Малфой (СИ)
— Практически… — начал отвечать Малфой, но был перебит детским воплем.
— А-а-а-а-а, па-а-а-а, дя-я-я-я, — раздалось возле двери. Подросшая Илона требовала внимания.
— Поговорим в другой раз, — обреченно сказал Люциус и открыл дверь.
— Папа? — на пороге возникла младшая сестра.
— Папа, — отозвался Малфой.
— Аю! Ия! Аю! — потребовал ребенок.
— Хотел сестру, вот и возись с ней! — сказал отец и, подняв Илону на руки, передал мне.
— Дяо?
— Драко.
— Дяо!
— Брат.
— Ать!
Малышка пыталась повторять за мной все слова и не желала слезать с рук. Ей было плевать на то, что сегодня Йоль, что мне необходимо принимать участие. Девочка абсолютно спокойно отнеслась к жертвоприношению в виде барашка, с интересом следила за сжиганием полена, а ночью отказалась оставаться одна, требуя впустить ее ко мне в комнату.
Все Рождественские каникулы я работал нянькой для сестры. Нарцисса, Люциус и Гарфилд вздохнули с облегчением — ребенок достал их капитально. Мое утро начиналось не с кофе, а с вопля «Гу!», что означало «Гулять!». В отличие от старших членов семьи, которые уже устали от непоседливой малышки, мне было в радость — играть, кормить, переодевать, укладывать спать, читать сказки. Пару раз мы мотались в маггловский Лондон на рождественские представления и детские центры, гуляли по заснеженным паркам и с удовольствием кормили почему-то не улетевших на юг лебедей. Один раз заглянул Доджен, спросил про самочувствие, выдал кучу флакончиков, поумилялся с Илонки и сказал, что смотримся мы как папа с дочкой. Впрочем, не он один так считал — в обычном мире я часто слышал шепотки за спиной, мол такой молодой, а уже отец. На этом фоне у меня часто проскакивали мысли: «А как будут выглядеть, если все сложится удачно, наши дети, то есть мои и Полумны?».
Несмотря на заботу о маленькой сестренке, я все же сумел немного покопаться в библиотеке Малфой-Мэнора. Тема инквизиции была довольна интересна, а книг на эту тематику — аж четыре штуки, которые датировались IX–XVI веками нашей эры. За что я «люблю» Люциуса –он никогда не прятал книги и не скрывал сведений. Все было в открытом доступе. Хочешь про некромантию — иди в тот угол, а хочешь про ритуалистику — топай в другой. Только потом не жалуйся. Прочитанное мной охотно обсуждалось и дополнялось. С одной стороны, глава семейства вроде, как и ничего не рассказывал своему наследнику, а с другой, мои самостоятельные поиски снимали с него всю ответственность. Про ту же инквизицию я, согласно какого-то там договора, должен был узнать от него еще не скоро, но непоседливый мальчик Драко нашел все сам и сам обо всем догадался. Записи, прочитанные в книгах, были интересны. Боги — реальны, ангелы и демоны — тоже. Триединый, Будда, Аллах, Один, Ганеша, Кали, Бог Солнца и еще много кто вполне себе неплохо живут в этом мире. Чем больше верующих, верующих-магов и намоленных мест с местами силы — тем сильнее Бог. На момент написание книги, в XVI веке самым сильным считался Триединый, затем принц Гаутама, а потом Аллах с Пророком. Та же война Израиля с Палестиной никогда не прекратится — получивший Гроб Господень становится на ступень могущественнее других. Войны между Богами шли постоянно. У каждого из них была своя Инквизиция, просто христианская была самой известной и придумана с целью найти магических слуг Господа. Ну, если по-простому, магов, согласившихся служить на благо церкви. В их арсенале были не только выученные в школе заклятия, но и личные наработки церкви. В книге описывалось, как напустить одну из «кар Египетских» — мерзкая штука с жертвоприношением. Христиане отнюдь не брезговали некромантией и ритуалистикой. Судя по описанию некоторых ритуалов и чар — церковь активно развивалась в этом направлении. Видимо Филч и Толстый Монах ищут одаренных с яркими талантами, чтобы переманить на сторону церкви.
Малфои чтут и чтили кельтских богов, а с церковью заключен какой-то договор, суть которого — вы не лезете к нам, мы не лезем к вам.
Люциус подтвердил мои догадки по поводу Филча, Богов и войны в мире:
— Об этом я тебя должен был бы просветить, за год до твоего вступления в право Главы.
— А если не просветил бы?
— Тогда это сделала бы Королева.
— То есть?
— Королева в Англии не просто красивая витрина и сквиб, а довольно влиятельная фигура на магической арене, сотрудничающая с христианской церковью. Каждый Великий Род заключает договор с Английской Церковью, Советом муфтиев, Синагогой, представителями Буддистов и главным жрецом малых божеств о невмешательстве в дела Инквизиции в период воззвания, соблюдении Статута и принадлежности к определенному верованию. Мы относимся к Кельтам, как и наши предки. Магия Рода завязана на кельтских Богов. Чем больше мы им отдаем, тем больше получаем.
— Что значит невмешательство в период воззвания? — спросил я.
— Как только маггл или маг испросит помощи у Инквизиции — это будет считаться воззванием к защите. В страну стянутся воины Церкви или еще какой веры, чтобы защитить тех, кто страдает от несправедливости…
— А под шумок увеличить число верующих, разграбить неугодных и увезти к себе побольше артефактов, — закончил я.
— Верно, — ответил Люциус, потягивая коньяк в кресле своего кабинета, — именно поэтому мы предпочли уничтожить Темного Лорда заранее, чтобы не спровоцировать новую эпоху костров.
— А как происходит воззвание?
— Одно из видов — молитва на святой книге и окропление ее своей кровью. Мне сложно сказать, как именно это происходит. Но церковь, буддисты и мусульмане довольно четко дали понять, что не допустят нарушение Статута и уничтожение людей как магов, так и магглов. Или ты думал, что за Темным Лордом и директором никто не приглядывает?
— Как я понимаю, Лорд желал начать повальный террор, а Дамблдор — упразднить Статут?
— Лорд ничего не желал — он марионетка, ведомая Дамблдором, который желает под шумок вытащить своего любовника. В первый раз у него не вышло, решил еще попробовать. А мы, по глупости, влезли в эту игру.
— Это как? — а это натуральный шок.
— А что не ясно? Директор хочет обрушить Статут и, пока все будут разбираться с последствиями, он заберет из Нурменграда Грин-де-Вальда, чтобы отправиться в теплые края.
— Как-то все странно… Я не понимаю. Зачем? Не проще ли его просто выкрасть? Инсценировать смерть? Зачем такие сложности с Темным Лордом? Статутом? Игры с Инквизицией?
— А сам как думаешь?
— Ну… могу предположить, что не было никакой дуэли. Дамблдор просто спрятал своего друга от разъярённых русских. Вполне возможно, что сам Нурмерганд построен как убежище, а не как тюрьма. Значит, директор держит его там и, по какой-то причине, не может забрать. Он придумывает многоходовую комбинацию, чтобы отвлечь на нее весь мир, а сам сбегает с Грин-де-Вальдом.
— Суть ты уловил.
— Тогда причем здесь Поттер? Он никак не вписывается в схему.
— Вариантов с Поттером несколько. Первый — отвлечение внимания. Второй — новый Темный Лорд.
— А третий есть?
— Нет, но выслушаю твое предположение.
— Существуют ли ритуалы, переносящие сущность в чужое тело? — спросил я, вспомнив сцену встречи Дамблдора и Поттера в фильме. Ведь, если бы киношный Гарри сел в поезд, то, вполне возможно, что Дамблдор занял бы его место.
— Существуют… — задумчиво ответил Люциус.
— Может быть, Дамблдор, каким-то образом перенесет свою душу в тело Поттера, уничтожит Темного Лорда и будет героем.
— Гипотеза не лишена смысла. Вполне возможно, что ты прав частично или полностью. В любом случае, твоя задача сейчас — это проверка в Хогвартсе. То, что вы уже нашли, тянет лет на десять Азкабана.
— И кого посадят? Директора? Или деканов?
— Я уже говорил, что задача дискредитировать директора. Летом выйдет материал от Риты Скитер, а ваша проверка должна подорвать авторитет до этого.
— Чтобы ни у кого не осталось сомнений в двуличности директора, — сказал я. — А Поттер?