Бессмертный, который любил меня(ЛП)

Никогда в жизни Бэзил не был так напуган, как тогда, когда выбежал из магазина и увидел Шерри в объятиях Лео. Несколько мгновений назад все были в напряжении. Во-первых, Брикер позвонил и сказал, что заметил мальчиков Лео в кофейне прямо напротив входа в переулок позади магазина. Люциан приказал ему припарковаться и преследовать их.
Брикер направился через магазин, намереваясь добраться до Шерри и убедиться, что с ней все в порядке. Люциан последовал за ним, позвав Башу, и перехватил ее, как только она достигла входа в кафе и заметила мужчин внутри. Люциан приказал ей подождать Брикера и Александра, а затем помочь им справиться с четырьмя мужчинами. Едва Бэзил повесил трубку, как Элви внезапно выскочила из двери кабинета. Ему не нужно было, чтобы она кричала о том, что Шерри пропала, и у них проблема – бледного и испуганного выражения лица женщины было достаточно, чтобы заставить его пробежать мимо нее в офис. Однако на верхней площадке он остановился, увидев, что Шерри действительно там нет.
– Задняя дверь, – рявкнул Люциан прямо у него за спиной, и Бэзил снова двинулся вниз по лестнице в переулок. Он запомнит тот момент, когда увидел Лео и Шерри, на всю оставшуюся жизнь. Это было выжжено в его сознании, в самом сердце. Чудовище завладело его женщиной, и он был бессилен сделать хоть что-нибудь, чтобы спасти ее. И все же он попытался бы. Он бросился вперед, намереваясь схватить ублюдка, который, вероятно, убил бы Шерри или, по крайней мере, ранил, но он не думал об этом в тот момент. К счастью, Люциан был рядом и поймал его за руку, чтобы остановить.
Дойдя до кабинета, Бэзил пересел на стул за столом Шерри. Он собирался усадить ее в кресло, но, как только добрался до него, устроился сам, посадив ее к себе на колени. Он не был готов отпустить ее. Он больше никогда ее не отпустит.
– Что мне делать? – спросила Шерри, и он заглянул ей в лицо.
– Ты не позволила мне обратить тебя, как я хотел сделать прошлой ночью, – твердо сказал он, и когда ее глаза расширились от удивления, он внезапно разозлился. – Ты могла умереть, Шерри. Лео схватил тебя, а я ничего не мог с этим поделать. Ты могла умереть.
Шерри замешкалась, но затем мягко указала: – Бессмертие не защищает от этого, Бэзил. Лео был бессмертен, а теперь он мертв.
– Когда Бэзил непонимающе уставился на нее, она вздохнула и призналась: – Вообще-то я спрашивала, что мне делать, с тем, что я не знаю фамилии отца.
– О. – Он нахмурился, а затем посмотрел на дверь, когда она открылась, и Виктор завел Элви внутрь.
– Ты в порядке? – с тревогой спросила Элви, бросаясь к ним из-за стола.
– Да. Я в порядке, правда. – Шерри попыталась сесть, но Бэзил удержал ее на месте. Она удивленно посмотрела на него, а потом обернулась, когда Элви снова заговорила.
– Я до смерти перепугалась, когда вернулась и поняла, что тебя нет, а потом увидела, что задняя дверь приоткрыта, и поняла, что Лео, должно быть, проник внутрь, – пробормотала Элви, сжав руки, она добавила: – Слава богу, с тобой все в порядке.
– Да, но еще важнее то, что Стефани теперь в безопасности, – с улыбкой заметила Шерри, и Бэзил готов был свернуть ей шею. Кого волнует, что Стефани в безопасности? Стефани была в безопасности в Порт-Генри. Это она чуть не умерла, черт возьми!
– О боже, – выдохнула Элви, ее глаза расширились. Очевидно, эта мысль еще не пришла ей в голову. Теперь, когда это произошло, Бэзил не мог сказать, разрыдается она или закричит от радости. Слезы победили, и Элви повернулась к Виктору и уткнулась лицом в его грудь, ее плечи дрожали.
К большому удивлению Бэзила, Виктор посмотрел на свою женщину так, словно она сошла с ума.
– Милая, все хорошо, – заметил он, автоматически обнимая ее.
Элви подняла голову, всхлипывая: – Я знаю, – и снова уткнулась лицом ему в грудь.
– Она просто счастлива и чувствует облегчение, – сказала Шерри, сочувственно поглаживая спину подруги, – должно быть, она ужасно боялась за Стефани, и еще ее добило то, что она уехала в Торонто.
– Да, да! – воскликнула Элви, еще глубже зарываясь Виктору в грудь.
 
Виктор беспомощно переводил взгляд с женщины на брата. – Я... э ... я думаю, что должен ... э ... – сдавшись, он подхватил Элви на руки и повернулся к лестнице, но остановился, чтобы пропустить Люциана и Брикера в комнату. Как только путь был свободен, он направился вниз по лестнице, ведущей в магазин.
– Что, черт возьми, происходит? – с удивлением спросил Брикер, наблюдая, как Виктор выносит Элви. – Сначала Бэзил уносит Шерри, потом Маркус тащит рыдающего Башу, а теперь Элви рыдает, а Виктор играет роль Хи-Мэна. Женщины сошли с ума или это бессмертная конвенция пещерных людей?
Люциан протянул руку и ударил молодого человека по затылку.
– Ой, – пожаловался Брикер, потирая место удара. – За что?
– Прояви уважение, – рявкнул Люциан. – Баша только что убила человека, которого на протяжении двух тысячелетий считала своим сыном. В ее рыданиях нет ничего постыдного.
– Точно, – согласился Брикер. – Я понимаю это.
Люциан хмыкнул и повернулся, чтобы посмотреть на Бэзила, но нахмурился, когда молодой охотник сказал: – А как же Элви и Шерри?
– Я хотел как можно скорее увезти Шерри с места преступления. Она не плакала, – заметил Бэзил. – Но она смертная. Наблюдение за обезглавливанием человека и борьба с последствиями для нее не обычное явление.
– О'кей, это я тоже понимаю, – согласился Брикер, а затем перевел взгляд с Бэзила на Люциана и спросил: – Но почему плакала Элви?
Люциан нахмурился, когда молодой человек пристально посмотрел на него. Бэзилу казалось очевидным, что его брат понятия не имеет, почему плакала Элви, но вместо того, чтобы сказать об этом, он просто предположил: – Ей не нужна причина, чтобы плакать. Она просто сделала это.
Шерри издала звук, подозрительно похожий на фырканье, ее тело дернулось навстречу Бэзилу, а затем она объяснила Брикеру: – Элви просто рада, что жизни Стефани больше ничего не угрожает. Ей было очень тяжело так долго переживать за девушку.
– А, – понимающе протянул Брикер. Но теперь Люциан нахмурился еще сильнее.
– Теперь она должна быть счастлива. Стефани в безопасности, – заметил Люциан.
– Она счастлива, – терпеливо заверила его Шерри. – Вот почему она и плакала.
Во всяком случае, это, казалось, смутило Люциана еще больше. Покачав головой, он повернулся к Брикеру и сказал: – Как тебе уже и сказали, женщинам не нужна причина, чтобы плакать. Они просто делают это.
– Да, точно. Но лучше не намекай на то, что Ли – плакса, – сказал Брикер с усмешкой, – она самая сильная женщина, которую я знаю. Ей приходится мириться с тобой.
Люциан сердито посмотрел на него. – Она плакала, только когда была беременна. Много раз. Маргарет называла это гормональным всплеском, – добавил он угрюмо, а потом вздрогнул и признался: – Я рад, что мы можем иметь детей только раз в сто лет.
Бэзил широко улыбнулся. Он знал, что Люциан обожает свою жену так же, как он сам обожает Шерри, и было чертовски приятно видеть, что он снова ведет себя как человек. Его улыбка погасла, когда он погрузился в собственные мысли. Он обожал Шерри?
Да, признал Бэзил. Он так и делал. С самого начала он просто отметил, что не может читать или контролировать ее, и признал, что она была его спутницей жизни. Это было так просто, как A + B = C, его неспособность читать плюс неспособность контролировать, равнялась спутнице жизни в его голове. Конец истории. Но это было тогда. Теперь он узнал ее лучше.
Бэзил узнал об амбициях Шерри, ее решимости, даже о том, как она ненадолго сбилась с пути. Он наслаждался ее чувством юмора, умом и добротой. Она обладала порядочностью, которая делала мир лучше, и страстью, равной его собственной. У нее также была смелость. В предпоследний момент, когда Лео держал ее жизнь в своих руках, никто не мог спасти ее от него, не рискуя ее убить. Знала она это или нет, но не стала жертвой этого ублюдка, беспомощной перед его капризами и ожидающей спасения, а ударила его ножом по яйцам и убежала от него. В конце концов, Шерри спасла себя сама.