Дикий мир для неудачников или выживи если сможешь (СИ)

Софья, как и остальные, даже охнула от такой красоты, но порадоваться от души не успела – подарок с подвохом оказался.
- Слыш, Сонь, я тут выяснил, что минералы эти хоть и не алмазы, уж больно хрупкие они, но энергию только так проводят. Можешь их своей портальной магией напитать, а я оставлю тебе половину.
Ошарашенная Софья даже обидеться забыла, а потом глядя в улыбающиеся глаза Егорыча, рассмеялась от души.
- Да, уж, ну и жук же ты хитрый, - хмыкнула она и протянула руку к ближайшему из кристаллов.
  
45.
 
Маруся родила через десять дней после подруги. В отличие от Софьи, рожала она трудно и долго. Как, оказалось, помочь магически ни себе, ни ребенку, пока он не родился, она не могла, а потому прочувствовала все прелести становления мамой на собственной шкуре и приходила в себя целую неделю.
Ярослав или Ярик, как назвала сына Маруся, родился белобрысым, слабым и совершенно не похожим на родителей. Софья, в какой-то момент даже испугалась, что малыш не выживет, но пришедшая в себя Маруся быстро осмотрела и вроде как подлечила мальчика.
Оказалось, что после того как Славик родился и потерял связь с матерью, магия подействовала на него очень даже хорошо.
- В деда, ну, то есть, отца моего пошел, он тоже альбиносом был, жаль только умер рано, - прослезилась женщина, обнимая тихо попискивающий сверток и размазывая невольные слезы по лицу.
После рождения второго ребенка в поселении, все закрутилось еще быстрее. Мужчины, закончившие со строительством домов и минимальной мебели в них, взялись за строительство стены, отгораживаясь от леса, а еще вместе с Софьей сходили в поселение, где обосновались отделившиеся члены попаданцев. Вообще, портальные камни, что подсунул женщине Егорыч, действовали не плохо, хотя и хватало их всего на два-три перехода не зависимо от расстояния, но компания пока страховалась, боясь не вернуться, а потому на большие расстояния женщине приходилось сопровождать друзей.
Сходили они не зря. Как оказалось, Марго при помощи самых смышленых аборигенов умудрилась собрать допотопную чесалку, прялку и даже ткацкий станок, а потому заставив незамужних женщин собирать и обрабатывать нужную траву, уже успешно меняла ткани на нужные ей вещи.
В общем, торговались с Марго, не делающей скидок на давнее знакомство, долго и упорно. Пришлось даже отдать пару заряженных кристаллов и пообещать изготовить пару литров чистого самогона, чтобы раздобыть почти пятнадцать метров грубого, неровно вытканного полотна.
Не то чтобы это спасало положение, но на первое время и это радовало. Встречаться с Катериной и Семенычем Софья отказалась категорически, предпочла постоять в стороне пока мужчины узнавали все ли хорошо у земляков.
Вернулись они недовольные и хмурые. Оказалось, что Катерина встречаться не захотела, а Семеныч зазывал бывших друзей в дом, но выпытывал, куда те перебрались и что нового они могут предложить ему лично. В общем, корысть и жадность прослеживалась и даже не скрывалась, а потому, чтобы не рисковать, уходить пришлось поспешно и с тяжелым сердцем.
Следующий год оказался для поселенцев довольно тяжелым. Мало того что целых четыре ребенка появилось - жены Марка также разродились мальчиком Лёней или Леном, как с легкой руки Софьи его и переименовали и девочкой Викторией, Никой. Так еще пришлось восстанавливать огороды, что при каменистой почве было нелегко, а еще тренироваться в закачивании магии в камни, которыми бесперебойно обеспечивал всех Егорыч.
Возможно, после того как Маруся научилась закачивать охранную магию в камни и установила их по периметру поселения стена и не нужна была, но тут сработал психологический фактор. Отчего- то, то, что видно и осязаемо, то и воспринимается по другому, вроде как уверенность внушает больше, чем прозрачная, не видимая глазу защита.
Пришлось, правда, постараться, чтобы на не имеющих магии членов поселения и животных, постоянно снующих туда и обратно защиту настроить, но тут как оказалось, требовалось желание самой Маруси и, прикосновение объекта которому предоставлялся допуск к кристаллу. В общем, допуск получили все, кроме маленьких детей.
 
Как ни торопил Марк, но до строительства замка руки так и не дошли. Мужчины, правда, подготовили плато, выравнивая его и даже выдолбили пару пещер в горе, на случай если скрываться там придется, ну и полученные при этом камни заодно для стройки подготовили.
Вообще, плато оказалось очень интересным и большим. Сама гора, у которой обосновались поселенцы, была огромной, частично неприступной и напоминала трёхъярусный торт, когда на блюдо устанавливается один корж, а потом сверху второй, но размером меньше и так далее.
Там, еще выше, была правда еще одна площадка чуть меньше, из середины которой неравномерно и уходил тройной остроконечный белый пик, но из-за того, что располагалась она слишком высоко и была частично заснежена, то температура воздуха для проживания была явно некомфортной.
Выбранное для будущего замка плато было вытянутой, неправильной формы, частично огибая вершину с одной стороны и обрываясь там, где плещется море. По расчетам мужчин, общая площадь его составляла меньше десяти - тринадцати квадратных километров, при том, что высота от воды, в месте обрыва достигала около полутора тысяч метров и около тысячи от подножия горы, где и обосновались путешественники.
  
46.
 
Строительство полноценного, неприступного замка заняло семь лет. Нетерпеливый Марк, правда, так долго ждать не стал и заселился в выстроенное крыло вместе с пополнившейся за это время еще на троих детей семьей уже через четыре года, но упорно продолжал увеличивать и улучшать внутреннее пространство внутри горы, а также внешнюю, лицевую часть снаружи.
Женщины лишь головой качали да посмеивались над таким фанатизмом парня. Они хотя и соглашались, что словно вросший в гору, больше похожий на готический стиль, замок с узкими высокими башнями и заостренными большими окнами, огромными арками, поддерживаемыми стройными рядами колонн смотрится величественно, но жить там не хотели.
Напротив, уверившись в безопасности охранного купола, они все же настояли на строительстве большой усадьбы у подножия и заселились туда уже на пятый год пребывания. Тем более, что и воду горячую из источника с помощью изготовленных Алексеем труб провести удалось и сад хоть и с не безвозмездной помощью Маргоши, но разбить успели. Тот получился ярусами и пускай с доставкой земли из леса они помучились, но глаз радовал безмерно.
Андрей же с женой и близняшками торопиться не стал. Его вполне комфортный дом, к которому он пристроил еще несколько комнат, вполне устраивал, а новых детей они так и не родили.
Вообще изменений за эти года случилось много. Во-первых, уж через год после появления дочерти, Софья родила сына, названного Матвеем, и тут же схватилась за голову - предохранятся то нечем, а рожать каждый год это же даже при наличии лекарской магии никакого здоровья не хватит.
Впрочем, тут ей помогла Дана. Оказалось, что даже будучи не слишком умной аборигенкой, не беременела она не просто так, а потому, что старуха, прижившаяся в племени, регулярно поила ее каким-то противным, хоть и чуть сладковатым отваром.
Пришлось Софье поверить старой аборигенке на слово, глотая странный напиток в определенные дни цикла, но к счастью метод помог. Позже, с той же проблемой обратился к подругам и Марк, понявший, что много детей хоть и хорошо, но хлопотно безмерно, учитывая, что сами мамаши смотрели за ними спустя рукава, не слишком то утруждаясь.
Подруги сначала решили, что дело в молодости девочек, но уже в скором времени выяснилось, что по-другому они и не умеют. Что-то вроде лотереи на выживание - выживут, значит хорошо, а нет, так недолго и другого ребенка родить.
В общем, время летело с такой скоростью, что только за голову хвататься приходилось. Вроде и обжились, и быт устроили, и даже обмен с несколькими племенами наладили, но дел каждый день было настолько много, что о себе и подумать некогда. То на сад странные насекомые нападут и будущий урожай обгрызут, то дети решат в скалолазов поиграть и, проигнорировав построенную, наконец-то, широкую лестницу с перилами ведущую на плато, на скалы полезут, да там же и застрянут, то аборигены, что взялись их поселение по кругу обживать, учудят чего, а им расхлебывать. За всем-то глаз и глаз нужен.