Тёмный Лорд Поттер (СИ)

За все годы преподавания в Хогвартсе Минерва МакГонагалл никогда не слышала от студента первого курса такого правильного и четкого описания теории трансфигурации. Она стояла как громом пораженная. Ей казалось, что наградить его баллами будет слишком малой платой за такой мастерский ответ. У нее это в голове не укладывалось. Альбус, конечно, предупредил ее, что мальчик жил у Тонкс остаток лета, где мог узнать немного о магии. Но она не думала, что это будет так запредельно.
* * *
Профессор была глубоко в своих мыслях, когда одна студентка решила высказаться:
— И откуда ты так много знаешь о трансфигурации?!
Поттер просто повернулся и посмотрел на красное лицо девушки.
— Я прочитал это в книге. В хорошей книге, а не в том мусоре, что читаешь ты, Грейнджер, — рявкнул Гарри тоном, не располагающим к общению.
Эти слова вернули преподавателя на землю.
— Десять баллов с Гриффиндора, мисс Грейнджер, за ваш выкрик. Мистер Поттер, также десять со Слизерина и пятьдесят баллов Слизерину за лучшее описание основной теории трансфигурации, которое я когда-либо слышала! Вы не возражаете, если я заберу у вас эту иглу? — спросила профессор МакГонагалл.
Все слизеринцы выглядели очень самодовольными в отличие от шокированных гриффиндорцев.
— Не возражаю, профессор, можете взять ее, я всегда могу сделать еще одну, — заверил ее улыбающийся Гарри. Он понял, что поразил ее.
Прозвенел звонок, и все студенты стали собирать свои вещи. Это, казалось, вернуло профессора МакГонагалл, рассматривающую серебряную иглу Гарри, обратно в реальность.
— К следующему занятию вы должны написать один фут эссе по теории трансфигурации. Мистер Поттер, вы освобождены, так как уже доказали, что знаете ее превосходно, и я прошу вас задержаться.
— Так и дальше будет продолжаться, а, Поттер? — спросил Блейз.
— Ну что тут можно сказать, Забини, я популярен, — с усмешкой ответил тому Гарри.
— Драко, помни, сегодня мы встречаемся с Тонкс в библиотеке, — крикнул Поттер, когда Малфой подошел к двери.
Гарри быстро перевел взгляд на Грейнджер. «Ничего, скоро она узнает свое место», — злобно подумал он.
Когда последний студент вышел, профессор МакГонагалл заняла место за своим столом.
— Мистер Поттер, должна сказать, что очень впечатлена.
Это был не вопрос, поэтому Гарри просто промолчал. Он не собирался что-либо рассказывать этой женщине. Флитвик не пытался проникнуть в его сознание, но мальчик по-прежнему настороженно относился к профессорам.
— Вы в точности унаследовали талант вашего отца. Я не буду удивлена, если вы скажете, что можете превратить все во все что угодно! — произнесла профессор.
Поттер чуть не рассмеялся.
— Я не Протеже, профессор, но одарен в области трансфигурации, — признался Гарри.
Мальчик улыбнулся, когда его серебряная иголка выпала из рук МакГонагалл. Он увидел, как на ее лице сменяют друг друга несколько эмоций: любопытство, надежда и сомнение, прежде чем она вновь обрела контроль над собой.
— Действительно? Вы уверены в этом? — спросила она.
— Да, Тонкс дала мне книги, в которых говорилось об этом. Я не Протеже, так как просто не в силах трансфигурировать предметы без заклинаний. Но после прочтения книги по теории трансфигурации я обнаружил, что могу выполнить большую часть простых заклинаний для первого курса, таких, как превращение подушечки для иголок в мышь, с первой попытки. Но так как я не зашел далеко, то не знаю границ своих возможностей, — постарался объяснить Гарри.
— Мистер Поттер, почему вы читали книгу, а не слушали меня? Вы читали наперед? — спросила МакГонагалл.
— Да, мэм, я прочел большую часть книги, но не всю. Сейчас я читал о превращении крысы в чайник, — сказал Гарри.
— Это заклинание проходят перед Рождеством! Мистер Поттер, вы говорили мне, что знаете несколько заклинаний… все до этого?
— Нет. Дома у Тонкс я не практиковался в большинстве заклинаний, а только прочитал о них, так что сам не знаю, на каком я практическом уровне, но думаю, что он больше, чем у однокурсников, — сказал ей Гарри.
 
— Понятно. Ну, мистер Поттер, и что вы предлагаете? Я не могу позволить вам просто сидеть на занятиях.
— Я надеюсь, вы сможете мне помочь. Я хочу стать мастером трансфигурации еще во время учебы в школе, как это сделала моя мама. Мне было бы интересно работать с вами дополнительно. Может быть, вы дадите мне несколько других книг помимо стандартного учебника, чтобы я мог читать их в классе на лекциях по тем темам, которые я уже знаю? Если же я уже знаю заклинание, то могу помогать другим ученикам с практикой, — предложил Гарри.
— Как вы помогли Забини?
Мальчик сильно удивился, и профессор усмехнулась.
— Да, мистер Поттер, я видела, как вы ему помогли. Думаю, такая договоренность могла бы работать. Если я решу помочь вам, то буду ожидать от вас полной отдачи. У меня не так много свободного времени, но для таких перспективных учеников я могу выделить немного.
— Спасибо вам, вы не пожалеете, — заверил ее Гарри.
— Я уверена. Теперь ступайте. Думаю, мистер Малфой и мисс Тонкс уже достаточно долго ждут вас, — сказала МакГонагалл.
Поттер ушел, а Минерва сидела за своим столом и размышляла: «Мне действительно хочется, чтобы он был на моем факультете. У него действительно талант отца. Он самоуверенный, но не такой дерзкий, как Джеймс. Нужно поговорить с Альбусом. Гарри особенный, и если он серьезно относится к своим словам насчет мастерства, то… Мерлин, мальчик может стать одним из величайших мастеров трансфигурации, что когда-либо существовали».
Большой зал, Хогвартс.
Следующие несколько дней для Драко и Гарри пролетели незаметно. Проходившие занятия были интересны, но Поттеру ничто не понравилось так, как заклинания и трансфигурация. Мальчик надеялся, что Защита будет весьма интересна, но Квиррелл оказался ужасным учителем, и он не узнал ничего интересного. Травология, проходившая в теплице, была очень интересна, но напомнила ему о работе в саду Дурслей. Астрономия была так себе, но от вида с башни просто захватывало дух. Учителем по истории магии был призрак, и как только новизна этого исчезла, Гарри и Драко стали просто спать на занятии.
Наступила пятница. Поттер и Малфой были этому очень рады. Сегодня у них сдвоенное зельеварение с Гриффиндором, а потом отборочные соревнования в команду Слизерина.
Тонкс уже прошла отбор; провел его Оливер Вуд, капитан команды Гриффиндора. Она описала его как полного идиота, но при этом знающего свое дело: получение Кубка по квиддичу. Теперь, уже по традиции, Нимфадора сидела за столом Слизерина. Слизеринцы, отойдя от шока, смягчились, а те, кто имели с ней проблемы, просто ее игнорировали.
— Не беспокойся, если не попадешь в команду, Гарри, я не буду хуже думать о тебе, — сказала Дора с улыбкой.
— О, нет-нет. Я собираюсь попасть в команду, и ты будешь играть за Гриффиндор, нравится тебе это или нет, — грозно сказал Поттер.
— Драко, прошу тебя, сбей Гарри с метлы, — сладким голосом попросила его Тонкс.
— И как ты предлагаешь мне это сделать? Ты же видела его в полете!
Поттер улыбнулся другу. Как только день отборочных соревнований был назначен, они с Драко брали свои метлы «Нимбус-2000» и занимались каждый день после занятий. Гарри пришлось признать, что Малфой очень хорош. Несколько старшекурсников обратили на них внимание и теперь наблюдали за ними каждый день. Поттер воспринял это как вызов и решил сделать пике более чем с трехсот футов [11]. Он вышел из пике всего в нескольких дюймах от земли, и они с Драко посмеялись над старшекурсником-слизеринцем, который просто упал в обморок.
— Все равно, сделайте все возможное. Ненавижу проводить время с близнецами Уизли, а теперь, когда я в команде, они стали преследовать меня всюду, так что люди говорят, что они «мои личные загонщики». Клянусь, если бы они не боялись тебя так сильно, то были бы сейчас тут, со мной, — раздраженно проговорила Нимфадора.