Зов Арахны (СИ)
Редер нашёлся на месте, в десантном отсеке рядом с ангарной зоной. Шеф-сержант как всегда был со своими людьми. Перекинувшись с ним парой фраз, Дюпре по возможности аккуратно увёл его из отсека. Только потом сообщил о вызове к майору. Тот спокойно кивнул и последовал за шеф-лейтенантом.
Комната, где ждала майор, располагалась позади зала совещаний, что рядом со штабным информационным центром. Ещё на входе модифицированные глаза Жака заметили завесу электронного заслона. Двойные автоматические двери распахнулись перед ними, открывая весьма живописный вид. Множество различных мониторов и проекторов на стенах, вдоль стен шкафы для различного компьютерного оборудования и хранения носителей данных. Напротив входа большой рабочий стол, перед ним и по бокам широкие диваны. Стол завален разнообразными информационными накопителями, распечатками и старинной документацией. Маккелен сидела за столом, волосы распущены, на ней только форменный комбинезон, китель валяется на диване слева, рядом с огромной стопкой распечаток. В руке у майора стакан, а рядом стоит давно начатая бутылка виски. Дюпре едва сдержался, чтобы не округлить глаза, никто и никогда не видел майора Маккелен без уставной косы и уж тем более, со стаканом в руках.
— Дюпре, Редер, заходите, садитесь, — сказала майор, не отрываясь глядя в стакан.
Они прошли и уселись на диван, прямо перед её столом.
— Вы заметили, что я приняла меры предосторожности. Это уже паранойя, да.
Она замолчала, покачала на треть заполненный стакан и залпом выпила.
— Так что происходит, майор? — сдержанным тоном спросил молчаливый обычно Кристофер Редер.
Маккелен, даже не поморщившись, медленно поставила пустой стакан на стол.
— Ты хотел спросить, почему я и командор не объявили чужакам войну и не отправились поднимать в свой крестовый поход всех этих славных парней из ВКС? Почему вместо этого мы драпаем, да ещё и врассыпную?
Тот промолчал, сжимая челюсти.
— Майор, я бы… - начал было Дюпре, но Маккелен его перебила.
— Помолчи пожалуйста, Жак. Я и так не знаю с чего начать. Забудь, что ты знаешь что-то, потому что участвовал в нескольких ответственных операциях. Ты нихрена не знаешь. Я сама только сегодня во все подробности окунулась. И теперь я понимаю командора. Понимаю, почему он поступил так. Вам тоже придётся понять, насколько наши дела плохи.
Майор глубоко вздохнула и шумно выдохнула.
— Не стану рассказывать всего, это очень долго, но кое-что поведаю. Вы оба знакомы с контр-адмиралом Спарксом. Его источник на Земле Центральной сумел заполучить архив внутренних документов одного из департаментов за весь прошлый век, когда их отправляли на хранение за давностью. Там очень много крайне интересных вещей. Так вот, в одной из отчётных переписок постоянно всплывало имя некоего «владыки».
Майор сделала паузу.
— И это имя фигурирует в документах на протяжении ста лет! Там и другие имена всплывают. Тоже древние, как дерьмо мамонта. И там же открывается настоящая суть войны с чёртовым Консорциумом. Вся наша колонизация началась с некоего «события», которое хорошо так напугало этих «владык». Что и где произошло — неизвестно, но проектирование колониальных кораблей началось только после этого. И всё, от начала до конца проходило под их контролем. Исключением стало только скопление «Гермес».
Сидящие перед ней мужчины переглянулись. И если Дюпре уже не первый год знал о существовании чужих и сумел справиться с изумлением, то на лице шеф-сержанта отразилось вся гамма эмоций.
— Чё ты на меня так смотришь, Редер? — криво и уже немного пьяно ухмыльнулась Маккелен, взяла недопитый виски со стола и плеснула в стакан, — это уже не первая бутылка. Поначалу я не знала, смеяться мне или плакать, когда начала читать саму краткую аналитическую выжимку из собранной нашими шефами информации. Это выглядело как бред сумасшедшего. Да я сама чуть с катушек не съехала, когда прочитала, что эти чужаки нами управляют ещё с доколониальных времён!
Она взяла стакан в руку, потом посмотрела в него и поставила обратно на стол.
— Нет, я знала уже, что за внешними, официальными структурами, действует особая, скрытая иерархия. Что на деле она и есть настоящая власть, власть чужих. Но чтобы вот так…
— Майор… — вырвалось у Дюпре, — вы хотите сказать, что это одни и те же? Что они так долго живут?..
Маккелен вперила в него горящий и уже косящий взгляд.
— Перестань, Жак, и так тошно. Я ведь читала всё это на трезвую голову. Кроме этого чёртову гору разной информации прислала старуха Курназир. И там было нечто, чего я никогда не хотела бы узнать. Факты, куча фактов, которые подтверждают это бредовое утверждение.
Майор протянула руку и включила настольный голографический проектор. Над столом появились три таблицы измерений планетарных полей.
— Это данные о фоновых полях и излучениях во всех известных диапазонах. Все три сняты с планет в этом регионе. Самая первая это Нуллус, вторая — Викария, в Арахне Один, а третья это Чонти, столица скопления «Гермес». Все три земного типа, все три обнаружены пустынными и были заселены во времена колониального расселения. И все три никогда не посещались чужаками и их прихвостнями. Курназир нашла отчёты учёных Консорциума, которые выяснили почему.
Маккелен выделила в таблицах несколько строчек.
— Причина вот в этих странных излучениях, которые исходят из центров планет. Для миньонов чужих это смертельно, как и для них самих. Для людей абсолютно безвредно. Когда колониальный корабль «Гермес» прибыл на Чонти, надзорная группа, состоящая из миньонов чужаков, при посадке на планету моментально отбросила копыта. Предположительно излучает какое-то оружие. И, судя по всему, оно было изобретено специально для уничтожения тех самых чужих. Консорциум в своё время пытался создать устройство копирующее такое излучение. Безуспешно.
Она замолкла на минуту, глядя поочерёдно то на Дюпре, то на Редера. Оба молчали, глядя на неё. Затем майор продолжила.
— А теперь особенно вкусное. Измерения сняты самыми первыми экспедициями. Это означает, что излучения эти, от чего бы они не исходили, действуют на этих планетах давно, очень давно. Кто-то, когда-то боролся с этими чужаками, кем бы они ни были. Задолго до появления здесь людей. Может быть тысячи лет назад. Неизвестно. Но вывод из этого всего один — чужаки, что сидят сейчас на нашей родной Земле Центральной, были известны здешним обитателям ещё в незапамятные времена. И обитателей этих давно нет, даже следов не осталось, а чужаки на Земле живы и прекрасно себя чувствуют. Чувствуют себя хозяевами.
Маккелен снова подняла стакан, разом опрокинула, слегка поморщившись.
— Вы уже знаете, что эти твари способны читать мысли. А по данным Курназир, их способности куда сильнее — они могут внушать мысли и подчинять человека своей воле. Поводов сомневаться в этом нет, тем более, что этим легко объясняется полная тайна их существования. Единственный раз, когда наши «хозяева» упустили людей из-под своего контроля, это основание скопления «Гермес».
Она замолчала, повисла тишина. Через секунду её снова прорвало:
— Когда я всё это в голове уложила, мне стало страшно. Понимаешь? — она вскочила, пошатнувшись, облокотилась обеими руками на стол и взглянула на Дюпре исподлобья, — Мне! Стало! Страшно!!
Майор опустила голову. Потом рухнула обратно в кресло.
— Я не прошу вас понять или осмыслить всё, что я наговорила. Я дам вам всю информацию, изучите потом сами. Запомните главное — в АНК у нас больше нет союзников. Если раньше все мы просто числились ненадёжными, то теперь мы изменники. А сейчас слушайте вводную и приказ.
Найдя глазами затерявшуюся между грудами инфоносителей пробку, майор закрыла бутылку виски и обеими руками откинула волосы назад.
— На «Окинаве» был внедрён скрытый агент, диверсант. И мы его прошляпили. Сколько ещё подобных агентов и как стало возможно их не заметить, пока неизвестно. Подозреваю, что этим людям промыли мозги тем самым способом. Как выявить такого агента, я понятия не имею. Поэтому я хочу рассредоточить то, что от нас осталось. Чтобы не дать врагу накрыть всех скопом. Как только мы доберёмся до спрятанного на окраине системы ускорителя и прыгнем, вы, со своими людьми, возьмёте два «горностая» и отправитесь на находящуюся там планету.