Отверженный 追放者 Часть I (СИ)

– Где ты все это достал? – спросила Миса у Ягами.
– Это из старого офиса отца. Когда пришла пора расширяться, отец просто купил все новое на деньги клана, а это барахло оставил в одном из гаражей-хранилищ. Оно все равно никому не нужно.
В здании даже электричество было подключено, как ни странно, поэтому мы занялись сортировкой, под светом одинокой лампочки. Айку и Джиро было решено привести завтра, чтобы продолжить выпуск газеты, а пока Миса копалась в бумажках, вешала необходимое на доску и одновременно рассказывала, что удалось выяснить про Аоки.
Я курил прямо в офисе, в открытое окно. Дате развалился на кресле, закинув ноги на стол. Миса Асами вещала.
– Вот что мне удалось выяснить! – она прикрепила к доске четыре фотографии из школьного портфолио. Две девушки и два парня, все в школьной форме, фото как на паспорт, и все незнакомые. – Это ученики нашей школы, которые пропали два года назад. Исчезли без следа за один учебный год.
– И ты полагаешь, что они пострадали от рук Аоки? Два года назад? – уточнил я.
– Да, именно так. Смотри, учитывая упоминания о пропаже в сети, двое исчезли в марте, а двое сентябре. Не кажется странным такое совпадение?
– Предположим, но это вновь бездоказательно.
– А как тебе такое? – она прикрепила ещё одно фото, молодая женщина в белой блузке. – Это Сатико-сенсей, работала в нашей школе учителем информатики. Её тело было обнаружено в парке на окраине в октябре того же года. По тем крохам данных, что я нашла, её долго пытали перед смертью. Конкретики нет, как и фото. Только упоминание о школьном трауре.
– Хорошо, верю, – хлопнул я в ладоши. – Предположим, Аоки питается здесь уже несколько лет, с небольшими перерывами. Но скажи мне, почему ему все сходит с рук? Одно дело сейчас, – два пропавших подростка, и два тела, которые совершенно не связаны друг с другом. Подозрительно, да, но не настолько. Тут пять убийств в год. В одной школе!
Это и правда было лютой наглостью. Я никогда себе подобного не позволял. Даже чертовы курицы начинают волноваться и бодрствовать ночами, когда лиса ворует их сородичей. Люди не столь умны.
– Это уже проблема менталитета, – грустно покачала головой Миса-чан. – Мы страдаем от собственных условностей. На социологии этого не рассказывают, но, чтобы вы знали, в Японии ежегодно исчезают порядка 100 тысяч человек, четверть из них – дети. В стране нет базы пропавших без вести, а проблема исчезновения подростков стоит особо остро. Жестокое обращение в семье и на учебе, строгая дисциплина, бедность: все это вынуждает детей становиться бездомными в поисках лучшей жизни и пристанища. Пропажи абсолютно нормальное дело, особенно в таком городе, как Токио. А у нас с вами одна из крупнейших токийских школ. Так что исчезновение четверых детей – проходная норма, даже порядочный результат. Никто не учитывает, что дети теряются преимущественно в бедных семьях, а не в дорогих учреждениях подобных “Татсуко хай”.
Я уже предполагал, что попал в рай, но теперь видел это ясно. Я та самая лиса в спящем курятнике. В стране, где каждый третий хочет покончить с собой, а дети пропадают сотнями, я имел все шансы стать богом смерти. Зря ты меня сюда направил ангел, ой зря. Я только позавчера двоих прикончил, и в обоих случаях даже не задумывался о последствиях. Потому что этих самых последствий не будет.
Разбалуете вы меня ангел-сан, мы с моей Музой трудолюбивые особи, очень и очень ответственные. Прямо сейчас чувствую, как она что-то напевает мне на ушко и царапается, ненасытная стерва.
– И сейчас повторяется та же история? – задал вопрос Дате. Он не был в курсе всех деталей дела, поэтому немного плавал в теме.
– Три школьника, одна женщина, – кивнула Миса. – Я нашла её профиль в интернете, к сожалению, к делу её никак не подтянуть. Со школой она не была связана.
– Тогда кто она?
– Никто, – пожала она плечами. – Работница магазина техники. Пропала за три дня до того, как мы её обнаружили.
– Есть кое-что, о чем я должен вам рассказать, – произнес я, разглядывая из окна округу. – То, что я выяснил у детектива.
 
Они заинтересованно обернулись.
Я рассказал о камерах и о том, что полиция не знает кто и когда их установил. Что фактически маньяк, будто режиссер нового формата ток-шоу, выбирал себе жертву в телевизоре. Сначала Миса-чан побледнела и присела на стул, но потом взяла себя в руки. Дате даже ухом не повел, все таки закалка папы-якудзы видна сразу.
– Это логично, – продолжал я. – Здесь его любимый водопой, поэтому он организовал слежку по всей школе. Так он в любой день знал кто и когда задержится после занятий. Спорю, у него даже компромат на потенциальных жертв есть: где живут и как добираются домой, чем обедают, как проводят свободное время…
– Почему ты так думаешь?
– Не знаю, – соврал я.
Да потому что я бы так и сделал! Это же реально круто, – сидишь и смотришь за своей жертвой целыми днями, переживаешь за неё, как в шоу на MTV, а заодно пускаешь слюни, ожидая удобного момента. Если Аоки маньяк с сексуальными наклонностями, то не только слюни.
Это же гениально. Просто, разумно, умно, деликатно. Это чистый кайф для маньяка, – смотреть за ними. И очень удобно к тому же. Я удивляюсь, что он всю школу к чертям вонючим не перебил за два года.
– Так что, выходит, он и правда смотрел за нами, Миса-чан, – подвел я итог. – И намеренно притащил тело в парк.
– Но откуда он знал, что мы пойдем именно там?
– Ответ простой, – он знает, где ты живешь. У него есть доступ к нашим адресам.
Девчонка побелела пуще прежнего.
– Но… зачем он это сделал? – пропищала она.
– Предупредить, напугать, оставить подарок… Я не знаю, – признался я. – Это зависит от его наклонностей и видения мира. Мы можем не понять его логику, пока не знаем, какой он маньяк.
– Икари-сан, с каких это пор ты стал специалистом по убийцам? – заинтересовался Дате.
– С тех пор как мы с Мисой начали распутывать этот клубок, – оправдался я. – Много читаю про них в последние дни.
– Это не все… – вздохнула Миса. – Есть ещё.
– Ещё жертвы? – удивился Дате.
– Хай, – кивнула она. – Пять лет назад была первая волна. Я нашла упоминания о трех исчезновениях, – все девушки второгодки. В местном блоге распускали слухи, что они сбежали втроем. И что их похитили якудза, чтобы устроить съемки фильмов для взрослых… Но я думаю, что это был он. И я полагаю, что в тот год были ещё убийства, но найти о них информацию слишком тяжело, слишком много времени прошло…
– С этим нам поможет только Терада-сан, – произнес я. – Аоки оказался очень плодовитым автором, даже слишком. Мы на его территории, поэтому стоит быть предельно осторожными. Если он выяснит, чем мы здесь занимаемся, то будем в большой опасности. Поэтому после собрания нужно накрыть доску, и ничего не рассказывать даже Джиро и Айке. Никого, помимо присутствующих, в детали расследования не посвящать. Конечно, кроме детектива.
– Нам нужно понять, как были связаны жертвы, которые не работали и не учились в “Татсуко хай”, – сказала Миса. – Пока что это единственная ниточка, которая может нас привести к маньяку.
– И нам нужны данные на всех, кто работал в школе за последние пять лет, – добавил я. – Миса, думаешь сможешь достать?
– Это открытая информация, – кивнула она, – я займусь.
– На этом первое собрание объявляю закрытым, – сказал Дате, а потом добавил. – Я есть хочу.
***
Мы поужинали в “земной бабочке”, что была совсем неподалеку от нашей новой базы, и разошлись по домам. По пути я зашел в “Такку” и купил несколько вещей для моего следующего дела. Перчатки, шапка (на случай если придется натянуть маску), ремень, кепку с длинным козырьком (почему-то у Икари не было ни одной кепки), черное полотенце, бутылку воды и пачку влажных салфеток. В аптеке взял себе ещё обезболивающих, и отдельно пачку сильных снотворных, а также таблетки от тошноты.
 
Мама-сан удивленно посмотрела на меня когда я вернулся, прикрывая синяки на лице козырьком, но опять ничего не сказала. Все остальное добро я осторожно рассовал в отсеки школьного рюкзака и между учебниками. Завтра после школы я домой не пойду.