Прорыв
Естественно, "плащи" отыскали его быстро. Ехали за ним в поездах, обыскивали квартиры, в которых он останавливался. Несколько раз грузинские евреи посылали вдогон парней. На самолетах. Те настигали его и рассказывали об обысках и допросах. Спрашивали, как быть.
Дов не скрывался, да и скроешься ли? Последние дни свободы работал по двадцать часов в сутки. Литература, письма-протесты, танцы у синагоги... А тут как раз вернулась из Томска 1123"Геула. Сильно подкованная. Кандидатом исторических наук. Он передал ей все тайники с литературой, телефоны двух иностранных 1124""корров", с которыми удалось связаться.... А дальше? Дальше ему везло. На суде. В 1125"тюряге. Из России 1126"выпулили, как на ракете...
Дов прикорнул, когда забрезжил рассвет. Его растолкали в девять. Знакомые ребята -- студенты из Колумбийского. 1128"Ист-ривер ровно в белом облаке. Ветер рвал клочья тумана. Развевал его нечесанную, курчавую бороду еврейского пророка, в которой сверкало несколько седых волосков. Он пытался привести ее в порядок. Студенты отняли гребень. Потом сняли очки в проволочной оправе. Сказали, так достовернее. Во времена 1129"Моше1130" Рабейну к расческам вряд ли прибегали. А уж очков -- точно не было.
Пока промывал глаза, народу собралось -- толпища. Каре из фотовспышек, как в тот вечер, когда выступали кандидаты в Президенты. А машины все прибывали. Телевизионную аппаратуру сгружали, как при пожаре. Какого-то телевизионщика не пускали в первый ряд, тогда он взобрался на своего помощника. Ровно в десять 1131"Дова посадили на крышу его тендера -чем не трибуна!
-- Как полагают мои друзья-студенты, и не только они, я, то есть бывший советский зек Дов Гур -- Моисей, почти что библейский Моше Рабейну, который выводит евреев из нового пленения... Я почему об этом говорю? А потому, что настоящий Моисей в 1133"Ханаан не вступил. Помер по Божьей воле. А я -- нет-- Захохотали, протягивая в его сторону микрофоны. Зашуршали телекамеры. Засверкали блики фотокорреспондентов. Дов откашлялся, повысил голос:-- В нашей борьбе Моисеев нет! Каждый -- Моисей! Каждый должен решить сам. За себя и за детей своих! Пройти через ад, через улюлюканье советских "проработок". Лично подать заявление, после чего он -- фактически -- вне закона... Подала в Киеве семья, два старика и мальчик, и в уборной школы комсомольские активисты повесили мальчика... Вот порой что такое -- подать заявление. А уж взявшись за гуж, не говори, что не дюж! Так говорят в России. А иначе там нельзя: заклюют до 1134"кровянки!1135"Евреи бросают обеспеченную жизнь, хорошую работу, готовые диссертации. Каждый из тех, кто хочет и готов уехать -- Моше Рабейну!.1136".
В самолете он никак не мог понять, почему на него пялятся, а кто-то даже махнул рукой, словно знакомому. Оказалось, на первых страницах всех сегодняшних американских газет -- Дов Гур на белой трибуне. Кулак над головой, борода развевается. Пророк и пророк!.. Всю дорогу пассажиры-мужчины подходили с двумя бокалами, чокались. Так можно лететь хоть в Гонолулу.
Позднее узнал: студенты поднялись по всей Америке. Над Нью-Йоркской синагогой загорелся неоново-библейский клич: "ОТПУСТИ НАРОД МОЙ!" Курт 1137"Вальдхайм сделал заявление о семье Гуров. Посол Израиля 1138"Текоа искал Дова...
Как только Дов вернулся в Тель-Авив, его забрали в армию. Мог бы, конечно, отказаться от солдатчины. И кость перебита на ноге. И в Израиле всего полгода. Не стал отказываться. Только из газет узнал, что Геула 1139"Коэн сделала в 1140"кнессете запрос по поводу обвинений русских 1141"олим в шпионаже. Министр иностранных дел Аба Эвен отрицал1143"... А по Израилю, между тем, полз "верный слух" о том, что Дов Гур -- советский шпион. Дов снова слышал об этом в самых неожиданных местах, даже в армейском автобусе, где кто-то рассказывал подробности. Пока он был в Америке, он, оказывается, сидел в Луде, в тюрьме, в одной камере с террористами.
А почему бы людям не поверить? Многие ли в Израиле читают американские газеты?
Спустя неделю Дову казалось, что никакой Америки вообще не было. Приснилась она ему... Особенно после перебежек с носилками, на которых лежит "раненый". Протащишь носилки километров восемь-десять. По холмам, ущельям! Бегом! Бегом! Все вокруг воспринимаешь, как мираж. Или в бронетранспортере у Мертвого моря. Или в хамсин. Мозги плавятся... Ночью он кричал со сна что-то, сосед по казарме не знал русского языка, записал на свой 1146"магнитофон, о чем русский бормочет. Утром прокрутил Дову ленту. Дов услыхал свой сипящий, точно придушенный, голос. Иногда невнятица какая-то. Иногда можно разобрать слова и даже целые фразы: -- ...Какой же Шауль, 1147"бля, полосатик? Опер на строгом режиме... Гражданин начальник!.. Продали. Отца-мать продали!.. Рыжий 1148"не-Мотеле!..1149"Вероничка, к чему мне баба? Ты разве не баба?! Святое дело исхитрились 1150"обосрать!.. Секретные унитазы!.. И где? Век мне свободы не видать, коли не пришью!.. Отец, ты жив?! Отец?! Продали, суки!!!
5. ...39!
Прорыв Дова был в Москве громом с ясного неба. Оказалось, что такое возможно. Немыслимое, безумное, на грани самоубийства -- возможно?! Наум радовался за брата шумно. И дома, и на работе... Впервые сказал во всеуслышанье в тот час, когда Дов позвонил из Вены (вся семья собралась у родителей, ждали звонка)1151": "Надо ехать, отец, а? Сколько 1152"Гурам сидеть по лагерям? Меня не зацепили: 1153"оченно полезный еврей. А есть у этого полезного имя? У каждого моего изобретения пять соавторов, как минимум. Нач. исследовательского отдела главка, директор завода, 1154"заместитель министра... Один с сошкой, семеро с ложкой! Послать их всех куда подальше!.. Нет, это плодотворная идея! -- И, схватив стул, закружился с ним в вальсе, импровизируя:
Тру-лю-лю, тру-лю-лю-тру-лю-лю, Тель-Авивскую тетю люблю!
Геула была счастлива, обнимала Лию весь вечер, но сказала вдруг, что путем Дова она не пойдет. -- Надо пробить стену для всех, а не только для себя!.. Нет, она не осуждает Дова, Боже упаси! Но... время подумать о всех загнанных в угол.
Сергей побелел, обхватив свои круглые щеки; смолчал. Наум обругал ее, обозвал Жанной д'Арк Большой и Малой Полянки. Даже тихий, болезненно застенчивый Яша, сцепив пальцами свои большие руки хирурга, протестующе похрустел ими и даже 1162"бормотнул что-то про 1163""баррикадную манию", болезнь трудно излечимую.
Геуле стали внимать, пожалуй, лишь тогда, когда она месяца через три отвергла американца. Он появился под Новый год, рыхлый, головастый бизнесмен с пушком на красном апоплексическом затылке. Он приехал в Москву на несколько дней и искренне хотел кому-либо помочь. Его пригласили на квартиру приятеля Наума, в Марьину Рощу, и он сказал, что он не еврей, но исповедует 1165"иудаизм и вот что он предлагает... Он оглядел сидевших у стен женщин и стал спрашивать одну за другой: - Вы замужем?.. Да? Жаль!.. Так он дошел до 1166"Геулы.
-- Нет, не замужем, -- ответила она и опустила голову. -- Вы? -бизнесмен даже перестал жевать сигару. -- Да вас в Голливуде снимать1167"! -- Американец достал свой паспорт и торжественно положил на стол. -- Вот что я вам предлагаю! Я вам предлагаю не себя... зачем вам такой мешок! Я вам предлагаю американское гражданство.
Науму почему-то так не хотелось, чтобы она согласилась, что он даже приподнялся со стула. -- Ну, что привстал? Что привстал? -- иронически хмыкнула Геула. -- Ты же мне не предлагал руку и сердце. Нет? Ну, так и заткнись.
Она поблагодарила американца и даже поцеловала его в лоб, чтоб не обижался, и сказала весело: -- Видите ли, меня интересует израильский паспорт.
Американец ничего не понял, все твердил, что он, Боже упаси! ни на что не претендует, и тогда Геула тихо произнесла фразу, которая затем стала сутью и формулой существования десятков людей: