Тёмный Лорд Поттер (СИ)

— Эй, я вовсе не книжный червь, — возразил Гарри.
— Да и я вроде как тоже, — поддакнула Тонкс.
— Прости, ты не книжный червь, П…Гарри, — сказал Драко.
— И ты тоже, Тонкс.
— Так, что вы хотите? — спросила Тонкс, закрывая свою книгу.
Драко огляделся и тихо сказал:
— Мы хотели бы поговорить с вами о Тайной комнате, — заговорщически прошептал Драко.
— А поконкретней? — с любопытством переспросил Гарри.
— Как вы открываете ее? — спросил Блейз.
— Что? — удивленно спросил Гарри.
— Приятель, как вы ее открываете? Вы, конечно, отрицали, что это вы, но все, кто оцепенел, как-то связаны с вами.
— Да, только я никогда даже не разговаривал с Кристал, — заявил Поттер.
— Но она подруга Уизли. А мы все знаем, как сильно вы «любите» Уизли, — продолжал Блейз.
— Хватит, что с вами обоими случилось? Гарри весь последний матч был с нами на трибуне, если только ты не веришь моим чокнутым братьям, — практически выплюнула Джинни.
— Вы слышали их последнюю байку? Я использую очень темную магию на своих жертвах. Мне жаль, что я не знаю таких темных проклятий, чтобы использовать на этих двоих.
— Да, мне тоже. Тонкс, ты еще не прокляла Рона? — спросила Джинни.
— Не-а, этот мелкий мудак куда-то свалил, оставив своих братьев одних, и я его с тех пор не видела, — пожаловалась Тонкс.
— Да, этот маленький придурок заслуживает хорошенького проклятья. Гарри, раз не ты открывал Комнату, может, ты знаешь, кто это сделал? — спросил Драко.
— Вы знаете, что я понятия не имею. Драко, лично я об этом не забочусь. Теперь, когда я не играю в квиддич из-за его отмены и скучаю по нему, я просто не хочу думать об этой Комнате. Кроме того, с отменой квиддича Гриффиндор не сможет выиграть в этом сезоне. Наверняка МакГонагалл просто рвёт и мечет, — с улыбкой на губах сказал Гарри.
— Да, — сухо ответил Драко.
— Мы просто разобьём вас в следующем году, — вставила Тонкс.
— Конечно, Тонкс, — сказал Гарри, снисходительно поглаживая ее по голове.
— Хватит, — сказала Тонкс, отталкивая его руку.
— Так, Тонкс, ты знаешь, кто мог бы открыть Комнату? — спросил Блейз.
— Так, Блейз, что за внезапное увлечение Тайной комнатой? У нас есть и более важные дела, чем интересоваться каким-то существом, нападающим на грязнокровок, — злобно сказала Джинни.
— Джинни! — Драко был в шоке.
— Значит, для тебя и Гарри нормально говорить «грязнокровка», а для меня нет? — спросила Джинни в гневе.
— Знаешь, а это, наверное, первый раз, когда ты сказала так.
— На самом деле это уже второй раз, — прошептала Джинни.
— Что ты сказала? — спросил Драко.
— Я сказала, что уже второй раз так выразилась. Первый был, когда глупая пуффендуйка споткнулась и пролила драконью кровь в мое недоваренное зелье, пока оно еще было на огне. Хорошо, что мой друг успел выхватить меня из зоны поражения, иначе все содержимое моего котла было бы на мне. Я тогда так ругнулась на эту девушку. И пусть Снегг снял пять баллов за нецензурную брань, но сорок было снято с Пуффендуя за испорченное зелье, а также виновной был назначен полный день отработок, — сказала Джинни, улыбаясь уголками губ.
— Так, Тонкс, нужно будет как-нибудь оставить вас с Блейзом одних. Посмотрим, кто из вас двоих не выдержит первым, сказав «грязнокровка», — сказал Гарри, глядя на своего лучшего друга в ожидании.
— Я не буду так говорить, — ответил на его взгляд Блейз.
— Мы все знаем легендарный нейтралитет Забини. Мерлин, Блейз, твоя семья что, и правда не может иметь свое мнение? — закатила глаза Джинни.
— Я никогда не думал, что ты блюстительница дурацкой чистокровности, Джинни! — рявкнул Блейз.
Гарри, Тонкс и Джинни нахмурились и скрестили на парочке взгляды.
— Прежде всего, я не блюстительница чистокровности, мне просто не нравятся некоторые маглорожденные, такие как Грейнджер, или та, которая поскользнулась на зельеварении, — сказала Джинни.
— Да, и с каких пор тебе, Блейз, не нравятся блюстители чистокровности? — спросила Тонкс удивлённо.
— Кажется, я знаю! Что случилось с нейтралитетом Забини? — сказал Гарри, когда в его голове проскользнула мысль, а точнее чувство паранойи, что исходило от горгульи.
 
— Почему ты не накричал на него как на предателя крови, Драко? — спросила его Джинни.
— Мой папа сказал, что нужно поддерживать Блейза, так как мой папа надеется на поддержку его отца в Визенгамоте, — сказал Драко.
Гарри потребовалось мгновение, чтобы достать палочку и наставить ее в пространство между Драко и Блейзом.
— Гарри, что ты делаешь? — спросила удивленно Тонкс.
— Убери свою палочку, Мерлина ради, — сказала Джинни.
— Тонкс, за все время, что мы знаем Драко, ты когда-нибудь слышала, как он называет мистера Малфоя «папой»? — требовательно спросил Гарри.
Тонкс раздумывала всего несколько мгновений, а потом сама вытащила палочку и направила ее на Блейза.
— Ты прав, он всегда говорил «отец», — сказала она.
— Они не те, за кого себя выдают, — сказал Гарри.
После слов Гарри мгновением спустя фальшивые Драко и Блейз взорвали четыре навозные бомбы, которые распространили отвратительное гниющее облачко. Двое самозванцев быстренько смылись, пока Гарри и Тонкс были деморализованы.
— Что это такое было, дементор побери? — спросила Джинни, как только вместе с друзьями избавилась от гнилостного запаха.
— Это точно не Драко и не Блейз, — не внес ясности Гарри.
— Подумай, Джинни. Когда они пошли играть, то вдруг неожиданно появились в библиотеке, затем Блейз назвал тебя блюстительницей чистокровности, а Драко поучает нас, что ты слишком нахальна, говоря «грязнокровка», — сказала Тонкс, и тут ее глаза расширились от удивления. — Нужно сообщить профессору. Нужно ведь найти Драко и Блейза: они могут пострадать.
— Ты права, нам нужно спешить, — сказал Гарри.
Комнаты профессора Снегга, Хогвартс.
Северус Снегг только что проснулся от сигнала тревоги — кто-то хотел поговорить с ним. Ему пришлось вставать и тащиться к камину, по пути к которому он обещал все кары небесные тому, кто его потревожил.
— Мой кабинет, — сказал он, войдя в камин. Вышел и прошел, открыл дверь. Он ухмыльнулся, когда в его кабинет ворвались Поттер, Тонкс и младшая Уизли, даже собирался накричать на них без причины, но ничего не сделал, потому как Тонкс выпалила:
— С Драко и Блейзом что-то случилось!
Кровь застыла в его жилах, и лицо на мгновение потеряло свое обычное надменное выражение. Но с Драко точно ничего не могло случиться, ведь не могло же чудовище из Тайной комнаты напасть на него!
— Было другое нападение? — спросил Снегг после применения некоторых методик окклюменции.
— Нет, сэр, — сказал Гарри, борясь с желанием запустить когти в лицо профессору Снеггу. — Но что-то случилось с Драко и Блейзом.
— О чем вы говорите, Поттер? — спросил Снегг.
«Атаковать! Задушить! Укусить! Убить!» — Гарри старался успокоиться и отстраниться от горгульи, убрать ее из своих мыслей… Но у него это плохо получалось.
Тонкс поняла, что ее друг в затруднительном положении, и, зная зловредный характер зельевара, сказала:
— Это так. Драко и Блейз появились в библиотеке, когда мы были там вместе с Гарри.
— Они проигнорировали нашу договорённость об игре в подрывного дурака, — сказала Джинни.
— Мисс Уизли, если у вас какие-то проблемы с игрой в подрывного дурака с мистером Забини и мистером Малфоем… — Снегг усмехнулся.
— Почему бы вам не разобраться в ситуации, прежде чем делать поспешные выводы, вы, убогая летучая мышь?! — выплюнул Гарри, когда гнев горгульи смог просочиться наружу.
Молчание встретило реплику Гарри. Ни Тонкс, ни Джинни никогда не видели такого убийственного выражения лица Снегга, но он молчал, и это тоже было незаурядным событием.
— Наказание, Поттер, — сказал Снегг, трясясь от ярости.
— Сэр, пожалуйста, вы не понимаете! Блейз и Драко, что пришли в библиотеку, не были настоящими Блейзом и Драко, — неуверенно сказала Тонкс, опасаясь, что гнев Снегга обратится на нее.