.
Я оставил ее позади и стал пробираться сквозь переплетение деревьев и пышную листву, покрывавшую нижнюю половину леса. На мгновение это напомнило мне о той ночи, когда я отвел Катрину в безопасное место на берегу во Флориде. На вторую ночь я увидел ее, и в первую ночь я понял, что хочу ее. Я так долго боролся с собой, чтобы признаться в этом самому себе. Я клялся себе, что, должно быть, это ожерелье привлекло меня к ней. Иначе зачем бы я думал о ней, несмотря на свои мучения на дне океана? Почему она — даже когда я едва знал ее — казалась недостающей частичкой моей разбитой души? Почему казалось, что задолго до того, как звезды предначертали нам встречу на том пустынном острове, очень похожем на этот?
И все это ради того, чтобы я вернулся сюда, возглавил команду и стал пиратом, которым клялся никогда не быть. Но, может быть, так оно и было? Возможно, мне было суждено остаться здесь. Возможно, это был единственный способ по-настоящему защитить Катрину. Ее сущность сирены стала бы только сильнее, и ей нужен был кто-то, у кого не было бы своей темной стороны, кто помог бы ей справиться со своей. Что, если я не смогу?
Годы, проведенные в море, творят странные вещи с человеческим разумом.
Я размышлял об этом, стоя на поляне, даже не осознавая, что ноги перестали двигаться. Я смотрел на ночное небо сквозь просвет в верхушках деревьев, но не мог найти свою Полярную звезду среди деревьев.
В густых зарослях вокруг меня зашуршали шаги, прежде чем из тени вырвалась яркая копна рыжих волос. Клара подняла голову, ее лицо было таким чистым, каким я не видел его уже несколько недель после мытья здесь, на острове.
— Я думал, будет очевидно, что я проделал весь этот путь, чтобы побыть одному.
— Да, капитан, возможно, вы не единственный, кому нужно немного побыть в одиночестве вдали от этих высокопоставленных мужчин. — Она покачала головой. — Оказывается, нам просто пришла в голову одна и та же идея. Не волнуйся. Я пойду в ту сторону, и, надеюсь, мы больше не встретимся, пока не придет время загружаться на корабль. — Она повернулась и направилась в темный лес, перпендикулярно тому пути, по которому пришла.
— Подожди, — сказал я, и мое сердце внезапно упало, когда я понял, что оставил Клару наедине с тридцатью с лишним мужчинами. — А кто-нибудь из команды… они…?
— Да перестань ты волноваться, Боже правый, нет. А если бы они попытались, я бы им руки начисто отрубила, прежде чем они смогли бы и пальцем меня тронуть.
  
Я не смог сдержать легкой улыбки, когда пламенный ответ Клары принес мне облегчение. Конечно, мне не следовало беспокоиться о ней. Я уже дважды видел, как она откусывала голову Финли за то, что тот слишком долго на нее смотрел.
— Что ж, тогда увидимся, кэп. Наслаждайся своими размышлениями, а я буду наслаждаться своими… черт возьми, что это? — Ее голос быстро изменился, когда свет факелов, казалось бы, из ниоткуда упал на нас обоих, осветив круг странных людей, окружавших нас.