Птичий хвост для Барсика (СИ)

========== Часть 2 ==========
Когда закончились занятия в Академии, Торио выскочил на улицу в поисках Бориса. Недалеко от входа в корпус было небольшое столпотворение. Возле крутого БМВ тусовалась омежья братия и, судя по восторженному чириканью, опять охмуряла какого-то самца. Торио прошел мимо выискивая Бориса, пока не услышал мягкий грудной смех. Он с удивлением пробился сквозь восторженную толпу. На капоте машины сидел убийственно прекрасный Борис с охапкой алых роз в руках. На нем были черные джинсы, рубашка цвета топленого молока и черный пиджак, который ему невероятно шел. И, вообще, выглядел он сногсшибательно. Ну, нельзя быть красивым таким!
Увидев в толпе Торио, Борис улыбнулся и стек с капота. Не выпуская розы из рук, он притянул свободной рукой к себе Торио и дерзко поцеловал того в губы. Торио хотел было возмутиться подобной бесцеремонности, но губы омеги были такими вкусными, что вскоре стало все равно, кто кого целует и где.
- Торио, так ты теперь по альфам? – раздалось удивленное попискивание среди замерших студентов.
- Я, вообще-то, омега, – объявил довольный Борис.
- Мой омега, - уточнил Торио и, критично осмотрев сначала Бориса, а потом букет, заявил тоном, не терпящим возражения, – ненавижу срезанные цветы. Милый, выкинь эти цветочные трупики!
Борис только хмыкнул и подкинул цветы вверх. Дождь из алых роз накрыл изумленную толпу.
- Так лучше? – Борис рассматривал растерявшегося Торио, насмешливо изогнув бровь.
Он галантно распахнул перед Торио дверцу машины. Когда альфа уселся внутрь, то увидел, что одна роза попала на лобовое стекло. Ее вид вызвал у Торио стыдливое раскаяние. Вот ведь, человек потратился, старался, а он ведет себя, как капризный омега. Но вспомнив, как этот самый человек бесцеремонно целовал его перед всеми как омегу, а ведь он альфа!
- Неплохой БМВ, - Торио оглядел салон, - в полиции, что, такая высокая зарплата? Или ты берешь взятки? – ехидно уточнил Торио.
Борис только рассмеялся, будто услышал шутку.
- Нет, брат на днюху подарил, ему на пятилетней ездить не положено по статусу, а мне так в самый раз! У меня три старших брата-альфы, и каждый считает своим долгом опекать меня, маленького и слабого. У каждого из них успешный бизнес, а меня в семье считают блаженным Дон Кихотом, который сражается с ветряными мельницами, поэтому я бы хотел тебя с ними познакомить поскорее. Надеюсь, они, наконец, отстанут от меня.
- Сегодня? – с сомнением посмотрел альфа.
- Нет, сегодня у нас свидание, только ты и я, – Борис так восторженно улыбнулся, как-будто объявил о выигрыше в лотерею, - я уже все придумал! Вначале погуляем по луна-парку, там вечером красиво, потом поужинаем в ресторанчике, я уже забронировал столик, а потом посмотрим, – Барсик так выразительно посмотрел на Торио, что тот почувствовал себя жертвенным агнцем, которого ведут на откорм перед закланием.
- Я неподобающе одет, - Торио поддернул свою толстовку.
- Фигня, - взгляд омеги облизал его, - ты и так чересчур прекрасен для этого мира!
Они быстро доехали до луна-парка и, оставив машину на стоянке, пошли в парк. Вначале Борис держал Торио за руку, совсем, как тогда в полиции, но стоило только дойти до деревьев, как он быстро затащил его с освещенной дорожки под развесистое дерево. Омега прижал альфу к стволу дерева, и впился в его губы. Они целовались жадно и настойчиво, пробуя друг друга на вкус, как дегустаторы дорогое вино.
Борис, неохотно разорвав объятия, жадно смотрел на высокие заалевшие скулы и затуманенный взгляд альфы. Он будто очнулся и неохотно выпустил его из рук. Оглядев критично наряд, омега поправил задравшуюся одежду и нехотя произнес:
- Ладно, пошли что ли, а то время еще детское. Вон сколько детишек гуляет…
Они неторопливо прогуливались, по парку. Торио видел, что многие люди узнают Бориса и издали приветствуют его, то вежливым кивком, то взмахом руки, а иногда и жеманным подмигиванием.
- Ты, что, живешь здесь рядом? Вон сколько у тебя здесь знакомых! Или часто сюда ходишь? – с подозрением уставился на него Торио.
  
- Нет, - улыбнулся Барсик, - я сюда участковым после выпуска по распределению попал, и полтора года отбегал, поневоле со всеми перезнакомишься. Ох и натерпелись они со мной! Я во время течки просто бешеным становлюсь! Однажды, когда еще только пришел, у меня течка прямо во время дежурства началась, так я подавителей напился, но природу трудно обмануть. Тут меня вызвали на бытовуху. Там альфа, напившись, буянил и гонял своего омегу с детьми по улице. Ну, я весь такой заведенный приехал на разбор инцидента, а когда увидел, что происходит, то альфе с таким удовольствием морду надраил, что мужик с перепугу пить бросил, и теперь просто золото, а не муж!
Вот так слушок и пошел, что я во время течки просто зверь. Так не поверишь, когда я тек, у меня на районе тишина стояла, как на погосте. Но если быть до конца честным, то я старался все решить миром. Бывает, дети расшалятся по дурости, там грех с орех, а по закону статья! Я тогда вызывал обе стороны и предлагал выбор: по закону или по справедливости? Ведь бывает, что по-семейному отшлепаешь пацаненка, объяснив вначале за что, и у того в голове прояснение наступает. Все довольны, хулиганов на улице меньше и в тюрьмах пустые места появляются. Хотя, это смотря какой случай. Одно дело, дети недосмотренные, а другое дело - замажоренный ублюдок, который считает, что ему под родительским крылом все сойдет. Бывает, что и ребенок вроде из хорошей семьи, а такая дрянь получается… тогда лучше по закону, потому что по совести убить и то мало получится.
- И, что, ты их всех знаешь? – удивился Торио.
- Нууу, не всех, это уже давно не мой район. Здесь люди одни работают, а другие промышляют.
- Это как?
- Ну, кто-то гамбургеры продает, а кто-то по карманам шарит. Здесь и бары, и стриптиз-клубы, и мамочки своих мотыльков выгуливают.
- Так, если ты о них все знаешь, то почему тогда всех не переловишь? – искренне удивился Торио.
- Ну, во-первых, не пойман, не вор, а во-вторых, свято место пусто не бывает. Ну, и в-третьих, это теперь не моя епархия, я уже давно работаю в убойном отделе следователем. Я и опером набегался, и в юридическом на заочном отучился, так что у меня сейчас другие волнения. Но люди помнят, здороваются, а это приятно.
Время проходило легко и приятно. Торио уже забыл, когда так весело и беззаботно проводил время. В луна-парке он был в последний раз еще в младших классах школы, а потом почему-то считал, что подобные аттракционы только для малышей. Но сейчас ему было весело и легко не только от развлечений, а и от руки Бориса, так по-хозяйски придерживающей его за талию. Напоследок решили прокатиться на колесе обозрения. Стоило только кабинке подняться вверх и оказаться вне видимости работника аттракциона, как горячие губы Барсика уткнулись в шею Торио.
- Попался! - горячо прошептал Барсик в пунцовое ухо, прихватывая зубами мочку.
Торио сам не понял, когда его подхватили под попу и посадили верхом на колени Бориса. Он в панике забарахтался, тщетно пытаясь вырваться из крепких рук, которые ловко пробрались под толстовку и теперь по-хозяйски вытаскивали футболку из джинсов в надежде добраться до беззащитного тела. Борис жадно выцеловывал шею, скулы, облизывал ухо. Торио тяжело дышал в шею Бориса, чувствуя, как волнами накатывает возбуждение, сметая все границы и понятия о приличном и не приличном. Он поерзал на коленях Барсика под жадными руками, которые уже ловко заползли под просторную футболку и теперь вовсю оглаживали бока и влажную спину. Губы Барсика кружили по лицу, но не прикасались к губам. Альфа сам потянулся за ускользающими губами, получив в ответ только лукавую улыбку. Наконец, полностью сорвавшись от невозможности заполучить желаемое, он бесцеремонно схватил Бориса за лицо обеими руками и заглянув в глаза увидел в них покорное ожидание. Ожидание признания и ответных чувств, это было так трогательно и несколько неожиданно, что альфа на долю секунды попал в шоковое состояние от увиденного, он осознал своего неординарного сильного, но все равно омегу!