Отверженный 追放者 Часть I (СИ)

Её раскрасневшееся от гнева лицо все говорило за неё, она сама себя завела и не собиралась сдерживаться. После последнего выкрика её ладонь устремилась ко мне, с целью залепить пощечину. Она замахнулась так привычно, что я сразу понял, что у них в семье это нормальная практика.
Тело среагировало за меня, я мгновенно перехватил её кисть в полете, вывернул, роняя мать на пол и тут же сел на неё сверху, прижимая к ковру лицом. Она лишь испуганно крякнула и замолчала в тупом изумлении.
Кот зашипел и молнией пронесся по квартире в мою комнату.
– Ещё раз поднимешь на меня руку, я её сломаю, – произнес я как можно спокойнее. Хотелось добавить обидное – “Сука!”, но я мягко сказал, – мамочка…
После чего я отпустил её, поднялся и взял свою тарелку.
– Я научился готовить, когда ты решила променять сына на бухло и Мяузерса, – добавил я также спокойно. – Пожалуй, закончу ужин у себя. Спокойной ночи.
С этими словами я прошел вслед за котом, опасливо разглядывая каждый угол. Где эта гадина прячется?
Пока я ел, за дверью слышал всхлипы женщины, которая считала себя моей матерью. Возможно, я должен был сделать какой-то вывод на основании её противных стенаний, но единственное, что я из этого вынес, – звукоизоляция у японцев ни к черту.
Котяра спрятался где-то под шкафом и у меня не было никакого желания его оттуда выковыривать, да и сил тоже. Я даже сам не понимал как сильно устал, пока не поел. Организм тут же потребовал меня занять горизонтальное положение, похоже, я вымотал тело Икари больше позволенного.
Я поменял белье, положил новую подушку и зарылся в неё лицом. Где-то за стенкой продолжала плакать мама, но мне это спать не мешало, пускай себе ревет.
***
Проснулся по будильнику. 6 утра, ура, счастье-позитив-цветочки…
Вот, казалось бы, про маньяков снято и написано столько контента, что не счесть, но ни в одном из них я не видел, чтобы он валялся в кровати и ленился вставать. А я сейчас именно это и делал. Глаза отказывались открываться, одеяло прекрасно защищало от ледяной стужи за его границами, все тело ныло и притворялось чужим. Появились эти прекрасные мыслишки, – поспать до обеда, забить на школу, к черту все и зачем оно нужно…
Я нехотя перевернулся с бока на спину. Больно. Приятная, тянущая боль от перегруженных мышц, – последствия вчерашней тренировки.
Нет, не сегодня дружочек. У меня теперь день рождения каждый день, будем вставать.
Приподнявшись на локтях, я оцепенел в немом ужасе. Сверху на одеяле, в районе колен спал кот!
Я осторожно выбрался из смертельной ловушки, чтобы не потревожить лохматого, и отправился в гостиную для разминки. Пока отрабатывал удары, думал о том, что мне рассказала Миса.
Сато-сан оказался тот ещё удалец, – умудрился и банду сколотить и в школе преуспеть, да ещё и зарабатывает при всем при этом. Больше всего меня интересовала его тяга к суицидникам, какая-то она была… ненормальная, что ли.
Но Сато не мог быть плагиатчиком, коего я и ищу. Насколько я понял, семпай был молод и работал в школе без малого третий год, в то время как убийства начались более десяти лет назад и продолжались по всей стране вплоть до этого момента. Получается, что у меня образовалось два противника на татами, – Сато и мой двойник. Только вот татами находилось в темной комнате и мы втроем друг друга в упор не замечали.
Хотя, вполне возможно, что плагиатчик знает кто я, ведь не зря же на моем пути появилось тело недобитой женщины. Именно в этот вечер, в тот час… Не может же это быть простым совпадением? Или может?
Люблю темноту, не люблю неизвестность. Если враг играет со мной, то я в большой опасности. В школе меня ждет Сато, за её стенами двойник, а дома атакуют видения о грудастых девицах и котяра. Ну что за жизнь я себе выбрал?!
А ну, не ной Тряпка-кун! У мамочки научился?
Возьми себя в руки, – впереди партизанская война против физрука-обществоведа. Уж меня-то он до самоубийства не доведет.
Тренировка, завтрак, душ, покормить Мордатого-сана, – я начал вписываться в новое расписание. Оставил одинокие 300 йен на холодильнике, – в качестве выплаты долга. Вперед, в школу!
 
***
Я с трудом перехватил мяч и тут же бросил его Матсу, который стоял в центре поля. После тренировок тело размякло, а я совсем забыл, что сегодня у нас физкультура. Играть было невероятно сложно, все конечности одеревенели, я не чувствовал ни привычной гибкости и не мог развить скорость. Стоит сказать, что команда от меня многого и не ждала, похоже, Икари обычно отыгрывал роль столба, а не защитника.
Так что, учитывая скромные ожидания, я неплохо себя показывал. Даже умудрился два раза закинуть мяч в корзину, что несказанно удивило моих одноклассников, а в особенности Рэя и Джиро.
Играли мы против параллельного класса, и, естественно, проигрывали.
Я побежал вперед, зашел за спину крупному защитнику, получил мяч и перепасовал Ягами, который был нападающим. Играл он на удивление неплохо, и, что не менее важно, имел чутье. Он рванулся под кольцо, в движении поймал мяч и взвился в воздух, крюком положив его в кольцо. Послышался одобрительный крик тренера.
Счет это не сравняло, но мы хотя бы проигрывали не с позором.
Матцу протянул мне кулак, я по нему стукнул. Ягами прошел мимо, его команда проигнорировала, хотя все понимали, что он старался ради их одобрения. Если бы я испытывал хоть какую-то эмпатию, то мне было бы жалко этого парнишку. Люди существа коллективные и одновременно жутко злые, оставаться у обочины крайне погано, уж мне ли этого не знать.
Как в той глупой шутке: один одинокий волк – волк. Если их много, это – стая одиноких волков.
Поэтому я ему даже сочувствовал. Одно дело нести наказание заслуженно, как пустышки (опять вспомнил Мису, да что такое!), но совсем другое быть лидером и одновременно быть отброшенным обществом. В этом мы были немного похожи, я ведь тоже был отверженным не по своей воле.
Разыгровка. Команда противника наступает, я блокирую одного из нападающих, стараюсь не слазить с него, липну как дерьмо к подошве. Но все мои старания напрасны, – Джиро неловко заваливается на спину при приближении парня с мячом, и тот беспрепятственно достигает нашего кольца. Очко в пользу синей команды, отличная работа, толстячок.
Вот вопрос, – почему я вообще играю? Я считаю это времяпрепровождение крайней глупостью, сравнимой только с перебежками обезьян. Люди делают это ради забавы, но мне удовольствия командное жонглирование не доставляет. Что ж, стоит признаться, – я здесь для достижения цели. Моя популярность не очень-то повысилась за эти два дня. Так скажем, если бы над головой была полоска, то она бы слегка наполнилась зеленым рейтингом авторитета. Я ведь решил больше не быть забитым ботаником, так? А популярные парни всегда хорошо играют в команде.
Остаются считаные секунды, мы наступаем. Рэй бросает мне мяч, ну конечно, а кому ещё, я пытаюсь пробиться через двух защитников, вязну, выглядываю куда отдать пас. Ягами тут как тут, уже крутится белой зоне, отдаю ему мяч низом, у нас получается! Он перехватывает его, прыгает… Его сбивает крупный игрок из команды противника. Дате врезается в него в воздухе и теряет мяч. Я вижу, как при приземлении его лодыжка подворачивается и он падает на корт.
Свисток, все разбредаются тяжело дыша. Тренер зовет нас всех собраться, чтобы проставить отметки. Все обходят лежащего на спине Ягами, будто его и не существует.
Я уже развернулся и собирался присоединиться к остальным, но что-то меня остановило. Я бы мог сказать, что во мне проснулась жалость, но нет, этого от меня все-таки ждать не стоит. Это мой шанс сделать первый шаг, чтобы заслужить его доверие. Это можно будет использовать в будущем.
 
Я прошел через зал к Ягами и встал рядом. Он лежал на спине, скривился от боли, но не произнес ни единого стона, даже и не думал ныть. Увидев меня, он сразу насупился, ведь не знал, чего можно ждать от Рио Икари.
Я кивнул ему и протянул руку.